Жанр: Героическая фантастика » Юрий Никитин » Башня-2 (страница 87)


Глава 54

Они пробежали через помещение не к распахнутой двери, где дорога наверняка, как уже догадывалась Юлия, выстелена трупами, а к толстому люку, похожему на батискафный.

Рядом с дверью блестела широкая сенсорная пластина, чуть выше — коробочка с множеством аккуратных кнопочек. Юлия ожидала, что Олег начнет подбирать код, однако он попросту ударился всем телом, дверь влетела с грохотом вовнутрь. Из-за стола вскочило нечто растерянное, трясущееся, с венчиком седых волос вокруг блестящей, как яйцо страуса, лысины.

— Кто?.. Как вошли?..

Олег метнулся к столу, глаза впились в экран. Юлия видела, как он побледнел, а мешки под глазами стали еще тяжелее.

— Что с восьмым туннелем? Почему взорван?

Человек сунул руку в ящик стола. Олег двинул коленом, кисть оказалась зажатой, Юлия услышала едва слышный треск косточек.

Человек взвыл, Олег спросил люто:

— Как отсюда быстрее к Малому Куполу? Человек попытался выдернуть руку, но Олег не убрал колено. Человек закричал:

— Как ты… как ты смеешь!.. Да ты знаешь, кто я? Я — один из Семи Тайных!

Рука Олега как выстрелила, он ухватил его за горло, глаза стали бешеными.

— Даже так?.. А сколько тебе лет?

— Две… тысячи… — прохрипел оператор.

Олег стиснул пальцы сильнее:

— Врешь. Но скажи лучше сам, иначе я проникну в твой мозг… а это гадко. И узнаю все твои грешки.

— Две тысячи, — прохрипел человек упрямо.

Олег стиснул пальцы. Лицо схваченного посинело, глаза закатились. Ноги вздрогнули, по лицу прошла судорога. Из полураскрытого рта вывалился распухший язык. Олег безучастно отшвырнул тело в угол, но лицо было печальным.

Юлия спросила неверяще:

— Ты… убил его?

— Он был слишком упрям, — ответил Олег нехотя. — Да перестань, их на Земле шесть миллиардов.

— Нас!

— Вас… то есть нас, — поправился он. — Он врал, понимаешь? Пойти на убийство мог только молодой. Молодость всегда агрессивна. Но человек, проживший две тысячи лет, никогда не станет убивать… за идею. Он знает, что идеи обезвреживаются только идеями.

А как же Яфет, хотела спросить она, но Олег уже выпрыгнул в полумрак туннеля. Стиснув челюсти, она понеслась следом, почти ударилась о его широкую каменную спину. Дыхание со всхлипом вылетело из груди.

— Не успеваем! — вскрикнул он в муке. — Осталось всего двенадцать минут!

Она успела подумать, что у него за часы в мозгах, на запястье ни разу не взглянул.

— Я могу бежать быстрее…

— Нет, — сказал он горько, — все равно не успеваем. До Купола еще полчаса! А ракеты выпорхнут через одиннадцать минут сорок секунд… Черт! Где же я так… Идиот, везде не успеваю, везде дурак… Вот что, Юля! Жди меня здесь. Когда вернусь… пойдем к Малому Куполу. Если же не появлюсь через двадцать минут… нет, жди полчаса… иди вот по этим рельсам, они кружным путем выведут куда надо. Там уже наверняка ждет Мрак.

Она не успела рта раскрыть, как возле ее ног звякнул брошенный им автомат, на его месте взвилась каменная пыль, а сам он растворился в темноте.

Но, даже подняв тяжелый автомат, она ощутила себя настолько беспомощной мошкой, что слезы сами брызнули, как под давлением, побежали горячими струйками по щекам. Ноги подкосились, в копчик больно стукнул покатый камень, и, опустив к ногам автомат, она заревела во весь голос.

В Малом Куполе бесшумно работали кондиционеры, воздух был прохладный, свежий, насыщенный озоном. Стену занимали экраны, но в самом зале был только один рабочий стол и один пульт, а семь кресел стояло в центре зала по кругу.

Семь кресел, простых, с высокими спинками. Обычные, деловые. Владыки мира не нуждаются в подчеркивании атрибутов их владычества, то радости рабов, дорвавшихся до власти или богатства.

Если кто из них когда-то и купался в роскоши, теперь об этом стыдливо помалкивает.

Яфет за последние недели исхудал едва ли не больше, чем в то время, когда его впервые отыскал Олег. Внутренний жар вытопил последние капли жира, иссушил плоть, теперь из его синих как небо глаз смотрела исстрадавшаяся душа, жаждущая, неистовая.

Лязгнула дверь, на пороге показался грузный коренастый человек. За его спиной виднелись крепкие ребята в униформе десантников, но они остались за дверью. Толстяк вытер красное мясистое лицо большим клетчатым платком, прищуренные глаза пытливо окинули Яфета с головы до ног.

— Приветствую… Что-то ты исхудал, однако.

— Приветствую, мудрый Аттила, — ответил Яфет живо. — Дух силен, плоть немощна.

— Да? — удивился Аттила. — А я вот на плоть не жалуюсь.

Он захохотал, обнял Яфета. Головой доставал разве что до груди, но Яфет чувствовал непомерную мощь этого толстячка, что не жалуется на плоть, но и причуды его духа доставляют немало головной боли аналитикам мнений народов.

Яфет под руку отвел Аттилу и усадил в одно из семи кресел.

От двери послышался возглас:

— Ни разу мне не удалось опередить Аттилу!

Россоха, румяный и улыбающийся, шел, раскинув руки. Яфет порывисто шагнул навстречу человеку, который был в Первом Совете, и единственный, не считая его самого и Олега, кто еще застал мир другим.

— Какие новости об Олеге? — спросил Яфет.

— У тебя должны быть очень весомые доводы, — сказал Россоха. — Оч-ч-чень.

Глаза Яфета блеснули мрачно и свирепо.

— Я заготовил весомые доводы. Которые остановят кого угодно.

Россоха ответить не успел, прозвучал сигнал, дверь распахнулась. Через порог степенно переступил Ганзард. Выпуклые и круглые, как

у орла, глаза зорко сфотографировали все в помещении, а тонкие губы изобразили улыбку.

— Приветствую, доблестный Яфет! И тебя, потрясатель Вселенной, а теперь… мальчишка.

Аттила вскинул кустистые брови:

— Это где ж я тебе дорогу перешел?

— Это твои длинные уши торчат за программой празднования двух тысяч лет Христу уже в этом, двухтысячном?

— Нет, — ответил Аттила бодро. — А за программой протестов! Каких? Да всяких: друидов, волхвов, шаманов — за их гонения и попрание национальных культур! Я ж Бич Божий, забыл?.. А заодно посмеемся, что весь мир считать не умеет.

Ганзард смотрел подозрительно, Аттила вполне мог стоять за обеими сторонами, но вздохнул, повернулся к Яфету:

— Мой голос с тобой, Яфет. Хотя что-то очень тревожно мне…

— Мне тоже, — признался Яфет. — Но так всегда, когда расширяется горизонт, когда выходишь за пределы малого привычного мирка…

— Да нет, предчувствие. Ты уверен, неожиданностей не будет?

— От Олега? Конечно, будут. На то он и… Но на этот раз мы его переиграем.

— Уверен?

— Уже переиграли, — сообщил Яфет.

Прозвучал новый сигнал.

Целенгук и Акша переступили порог вместе. Они, как все знали, поддерживали плотный контакт на протяжении последних двух сотен лет, усиленно добиваясь если не слияния разумов, то хотя бы умения при желании видеть глазами друг друга, а также складывать накопленную информацию в общую копилку мозга. А последней целью их был коллективный разум, что позволил бы всем людям приобщиться к бессмертию…

— Остался только Олег Богоборец! — воскликнул Яфет. — Я надеюсь, что не опоздает. Если же кто опоздает или не придет, то… все предупреждены, мы начинаем заседание Совета без них. Наши встречи и так слишком редки, чтобы их переносить из-за чьей-то неявки…

Аттила и Ганзард переглянулись. Обычно Яфет называл Олега Вещим, ревниво напоминая о его невысоком статусе мелкого князька в забытом славянском племени, хотя Олег побывал не только князьком… однако сейчас почему-то назвал богоборцем. А Яфет, как известно, никогда ничего ни говорит и не делает случайного…

Впрочем, понятно. Ведь Башня-2 — вызов Богу, вызов его основной заповеди.

Прозвучал сигнал, Аттила возбужденно потер руки:

— Олег… Чую, будет драка!

Яфет загадочно смолчал. Двери, настроенные на автоматическое распознавание, раздвинулись. По ту сторону стоял высокий подтянутый человек в пятнистой униформе десантника.

Яфет сказал торопливо:

— Хочу представить высокому вниманию Совета человека, моего помощника. Он руководит всей технической частью операции. Генерал Кропоткин ждет от вас указания начать строительство Башни-2!

Аттила поморщился, слишком много полномочий Яфет отдает своим помощникам, Целенгук и Акша молчали, неподвижные как статуи, а Россоха попятился и почти незаметно выскользнул за дверь.

Кропоткин переступил порог. Щека слегка дернулась, когда Россоха прошел мимо, не удостоив его вниманием, но глаза смотрели прямо, а в Куполе коротко поклонился и застыл в недвижимости.

На него посматривали искоса, оценивающе. У каждого сотни помощников с разной степенью доверия, однако Тайный открывается другим только в случае крайней необходимости. А Яфет доверяет своему помощнику настолько, что открывает ему даже остальных…

Ганзард сказал возбужденно:

— Если этот экран не врет… сюда приближается человек. Голова как факел, осанка, разворот плеч… глаза зеленые…

Яфет потер руки:

— Отлично!.. Значит, все в сборе.

А Кропоткин дернулся, из него вырвалось:

— Что?.. Это тот десантник, который… правая рука Олега Вещего?.. Он… кто?

Тайные переглядывались, улыбались. Яфет объяснил снисходительно:

— Это сам Олег. В его духе. Я бы назвал это театральными фокусами, если бы это не шло как раз от его неприятия любой пышности… Он никогда не появляется как Тайный, а всегда лишь как помощник, телохранитель, курьер…

Кропоткина даже отбросило к стене, как волной взрыва. Рука его метнулась к поясу с пистолетом. На лице сменялась целая гамма чувств, наконец, скрипнул зубами:

— Но как он… миновал внешнюю охрану?

Яфет сказал с кривой усмешкой:

— Это тоже в духе Олега. Он не любит, когда встречают с оркестром.

Дверь распахнулась. В проеме появился этот враг, зеленые глаза цепко ухватили всю картину в Куполе. Пятнистый костюм десантника сидел как на нем подогнанный, на поясе висела пустая кобура. Кропоткин всмотрелся, но рукоять из кобуры не торчит, точно.

Олег перешагнул порог, глаза сразу же начали искать кого-то взглядом.

Кропоткин крикнул торопливо:

— Закрыть дверь!.. Немедленно закрыть дверь!

Олег с недоумением оглянулся. По ту сторону двери начала медленно опускаться толстая стальная плита. На долгий страшный миг Кропоткину показалось, что вот сейчас этот опасный враг метнется обратно, в прыжке распластается по полу и успеет проскользнуть под массивной плитой, которую не пробить никаким снарядом…

Но супердесантник, он же самый таинственный из Семи Тайных, все еще стоял, явно растерянный, как, впрочем, и все остальные.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать