Жанр: Боевая Фантастика » Константин Мзареулов » Возвращение в Полночь (страница 20)


Глава 7

ФИЗИКА ЧУЖОЙ ИСТОРИИ

Реальность словно раскололась на две совершенно не равноценные части. Одна была тусклой и постылой, в ней приходилось ежедневно ходить на службу, стоять в очередях за дешевой паршивой пищей, толкаться в трамвае, слушая идиотские разговоры о футболе. Спасала только вторая половина жизни — яркая и красочная, в которой Марата окру жали межзвездные народы, расцвет и гибель космических империй, грандиозные сражения, великие достижения не ведомой науки.

Каждый вечер, вернувшись из университета, Марат ужинал на скорую руку и включал запись, которую перегнал с инфоблока на свой компьютер. Перед ним открывались врата в мир чужой истории, пусть в примитивном изложении, но чудовищно привлекательной.

Как и следовало ожидать, ему подарили всего лишь учебник по курсу средней школы, либо популярную книжку для внеклассного чтения. Многие важные моменты излагались чересчур бегло, неприглядные стороны гунадрийского прошлого попросту замалчивались, а история соседних держав, напротив, излагалась в предельно негативных тонах. Получалось, что гунады были добрым и высокоразумным народом, окруженным варварскими племенами кровожадных кретинов, заслуживавших лишь поголовного истребления.

Для Марата подобный подход не стал неожиданностью. По большому счету, все страны пишут свою историю в точно таком же ключе. Давно, еще в молодости, Марат усвоил: хочешь понять истинную картину минувших событий — читай между строк и задействуй логику, чтоб увидеть, недосказанное.

Именно так он и поступил, обнаружив в простеньком тексте много больше, чем прошлое чужой цивилизации. Сначала Марат не поверил, что такое возможно. Потом стало ясно: никакой ошибки нет, и этим открытием его почтение к разуму сверхцивилизации было резко подорвано.

В тот вечер, когда это случилось, Вероника обронила:

— Наверное, читать историю интереснее, чем изучать физические труды?

— Представь себе, почти никакой разницы, — засмеялся Марат. — В основном я нахожу в этой книге физику.


Описывая прошлое, историки поневоле должны упоминать о развитии технологий. Даже самый занюханный гуманитарий отметит, что пещерный человек начал с каменных рубильников, потом научился вытачивать костяной инструментарий, после чего, освоив литье и кузнечное дело, переселился в соломенную хижину и создал изделия из меди и бронзы. Хочешь не хочешь, в книге по древней истории придется отметить, как использование каменного угля удвоило температуру в плавильных печах, что позволило перейти от бронзы сначала к железу, а затем и к стали.

Похожие технологические вставки нашлись и в полученном от гунада инфоблоке. Туповатые в своей заносчивости гуманитарии Старших Миров совершенно не представляли, как много технологических и общенаучных деталей может почерпнуть любознательный абориген между строчками исторических монографий.

Читая отрывки из истории древней Галактики, Марат нашел не меньше пяти намеков, достойных дальнейшей разработки. Самым заманчивым проколом гунадов стал, конечно, абзац про глюонные ловушки — ключ к использованию неисчерпаемой энергии реликтового излучения.

По части теории Марат был слабоват, однако на пару с Мареком Бажулиным они быстро перещелкали все матричные уравнения, написав серию статей, вызвавших фурор в академическом мире. Потом была премия от корпорации «Мицубиси Дженерал», и родился проект «Крылья Селены». При поддержке загадочного ведомства, где служил Эрвин Сандерс, возле Луны началось строительство приемной антенны.

Теперь Ирсанов и Сандерс встречались почти ежедневно. Заместитель директора Центра венчурных исследований был предельно доброжелателен, и Марат понимал, что без его поддержки работа над глюонными ловушками продвигалась бы гораздо медленнее. С другой стороны, физик не мог побороть неприязнь к спецслужбам — слишком уж достали его на Гермессионе коллеги Сандерса. Кажется, и разведчик не вполне доверял орбитальнику — может, даже подозревал, что Марат склоняется на сторону Старших Миров и способен предать Землю вместе с человечеством.

Они поговорили по душам и нашли общий язык лишь в середине апреля, накануне Лунного Инцидента.


— Третью неделю читаю чужую историю, но самого интересного понять не могу, — пожаловался Марат. — Вот, к примеру, гунад явно дал понять, что Фтомир, Аунаго, Чауц и Нифбезил Цилонк — вовсе не цивилизации. Что же тогда?

— Военно-политические блоки, — почти убежденно сказал Сандерс. — Хотя не совсем понятно, почему гунады входят сразу в два альянса — Аунаго и Фтомир.

— Вот именно! — вскричал Ирсанов. — Или другое: Великие Гости часто говорят, что сверхцивилизации помогают слаборазвитым расам. Но ни разу нам этих слаборазвитых не показали и в учебнике про них тоже ни слова.

Сандерс откровенно поморщилсяг показав, что его эта тема не волнует. Замдиректора деликатно поведал, что землянам известны названия всего трех планет, на которых живут гунады: столичный мир Гунихра, а также Гундайра и Гунчабр. Также удалось узнать названия нескольких миров, населенных другими расами.

Правильно поняв намек, Марат великодушно пообещал выписать из учебника названия небесных тел и все связанные с ними сведения. Затем он попросил еще кофе — у Сандерса был почти настоящий, пусть и растворимый, — и пустился в рассуждения об истории гунадов, а также дружественных им делсов и тиадзаров. Лицо Сандерса сделалось скучающим.

— Простите, любезный, — сказал он. — В данный момент нас интересует иная информация.

— Кого это «нас»? — посмеиваясь, осведомился Марат. — Вы, Эрвин, так и не признались, на какую службу

работаете. Полагаю, на Агентство инфобезопасности.

— Ошибаетесь, — Сандерс хмыкнул. — Я — подполковник Научно-технического департамента военной разведки. Мы уже сорок третий год по крупицам собираем сведения о пришельцах.

— Много узнали? — заинтересовался Марат.

Разведчик сокрушенно потупился. Отхлебнув остывший кофе, он вдруг пустился в воспоминания о работе в секретном заведении, где исследовали антигравы Великих Гостей. По словам Сандерса, никаких признаков сложной конструкции найти не удалось. Сердечник антиграва был простым куском металлокерамики, к которому сходились провода, подававшие не слишком высокое напряжение.

— Даже под электронным микроскопом никакой структуры не разглядели, — поделился бедой подполковник.

Ирсанов вдруг понял, что знает разгадку. Посетивший его гунад обронил: дескать, культуры Техно-пять пользуются фемтомеханикой, то есть устройствами, которые должны быть на несколько порядков миниатюрнее нанороботов. Очевидно, антигравы состояли из крохотных, атомного масштаба, деталек.

Объяснение озадачило Сандерса — подполковник не мог понять, как физик сумел об этом догадаться.

— Элементарное умозаключение, — пренебрежительно похвастался Марат. — И еще я понял со слов Джира, что Великие Гости пользуются порталами предтеч. То есть не столько прокладывают новые межзвездные трассы, сколько восстанавливают старые.

Глаза подполковника сузились. Кажется, Сандерс пытался вспомнить детали подробного отчета, написанного Маратом сразу после разговора с Джирдоном Адхив Сино. Наконец разведчик проговорил с одобрительными интонациями:

— С такими навыками к анализу вы могли бы работать даже в нашей конторе.

— Мне и нынешняя работа нравится, — Ирсанов засмеялся, — И вообще, такой вывод следовало сделать намного раньше. Теперь понятно, почему земные ученые не смогли скопировать антигравы — тут нужны совершенно иные технологии.

На него свалилось вдохновение, и Марат предложил вернуться к теории убитого шальным метеоритом Дементьева, а также к проекту Мак-Морроу.

— Если вы считаете, что пришельцы убрали этих ученых, — сказал он, — значит, и Мак-Морроу, и Дементьев были на верном пути.

Разведчик мрачно возразил:

— Как бы не наоборот! Их убили, чтобы мы сочли эти направления перспективными. Несколько институтов не один год пытались продолжать работы обоих покойников. Только время и деньги зря потратили…

Видно было, что подполковник искренне расстроен этими неудачами. Насупясь, он поведал, что новая версия галактической истории, о которой сообщил Ирсанов, привела его коллег в экстаз. Некоторые аналитики даже предлагают новую рабочую версию: дескать, Великие Гюсти не делятся научными концепциями, потому как делиться нечем. Проще говоря, кланты с ивобзинами лишь пользуются готовой техникой предтеч, но не понимают, как работают антигравы, синтезаторы, нанороботы, порталы и прочие творения древних культур.

— Не верю, — заявил Марат. — Из книги ясно, что гунады создавали новую технику, пользуясь библиотеками Куфона.

Встав, он сказал, что пора домой. Не терпелось вновь углубиться в звездную историю.

Тусклым голосом Сандерс осведомился, нет ли надежды найти в учебнике хотя бы намек на тайну гравитации. Марат отрицательно помотал головой. Всю возможную физику он из учебника истории уже вытащил. Великие Гости ошибались, но секреты Техно-пять охраняли надежно.

— Обидно, — пробормотал Сандерс. — Сейчас десятка два научных коллективов пытаются решить эту задачу. Любая подсказка, позволившая бы сузить круг поисков, буквально на вес антивещества.

Натягивая куртку, Марат буркнул:

— Ни черта у них не выйдет. Чтобы понять гравитацию, нужны новые представления о природе и материи. Сандерс прищурился и вкрадчиво поинтересовался:

— Вот об этом я тоже хотел бы поговорить, если вы не слишком торопитесь… Почему вы все так уверены, что нужна новая картина вселенского устройства?

— Потому что из старых теорий мы выдавили все, что могли.

Он коротко пересказал основные трудности, давно и капитально изводившие земных физиков. Вся наша наука, огорошил Марат подполковника, опирается на аксиомы, которые не выводятся, но постулируются. Так, в основе классической физики лежат законы Ньютона, термодинамика стоит на трех началах, квантовая механика — на постулатах Бора и так далее.

Фундамент современной физики сформировался к концу XX века. Теория относительности, квантовая статистика, концепции кварков и суперструн объяснили немало экспериментальных фактов, — но при этом открылись совершенно новые проблемы, решить которые не удавалось.

Давно стало ясно, что четырехмерное пространство-время не может быть исчерпывающей формой существования материи. Согласно Эйнштейну, 4-континуум искривлен — следовательно, должна существовать, по меньшей мере, пятая ось координат, относительно которой искривляются первые четыре. Реальность высших измерений, так называемых extra-dimension, подтвердилась, когда появились Великие Гости, использовавшие для своих путешествий внепространственные трассы. Только никто на Земле не смог понять природу этих измерений. Ясно было, что там не пространство и не время, а нечто совсем иное.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать