Жанр: Фэнтези » Юрий Нестеренко » Плющ на руинах (страница 4)


4

«Несмотря на заявления правительства, — писал другой анонимный очевидец тех событий, — хаос и анархия в стране нарастают, как, впрочем, и во всем мире. Фактически все окраины Соединенных Республик уже охвачены гражданской войной, падение производства продолжается, и во многих городах начинаются голодные бунты. Дикторы теленовостей уже не задаются риторическим вопросом, откуда у боевиков оружие. Воюющие группировки вооружены по последнему слову техники, и я не сомневаюсь, что не сегодня-завтра мы услышим о применении ядерного оружия, прецеденты чему уже имеются в соседних странах. Ходят слухи, что в городах формируются добровольческие отряды для выколачивания продуктов у крестьян. Говорят, что их тайно поощряет правительство; но, даже если это не так, оно ничего не сможет изменить. Объявив военное положение, власти окончательно признали свою беспомощность. Фактически власть уже перешла к армейским группировкам, которые никому не подчиняются. Со дня на день режим Андего падет, и военные группировки перегрызутся между собой сразу же после переворота. После того, как наиболее разумные военные сбежали в будущее, в руководстве армии не осталось умных людей — одни волкодавы.

Официально объявлено, что все центры хроноисследований закрыты, а машины уничтожены. Во-первых, я в это не верю — правители наверняка оставили себе лазейку, а во-вторых, побеги уже сделали свое дело. Уже есть первые сообщения о расправах над учеными; думаю, это только начало. В международных отношениях творится полный беспредел. Несколько относительно благополучных и наименее потому пострадавших от побегов небольших стран уже захвачены озверевшей военщиной и голодными толпами из рушащихся империй. Лига Наций фактически прекратила свое существование и, вероятно, будет вскоре распущена официально. Посольства еще функционируют, но что с того? Мир распадается. Большинство авиакомпаний уже прекратили международные рейсы. Падают не только курсы валют, но и цены на золото — люди уже не верят финансовой системе и предпочитают натуральный обмен. Говорят, по-прежнему процветает нарко— и порнобизнес, но даже мафия обеспокоена слишком уж глобальным кризисом. Похоже, из этого штопора человечеству уже не выйти…»

Был здесь и официальный рапорт.

«Председателю Чрезвычайного Комитета генералу Реллу от полковника Зиллеса По имеющимся у меня данным, группировка Гри продолжает практически беспрепятственное наступление. Войска, обещанные мне в подкрепление, так и не появились. Снабжение полностью нарушено, провизия и амуниция, предназначенные для армии, разворовываются, интендантская служба погрязла в коррупции. Эшелоны с боеприпасами, несмотря на принятые мной жесткие меры по охране, постоянно подвергаются нападению анархистских элементов. Режим комендантского часа не соблюдается, мои патрули постоянно атакуются бандитскими группировками, и только расстрелами удается поддерживать дисциплину. Тем не менее, если снабжение не будет налажено и мы не получим, наконец, подкрепления, солдаты просто разбегутся. Я официально заявляю, что в этих условиях не могу удерживать столицу своими силами. В течение сорока восьми часов я вынужден буду оставить город Гри и отступить на Деррерг, причем в этом случае солдатам придется самим решать вопросы своего довольствия, так что до Деррерга доберутся не регулярные части, а вооруженная толпа. Мною уже начато минирование сохранившихся стратегических объектов и подъездных путей.

Жду ваших распоряжений.»

Были и другие дневниковые записи.

«…электричества нет уже три дня, а воды — пять. Нет никакого сомнения, что это конец. Многомиллионный город остался без воды и тепла в середине зимы. Говорят, электростанции взорваны остатками воинских частей, а может, их постигла участь научных учреждений, разнесенных обезумевшей толпой. В столице, а может, и в стране, теперь не осталось не только фактической, но и формальной власти. Нас некому спасать и некому оккупировать — в последней телепередаче, которая оборвалась на середине, говорили, что во всем мире творится то же самое. Пока жжем мебель и растапливаем снег, но долго мы так не продержимся. Угнетает неработоспособность канализации. Все лестницы в доме уже загажены. Стоит омерзительная вонь, и в нее, вероятно, уже вливается трупный запах. Удивительно, до чего мы, люди, оказались нежизнеспособны вне привычных благ цивилизации. После гибели городов…»

«…вероятно, я — последний человек в городе. Может быть, в мире? Сегодня окончательно сели батарейки моего приемника, но ведь уже несколько месяцев я не мог поймать ни одной передачи. Не могу сказать точнее, я потерял счет дням. Знаю лишь, что зима кончилась, наступила весна и близится лето. Я пережил эту зиму — вопреки всему, я, питавшийся сперва крысами, а потом мерзлой человечиной, выжил и сохранил рассудок. Я разбил зеркало, чтобы не видеть это обросшее исхудалое чудовище, словно вырвавшееся из кошмаров, терзающих в последнее время мой мозг. Я пережил голод и холод, я научился отбиваться от одичавших собак, я стал полуживым хозяином мертвого города. Я заходил в банки, заваленные никому не нужными бумажками и золотом, я жег эти бумажки миллионами. Я ходил по апартаментам высшей власти, по шикарным залам президентского дворца, перешагивая через обглоданные крысами скелеты его последних обитателей. Я проходил по музеям и галереям, где сосредоточены величайшие сокровища мирового искусства, и во многих залах находил лишь разбитые статуи и разодранные штыками полотна, и сам складывал костры из бесценных картин и выбрасывал в окна скульптуры. Я видел руины заводов и лабораторий, престижных офисов и институтов, и сам находил удовольствие в разрушении, дававшем мне почти безграничную власть, пока не понял, что все ценности, которым поклонялось погибшее человечество — ничто, и не потерял к ним всякий интерес. И лишь в лабиринты метрополитена я ни разу не спускался, я даже близко не подходил к его черным разверстым пастям, испытывая почти мистический ужас — я чувствую, хотя и не могу это объяснить, что там обитает что-то пострашнее крыс и собак. Иногда мне кажется, что ночами оно выбирается на поверхность…

Да, я пережил эту зиму, но весна меня доконает. Миллионы мертвецов этого города отомстят мне, пережившему их. Они оттаивают, и воздух заполняется смрадом разложения. Это будет самая малочисленная эпидемия чумы — ведь погибнет всего один человек, и самая многочисленная — ведь погибнет сто процентов населения столицы…

Я уже чувствую слабость и жар во всем теле. Видимо, это мои последние записи. Зачем я пишу? Разве кто-нибудь когда-нибудь прочтет?.. Силы оставляют меня. Комната плывет… пустые глазницы домов… что это? галлюцинации?… Боже, боже, какая тоска, какая…»



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать