Жанр: Космическая Фантастика » Ольга Ларионова » Лунный нетопырь (страница 79)


— Во, и у вас то ж, я нюхом чуяла, — старая воеводиха внезапно остановилась и, гибко извернувшись, выдрала из-под можжевелового куста пучок сизоватой, точно тронутой плесенью, зелени; замотала собственным волосом, протянула девушке. — Держи, подрёмник это, а, по-вашему — сонь-травенец. Под подушку муженьку положь, только сама-то храпака не задай.

Принцесса, как завороженная, против воли приняла ведовскую травку — умом понимала, что и притрагиваться нельзя, но внезапно одеревеневшие пальцы стиснули влажный пучок, спрятали в складках плаща. Сказка ведь не кончена, на жаркой Невесте следует точно и холодно отдать еще один долг.

— …а утресь вынешь, — прозвучало опять так спокойно и буднично, словно речь шла о просушке сапог.

— Паянна, — медленно проговорила принцесса, — зачем ты это делаешь?

— Сама знаешь, княжна, я служу верно…

— Зачем ты мне служишь?

Черная маска на миг замерла, а затем по ней словно волны побежали; непомерно расширившиеся глаза глядели на девушку изумленно и недоверчиво:

— Любого вопроса ждала я от тебя, княжна моя милостивая, только не такого. И врать тебе мне не след, и как изъясниться, не ведаю…

— А ты попроще.

Ну ладно, коли так. Доживать бы мне век свой при князе Лронге Справедливом в лени да сытости, где была я сама себе госпожа, так нет же — к чужедальнему двору подалась в услужение рабское. Зачем, спрашиваешь? А затем, что дело господарское — приказы приказывать, на то ни ума, ни силы, ни доблести не надобно. Что повелено, то исполнят, а что да как, то забота чужая. Только скукотишша это, да что мне тебе говорить, ты сама праздной тоскою маешься. А подневольная доля — она хитроумия требует, любое повеление — оно ведь от сих до сих, вот и выворачивайся, точно на узком мосточке. Тут уж не до скуки, иной раз темечко-то до самой черепушки прочешешь, чтоб в енто самое «от сих до сих» уложиться…

— Я вот тебя слушаю, — медленно проговорила принцесса, и у меня складывается впечатление, что ты не о жизни своей рассказываешь, а излагаешь правила какой-то игры; только вот непонятно, с кем ты играешь — со мной… или с собой?

Паянна снова запрокинула голову, глядя в пепельное небо, опустившееся еще ниже, точно оно хотело сомкнуться с морскою водой, похоронив в ее глубине острова, опостылевшие неведомому богу. И в этот миг девушке показалось, что эта зловещая туча и массивная фигура чернокожей тихрианки — суть одного естества…

— Однако, княжна моя милостивая, мне пора, — прозвучал голос Паянны, словно не расслышавшей обращенного к ней вопроса, — да и до твоей сладкой ноченьки уж рукой подать.

Точно лезвием ледяным полоснуло во всем теле, от губ до самых щиколоток; позабывшаяся за разговором боль, воскрешенная одним-единственным словом, как будто мстила за передышку.

Проклятая черная ворона, да как она смеет даже думать о том, что случится грядущей ночью?

— Да лети ты, куда хочешь! — в бешенстве крикнула она, отталкивая от себя старую воеводиху и все-таки не забывая представить себе двор перед плитняковым донжоном, таким же приземистым и несокрушимым, как и сам верховный судья.

Теперь, когда чернокожая ведьма была препровождена не в очень-то благородное судейское семейство, надо было сделать глубокий вдох и явиться под собственный кров, как ни в чем не бывало.

Получилось. Не в первый же раз, в самом деле…

Супруг вместе с детишками уже укрылся от непогоды в шатровом покое их импровизированного замка; воплей Эзрика тоже слышно не было, как видно, Ких, на все руки мастер, уже его утихомирил.

— Яусталакаксобака, — торопливо пробормотала она недавно освоенную земную формулу. — Пойду, лягу.

Было в ее тоне что-то такое, что Юрг даже не улыбнулся.

— Конечно, малыш. Паянну отыскала?

— И даже отправила к Пыметсу, погостить. — Это уже из их уютной спаленки. Швырнула плащ на пол, скинула сапоги и повалилась на постель, крепко-накрепко зажмурившись. Раньше это просто означало бы: «сплю, не буди»; теперь же ей приходилось сжиматься в комочек, чтобы как-то пересилить, стиснуть свою неумолимо растущую томительную боль в никудышных тисочках слабеющей женской воли.

Юрг прошел мимо на цыпочках, пронес в детскую прикорнувших малышей. Они позволили себя уложить безропотно, как видно, сказалась надвигающаяся буря. Юрг вернулся, всмотрелся в осунувшееся и вместе с тем на удивление помолодевшее лицо жены — это ж и здоровый мужик не выдержит так с планеты на планету порхать, одни психологические перегрузки чего стоят. Вот и сейчас даже не сняла ни куртки, ни обруча; однако первый сон лучше не тревожить, через час-полтора можно будет все это исправить… Он осторожно прилег рядом — тоже тянуло в сон, метеозависимость на старости лет развивается, не иначе.

Темнело так стремительно, что жучки-фонарщики под потолком начали зажигать свои чуть теплящиеся огоньки, но своду неистово забарабанили первые капли тропического ливня. Мона Сэниа внутренне изготовилась: вот сейчас. Такой грохот ведь и мертвого разбудит. Еще секунда. Ну же, ну…

Оськин трубный рев был слышен, наверное, даже в караулке, но принцесса ждала его и поэтому вскочила первая.

— Спи, спи, — шепнула она мужу; — сейчас я его убаюкаю.

Она нагнулась к плащу, и влажный пучок подрёмника тревожно захолодил ее ладонь. Спи, муж мой, любовь моя.

Колдовская травка, повинуясь едва уловимому движению

пальцев, перекочевала через ничто прямо под супружескую подушку. Теперь оставалось только утихомирить крикливое чадо. Она скользнула в персональную Эзрикову спаленку, где на табурете постоянно восседал в позе богомола пучеглазый свянич, прижимая к мохнатому брюшку полный рожок, отчего молоко всегда было теплым.

— Ких, — негромко позвала она; — тебе сегодня опять приглядывать на Эзрой.

Дружинники в такую рань еще не ложились, поэтому младший из них явился в тот же миг, лопоухий и на все готовый, точно седьмой гном из земной сказки.

— Только не давай ему плакать, прошу тебя, — проговорила принцесса каким-то странным, совсем не повелительным тоном. И исчезла.

У нее была своя сказка, не земная — невестийская, и эта сказка была еще не окончена.

Кроме того страшного (ох и ошибалась ты, старая ведьма — вовсе не сладкого!), ради чего она и летела на Невесту, надо было еще и попрощаться с Гороном, и чтобы его не изумлять чужеземными одеяниями, пришлось на минуту задержаться на дальнем берегу, где в заветном дупле хранились уже порядком потрепанное сиреневое платье и змеиные сандалии; оплетать руки ремешками было некогда, но пришлось изрядно потрудиться, чтобы спрятать за широким поясом не только десинтор, но и стилет с длинным клинком, при необходимости заменявший шпагу.

Здесь, на восточном мысу Игуаны, буря неистовствовала уже вовсю, и на так и не остывшие за ночь камни Сорочьей Невесты она ступила, вымокшая до нитки.

И не просто на камни — на вершину гранитного столба.

Это был тот самый утес, выметнувшийся в ночное небо, точно чертов палец, у подножья которого она впервые повстречалась с Гороном. Место выбралось как-то само собой — похоже, в подсознании прежде всего теплилось желание по-доброму попрощаться со своим проводником, чтобы объяснить ему и свое нечаянное появление на его земле, и неминуемое исчезновение…

Только не это!

Привет, мой неслышимый. Сама знаю, что не так. «Необходимость попрощаться»… «свой проводник»… Холодные, ничего не выражающие словечки, точно мелкие градинки, бесследно исчезающие на жарких ладонях. А сказать надо просто: «Вот и кончена наша сказка, Горон; мы, может, больше не увидимся. Не судьба. Но рано или поздно сюда прилетят мои люди и исполнят мечту этого народа — перенесут всех обратно на оставленную когда-то родную землю. Но чтобы вам не помешали, я сделаю то, что сделаю. Скоро ты об этом узнаешь. А теперь прощай. И если будешь вспоминать меня, не ищи названия тому, что между нами было: имени этому нет. Просто представь себе, что два рыцаря едут рядом по ночной дороге: они не давали друг другу никаких клятв, но нет ничего на свете крепче верности, которую они хранили, может быть, и не подозревая о ней. Просто два рыцаря на лунном пути…»

Ты так уверена, что вы оба — рыцари?

Она встряхнулась. Горон — это потом. Его еще разыскать надо. Ей удалось сегодня прилететь раньше обычного, но все же ослепительная луна уже покатилась к горизонту, кося серебряными лучами каменные торчки и пирамидальные скалы и неохотно окунаясь в предрассветную дымку; жаркая ночь уже почти высушила платье и волосы, хотя даже здесь, на высоте птичьего полета, не ощущалось ни ветерка.

Она огляделась: справа высилась, точно тихрианский зиккурат, изъеденная солнцем и дождями вторая скала; «живая тропа» проскальзывала через эти каменные ворота и, сбегая с невысокого перевала, раздваивалась: одна уходила на восток, к каким-то неведомым селениям невестийцев; другая, скорее угадываемая, чем различимая, вела прямо к заброшенному подлесью, мерцающему вдали. Еще дальше, заслоненный сейчас этой черно-оливковой шайкой, должен располагаться прозрачный камень, именуемый «соляным столбом», и только за выжженной пустошью, куда здешний люд не смеет даже ступить, зачарованным островком расположились заповедные и зловещие владения Лунного Нетопыря.

Только вот где искать их владельца?

Где? Глубокомысленный вопрос, ты не находишь? И главное — риторический. Со стороны могло бы показаться, что ты уже струсила…

А вот такое даже собственному внутреннему голосу она не советовала бы произносить. Принцесса втянула пряный предутренний воздух сквозь стиснутые зубы, шагнула с верхнего уступа и взмыла в поднебесье, очутившись прямо над безлюдной купиной, над которой слабо вилась видимая только отсюда тоненькая струйка не то дыма, не то пара. Впереди сиял знаменитый соляной столб, точно узкий стакан, наполненный доверху лунным светом, а еще дальше, за серой плешью безжизненной пустоши, призрачно означился замок Властелина Ночи, окольцованный остроконечными утесами; легкое облачко парило над ним, выдавая присутствие открытой воды. Ах да, там, за Сумеречной Башней, еще в прошлый раз она заметила зеркальную поверхность озера. Ну что же, теперь настало время разглядеть все это поближе.

Она ринулась вперед, в последний миг краешком глаза углядев внизу какой-то рыжий отблеск. Неужели живой огонь? Но ведь здесь он под запретом…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать