Жанр: Научная Фантастика » Михаил Немченко, Лариса » Случай на полуострове Маяковского (страница 2)


* *

*

Вездеход пересекал джунгли. За иллюминаторами кабины стоял душный красноватый полумрак. Сюда, в глубину первозданной чащи, проникали лишь слабые отблески и без того тусклого, бессолнечного венерианского дня. Машина двигалась медленно, с трудом проламываясь сквозь сплошную стену уходящих вверх рыжих стволов и ветвей, накрепко переплетенных пурпурными канатами лиан, напоминающих набухшие кровью артерии. Болотистая почва пружинила и прогибалась под тяжестью широких гусениц. Не обладай вездеход плавучестью - его наверняка бы поглотила темная, кишащая живой слизью жижа. Гаевский с досадой подумал, что по воздуху они могли бы пересечь этот район минут за пятнадцать. Собственно, магнитную аномалию здесь в прошлый раз с вертолета и обнаружили. Но теперь надо обследовать ее детально, и для этого приходится работать в непролазных джунглях. - Нет, просто здорово! - восторженно воскликнул Тимофей Соловых, отрываясь от карты, на которую он наносил показания приборов. - Похоже, что железа здесь больше, чем в Курской аномалии. И главное, залежи начинаются прямо под ногами! Ты заметил, какая красная почва в здешних болотах? Нечто вроде красноземной коры выветривания в наших земных тропиках... Мы едем по чистейшим гидроокислам железа!.. - Обязательно радируй в Госплан, - пошутил Гаевский. - Так, мол, и так, есть предложение построить на Венере металлургический комбинат. Продукцию можно транспортировать на Землю в виде железных метеоритов... Тимофей улыбнулся, снова приникая к приборам: - Уж если на то пошло, эта руда должна в первую очередь заинтересовать вашего брата - астроэтнографа. Придет же время, когда венантропам понадобится железо, не вечно им жить, так сказать, в каменном веке. В кабине опять воцарилось молчание. Сидя за штурвалом, Гаерский думал о том, как быстро идет время. Кажется, давно ли они встречали Джонса с его ребятами, и вот, оказывается, с тех пор прошло уже почти три месяца. Через несколько дней иностранцы улетают. А там, глядишь, скоро и наща смена прилетит на "Циолковском"... -Месторождение уходит вглубь, - сообщил сзади Соловых. - Давай крути на север. Попробуем проследить продолжение аномалии под саванной. Повинуясь повороту штурвала, машина двинулась вправо. Вскоре впереди обозначился небольшой пологий подъем, и Гаевский прибавил скорость. Почва сразу стала тверже. И суше. Где-то в вышине сквозь поредевшую завесу ветвей забрезжил неяркий дневной свет. Еще немного, и чаща расступилась, давая начало широкой саванне, как по аналогии с земными тропиками стали называть жаркие лесостепи, покрывающие более возвышенные и сухие области Венеры. Здесь среди густых алых трав возвышались исполинские галды - странные деревья, похожие на огромные одуванчики. Они были названы так в честь астроботаника Сергея Галдаева, трагически погибшего во время 1-й комплексной экспедиции. Толстый, прямой и совершенно гладкий ствол заканчивался геометрически круглой, словно специально подстриженной кроной, где под каждым листом зрело множество коричневых шариков с семенами. Сейчас шарики как раз лопались, и целые тучи зеленого пуха летели по ветру навстречу вездеходу. - Люблю, когда они пушатся, - сказал Соловых, задумчиво глядя в иллюминатор. - Тополя наши чем-то напоминают... Знаешь, у нас в поселке все улицы, в тополях. Идешь летом домой с шахты, а под ногами, слезно снегом все усыпано... Тимофей помолчал, думая о чем-то своем, потом показал рукой на север. - Значит так, едем вон до тех холмов. Оттуда начнем детальную разведку... - Он взглянул на хмуроватое лицо Гаевского и хлопнул его по плечу. - Что, Андрей Иванович, небось, надоело геологией заниматься? Ничего, брат, график есть график. Раз уж один вездеход на двоих... Вот кончится моя неделя, начнется твоя, этнографическая, и опять я буду верным твоим помощником. Однообразная ало-зеленая равнина с рощицами круглоголовых галдов проносилась за иллюминаторами. Вот вдали неторопливо прошествовало стадо уфтонов. Огромные черепахообразные животные, пощипывая траву, двигались к водопою. Отчетливо были видны их толстые, как бревна, хвосты с острыми шипами на конце и рыжие костяные панцири, покрывающие спины. Словно напоминая, что эти орудия защиты отнюдь не излишни, над вездеходом, со свистом рассекая плотный воздух, пронесся летучий ящер... Планета, еще недавно казавшаяся такой таинственной и далекой, жила своей обычной жизнью. Неожиданно под маленьким экраном перед водителем загорелась красная лампочка. - Слушаю, - торопливо проговорил этнограф, настраиваясь на прием. На экране появилась бритая голова Антипова. - Вот что, ребята. - Голос начальника звучал озабоченно. - Только что получена тревожная радиограмма от Джонса. Их вездеход с двумя членами экспедиции покинул ракету вчера утром и последний раз посылал сообщение девять часов назад. С тех пор связь оборвалась. Джонс уверен, что с ними что-то стряслось. Он уже хотел было сам отправиться на поиски на "летающем мотоцикле", да я отговорил. Одному, конечно, рискованно... Так что придется искать вам. Дорошенко и Чубидзе отпадают: они ведут сейчас метеорологические исследования у полюса... С горючим-то у вас как? - Достаточно, - кивнул головой Гаевский. - Тогда приступайте к поискам. Вездеход должен находиться где-то в районе полуострова Маяковского. Предположительно, в квадратах Ф-7 или Ф-8. Через час радируйте о первых результатах. Экран погас. - Надо лететь, - сказал Соловых. Гаевский остановил машину и взялся за монтажные рычаги. Еще несколько минут - и из башенок на крыше выдвинулись лопасти двух несущих винтов. Вездеход превратился в вертолет. - Кстати, посмотри, как там поживает наш пассажир, - попросил Гаевский, готовясь запустить двигатели. Тимофей заглянул за перегородку: - Все еще спит. - Ну и соня! - улыбнулся этнограф. - Впрочем, ничего удивительного. Устал от обилия впечатлений. Ведь это его первая поездка на такое расстояние. Ровно загудели моторы. Тяжелая машина оторвалась от почвы и быстро начала набирать высоту.

* *

*

Они обнаружили пропавший вездеход вскоре после полудня. Машина стояла в зарослях красного кустарника у подножья небольшого холма и казалась покинутой. Одев скафандры, путешественники вылезли из кабины. - Люк задраен снаружи, - констатировал Тимофей. - Значит, куда-то ушли... На всякий случай он несколько раз постучал в стенку. Ответа не последовало. Заглянули в иллюминаторы, но они были плотно закрыты изнутри стальными створками. Гаевский развернул карту и сосредоточенно принялся ее изучать. - Признаться, меня больше всего тревожит вот это соседство. - Он ткнул пальцем в маленький красный кружок - Где-то здесь, чуть западнее, обитают венантропы. Одно из наименее изученных среднеюжных племен... - Ты допускаешь, что вены могли напасть на них? Этнограф покачал головой: - На нас, как ты знаешь, они еще ни разу не нападали. Но неизвестно, как вели себя с ними американцы... Резкий звонок, прозвучавший в шлемофонах, заставил обоих насторожиться. Сомнений быть не могло, это сработали вмонтированные в скафандры индикаторы ультразвуков. Значит, где-то неподалеку в плотном венерианском воздухе возникли и тотчас же затухли неощутимые для человеческого уха мощные ультразвуковые волны. Это было похоже на выстрел... Путешественники замерли, прислушиваясь. Звонок зазвенел снова, на этот раз еще более громко. - Ультразвуковой пистолет, - убежденно сказал Соловых. Через минуту оба были в вездеходе. Гаевский направил машину в ту сторону, откуда слышались выстрелы. Они перемахнули болотистую низину и поднялись на невысокий пригорок. Отсюда открывался вид на широкую поляну, окруженную развесистыми великанами-хвощами. И то, что наши путешественники здесь увидели, заставило их мгновенно затормозить машину и прильнуть к иллюминаторам. По поляне, тяжело волоча заднюю ногу, бежал огромный уфтон. Видимо, животное только что выскочило из-за деревьев, спасаясь от преследования. Странно было видеть трусливо бегущим этого гиганта, способного, казалось, одним ударом своего исполинского хвоста переломить хребет любому чудовищу. Очевидно, нападение было внезапным и страшным для зверя своей непонятностью... Новый звонок резанул по ушам. Еще один выстрел!.. Уфтон на секунду остановился, словно собираясь повернуть в другую сторону, и, как подкошенный, рухнул

на алую траву. Торжествующий свист огласил лес. На поляну выбежала толпа венантропов. Их бока тяжело вздымались, плосконосые лица с выступающими челюстями и большими круглыми глазами горели возбуждением. Видимо, погоня шла уже давно. Издавая оглушительные свистки, заросшие рыжей шерстью охотники принялись осыпать сраженного гиганта градом тяжелых камней. Все это происходило в какой-то сотне метров от вездехода, но машину заслоняли красные космы кустов, и вены ее не заметили. - Смотри, смотри! - Соловых взволнованно схватил товарища за руку. Но Гаевский уже видел сам. Там, в толпе венантропов, мелькнул желтый скафандр. Астронавт! Он казался совсем маленьким рядом с людьми Венеры, каждой из которых был ростом не меньше двух с четвертью метров. Лица человека нельзя было разглядеть, но Гаевский сразу заметил в его руке заостренный излучатель ультразвукового пистолета. - Коллективная охота, - прокомментировал успокоившийся Соловых. - Как видно, ничего трагического не произошло. Только второго почему-то не видно. Надо подъехать спросить. - Давай сначала послушаем, что там происходит. Гаевский вынул из футляра висевший у него на груди, наподобие бинокля, автопереводчик и, подключив его к шлемофону, перевел стрелку лексикографа на диапазон среднеюжных племен. Тимофей последовал его примеру. Слитный гул ворвался им в уши. Десятка полтора венов, оживленно пересвистываясь, копошились у туши, взрезая брюхо зверя заостренными камнями. Остальные,издавая нетерпеливые свистки, жадно следили за их движениями. Маленький человек в скафандре стоял в центре этой группы, с видом победителя взирая на огромную гору мяса. Неожиданно потрошившие зверя разом, словно по команде, прекратили работу. Шум сразу стих. Один из них, старый вен с редкой, наполовину седой шерстью, поднялся на ноги и, обернувшись к толпе, протяжно просвистел. - Великий охотник сказал: бог много силы - может мертвый сделать живой? перевел автолингвист. Очевидно, этот вопрос был обращен к человеку в скафандре, так как тотчас же в шлемофоне зазвучал его голос, с заметным акцентом выговаривавший русские слова: - Ты прав, брат мой. Господь наш всемогущ и милосерден Я с верою обратился к нему, и вот он позволил мне убить этого зверя, чтобы дать вам много мяса. Веруйте в него, и у вас всегда будет вдоволь пищи! А после смерти вы будете вечно жить в раю на всем готовом... Его слова тут же превращались в громкие свистки, далеко разносившиеся по поляне. Вены смотрели на своего благодетеля во все глаза и слушали, как завороженные. Тем временем Соловых и Гаевский, натянув скафандры, торопливо выбрались через нижний люк и, пригибаясь, спустились с пригорка. Им удалось приблизиться к венам метров на пятьдесят. Дальше пробираться не было смысла их могли заметить. Присев за каким-то свекольного цвета растением, мясистым и колючим, как кактус, путешественники стали наблюдать, что будет дальше. -Да это ж мой коллега! - воскликнул пораженный Тимофей, вглядевшись в лицо человека в скафандре. - Он самый: Генри Бойер! Только ума не приложу, когда это он успел заделаться проповедником. Прямо чудеса... В этот момент старый вен снова засвистел: - Тогда скажи бог сделать уфтон живой. У него в живот маленький уфтон. Маленький вырасти, давать много мяса... Скажи бог сделать живой! - Вот это называется припереть к стенке, - захохотал Соловых. - Ну-ка посмотрим, как ты теперь вывернешься. Человек в желтом скафандре несколько секунд молчал, видимо, не зная, что предпринять. Затем он молитвенно поднял руки к небу и что-то забормотал. Это продолжалось минуты полторы. Внезапно Бойер опустил руки, и в то же мгновение на шлеме его загорелся маленький прожектор. - Господь говорит со мной! - закричал иезуит неожиданно высоким голосом. Он говорит, нельзя оживлять этого зверя. Зверь тогда станет злой, убьет своим страшным хвостом много охотников. И еще говорит господь: тем, кто примет крещение, он всегда будет давать много мяса... Оглушительный свист был ему ответом: вены обсуждали поразительное известие от бога. Прожектор на шлеме Бойера погас. Очевидно, это должно было означать, что его беседа с всевышним закончена. - Да ты, брат, прямо фокусник, - мрачновато усмехнулся Соловых. - Что же, Андрей Иванович, так мы и будем молча наблюдать, как этот субъект затуманивает им мозги? - А что ты предлагаешь? - Да уж я бы не стал с ним особенно деликатничать... - А именно? - Этнограф насмешливо глянул на товарища. - Ты забыл, что мы не имеем права вмешиваться в деятельность участников иностранной экспедиции? - Какая это к черту деятельность?! - рассердился Тимофей. - Самое настоящее мошенничество и больше ничего... И все это делается с помощью нашего автолингвиста! Стоило его дарить... Между тем Бойер, посмотрев себе на руку, снова обратился к венантропам. - Скорей идите к пещере, - заявил он. - Бог сейчас будет лить с неба воду и бросать большие огни. Послышались удивленные свистки. Рыжие охотники, задрав головы, разглядывали небо, которое было по-обычному тускло-желтым, без каких-либо темных пятен, предвещающих бурю. Однако авторитет святого отца после всех совершенных им чудес был уже довольно прочен, и вены один за другим начали покидать поляну, таща на плечах огромные куски мяса, отрезанные от туши. Соловых и Гаевский поднялись из-за своего укрытия. - Поразительно точное пророчество, коллега, - громко проговорил Тимофей, поставив передатчик шлемофона на полную дальность. - Представьте себе, мой наручный барометр тоже предупреждает о близкой буре. Бойер вздрогнул и оглянулся. - Что вам здесь нужно? - не слишком любезно осведомился он, сверля глазами русских. - Мы ищем вас, - ответил Гаевский. - Ваш начальник беспокоится. Почему вы столько времени не даете о себе знать? И потом, где ваш товарищ? С ним что-нибудь случилось? Бойер бросил на него быстрый испытующий взгляд, словно стараясь уяснить себе, что именно известно этому человеку. - Вы можете не беспокоиться, - проговорил он после короткой паузы. Мистер Милл здоров и занимается, тем, чем следует. А начальнику мы сами сообщим все, что надо. Так что можете возвращаться к своим делам. - Спасибо, но мы, пожалуй, пока останемся, - с ядовитой любезностью произнес Соловых. - Интересно же посмотреть, как у вас дальше пойдет дело... - Тимофей!.. - Гаевский неодобрительно глянул на товарища, положив руку ему на плечо. Но молодого геолога уже невозможно было остановить. - Погоди, Андрей Иванович, - отмахнулся он. - Я хочу только спросить мистера: не кажется ли ему, что его "проповеди" больше напоминают цирковые трюки? Сквозь бронестекло шлема видно было, как побагровело лицо Бойера. - Я не собираюсь вступать в объяснения с безбожниками, - злобно процедил иезуит. - Можете богохульствовать, сколько вам влезет. Господь не осудит меня за то, что я излагаю язычникам истины святого писания в наиболее наглядной и доступной для них форме. Соловых хотел ему что-то ответить, но Гаевский решительным жестом остановил товарища. - Не горячись, Тимофей Егорович. Мы с тобой не властны запрещать мистеру Бойеру вести религиозную пропаганду. Так, как, впрочем, и он не может запретить нам присутствовать... Но Бойер уже не слушал. Резко повернувшись, он торопливо зашагал к лесу, куда только что скрылись вены. В почерневшем небе уже сверкали первые молнии. - Пророчество сбывается, - усмехнулся Соловых. - Но как ты думаешь, где все-таки может быть Милл? - Скоро все узнаем, - сказал Гаевский, - А пока поспешим под крышу. ...Через несколько минут вездеход, развернувшись под свирепыми порывами ветра, начал спускаться с пригорка. Где-то там, за неистово раскачивающимися гигантскими хвощами, находилась пещера венантропов. * *



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать