Жанр: Документальное: Прочее » Алексей Иванов » Заказные преступления: убийства, кражи, грабежи (страница 74)


В акте вскрытия А. Гиляревский указал: «…на шее под гортанью – красная борозда, идущая слева вверх и теряющаяся около ушной раковины спереди, справа борозда идет немного вверх к затылочной области, где и теряется, ширина борозды с гусиное перо…». Следовательно, веревка, сжимавшая горло поэта, натягивалась сзади, где-то в районе затылка. Причем «мертвой петли» на веревке не было. В противном случае странгуляционная борозда была бы замкнутой. Описанная А. Гиляревским красная борозда на горле Есенина вызывает в памяти случаи умышленных убийств, когда преступник сзади набрасывает на шею жертве веревку и начинает душить, натягивая веревку снизу вверх.

Вернемся к акту Н. Горбова: «…лицо было обращено к трубе…». Расположение странгуляционной борозды на шее поэта, описанное Гиляревским, дает основание утверждать, что труба, к которой была привязана веревка, должна была быть за спиной трупа, а не наоборот.

Из сообщений прессы мы знаем, что веревка на шее поэта была намотана несколько раз. В этом случае должно было быть несколько странгуляционных борозд. Но их нет. Все это может свидетельствовать о том, что смерть поэта наступила раньше.

А. Гиляревский в своем акте отметил, что «темно-фиолетовый цвет нижних конечностей, точечные кровоподтеки на коже указывают на то, что покойный в повешенном состоянии находился продолжительное время». Современные судмедэксперты утверждают, что подобные изменения наступают в том случае, если труп находился в петле около суток. В акте также написано: «петли кишок красного цвета». Некоторые судмедэксперты считают, что Гиляревский имел в виду образовавшиеся трупные пятна, а это тоже свидетельствует о пребывании тела в подвешенном состоянии более 12 часов.

И еще одно важное обстоятельство, объективно подтверждающее наступление смерти не 28-го, а 27 декабря 1925 года. Гиляревский отметил наличие в желудке покойного около 300 кубических сантиметров пищевой смеси, издающей нерезкий запах вина. Известно, что последний раз Есенин употреблял пищу не позднее б часов вечера. Пища была легкосвари-мая. Наличие пищевой смеси в желудке свидетельствует, что смерть наступила не позже 8 часов вечера.

Теперь мы располагаем свидетельскими показаниями А. Л. Назаровой – ныне здравствующей жены управляющего гостиницей В. М. Назарова, которая показала, что ее муж, чекист, работал в гостинице «Англетер» и всегда возвращался домой поздно. Однажды он пришел с работы и сразу лег спать. Неожиданно ему позвонили и предложили немедленно прийти на службу. Возвратился он поздно и рассказал жене, что у них в гостинице повесился поэт Есенин. На следующий день она даже ходила смотреть, как труп выносили из номера на улицу.

Оценивая объективные данные, прихожу к твердому убеждению, что смерть Есенина наступила 27 декабря 1925 года в промежутке от 20 часов 30 минут до 23 часов.

Вот уже семьдесят лет живет официальная версия о самоубийстве Сергея Есенина. Со школьных лет мы знаем, что жил такой поэт, талантливый был, писал о собаках, березках, неразделенной любви, менял женщин, бросал детей, пил крепко и ему ничего не оставалось, как повеситься.

Кто же установил факт самоубийства? Какой следователь провел расследование и пришел к такому выводу? Кто первым произнес это слово – самоубийство? Первыми это сделали газетчики и враги Есенина. Еще не имея на руках решения следственных органов и заключения экспертов. А потом Есенину приписали наркоманию, алкоголизм, развратные действия, злостное хулиганство. Объясняя причину самоубийства, его враги пошли по проторенному пути клеветы и стали искать ее истоки в его собственных стихах. Житейская биография была перечеркнута и заменена литературной. Строки из его стихов о смерти были превращены в свидетельские показания против него самого.

Распространяли явную ложь. Был пущен слух, что Есенин был английский шпион и покончил жизнь самоубийством из-за боязни быть разоблаченным.

Какие же имелись доказательства, подтверждающие самоубийство?

А вот доказательства убийства поэта с последующей имитацией самоубийства даже не замечали, не то чтобы не искали. А их было больше чем достаточно.

В 1927 году художник В. Сварог конфиденциально делился своими впечатлениями о происшедшем в номере гостиницы:

«…Мне кажется, этот Эр лих что-то подсыпал ему на ночь, ну… может быть, и не яд, но сильное снотворное. Не зря он „забыл“ свой портфель в номере Есенина. И домой „спать“ не ходил – с запиской Есенина в кармане. Он крутился не зря все время неподалеку, наверное, вся их компания сидела и выжидала свой час в соседних номерах. Обстановка была нервозная, в Москве шел съезд, в „Англетере“ всю ночь ходили люди в кожанках. Есенина спешили убрать, потому все было так неуклюже и оставалось много следов. Перепуганный дворник, который нес дрова и не вошел в номер, услышав, что происходит, кинулся звонить коменданту Назарову… А где теперь этот дворник?

Сначала была «удавка» – правой рукой Есенин пытался ослабить ее, так рука и закоченела в судороге. Голова была на подлокотнике дивана, когда Есенина ударили выше переносицы рукояткой нагана. Потом его закатали в ковер и хотели спустить с балкона, за углом ждала машина. Легче было похитить. Но балконная дверь не открылась достаточно широко, оставили труп у балкона, на холоде. Пили, курили, вся эта грязь осталась… Почему я думаю, что закатали в ковер? Когда рисовал, заметил множество мельчайших соринок на брюках и несколько в волосах… пытались выпрямить руки и полоснули бритвой «Жиллет» по сухожилию правой руки, эти порезы были видны… Сняли пиджак, помятый и обрезанный, сунули ценные вещи в

карманы и все потом унесли… Очень спешили… Вешали второпях, уже глубокой ночью, и это было непросто на вертикальном стояке. Когда разбежались, остался Эрлих, чтобы что-то проверить и подготовить для версии о самоубийстве… Он же и положил на стол, на видное место, это стихотворение «До свиданья, друг мой, до свиданья…» Очень странное стихотворение…»

Действительно, из пятого номера пропал пиджак поэта, а после осмотра места происшествия кто-то снял лакированные туфли с мертвого тела.

Свидетельство Сварога полностью соответствует показаниям А. Назаровой, которая сейчас утверждает, что Есенин был убит. Причем Назарова рассказывала своим коллегам на работе о сомнительном самоубийстве Есенина лет двадцать назад, как об этом стали широко писать биографы Есенина.

Однажды выдающийся врач Казимир Маркович Дубровский в разговоре с известными художниками рассказал некоторые подробности гибели Есенина. В декабре 1925 года он, тогда молодой медик «скорой помощи» Ленинграда, выезжал в гостиницу и лично вынимал из петли труп поэта. По его мнению, Есенин был убит. Я решил обратиться к вдове Дубровского. Писал ей несколько раз, она не отвечала.

И вдруг получаю письмо: «…Извините меня за беспокойство и за то, что выполняя просьбу ныне покойной Елены Александровны Дубровской, я не сообщала Вам того, что случилось с С. Есениным в „Англетере“. Вернее, что видел Казимир Маркович Дубровский. Уж очень запуганное было поколение… до последний дней… Надеюсь, что хоть мне „аукнется“… Вы совершенно правы, считая что С. Есенину „помогли“ покончить с собой. Судя по рассказам К. М. Дубровского, в номере Есенина были следы борьбы и явного обыска. На теле были следы не только насилия, но и ссадины, следы побоев. Кругом все разбросано, раскидано, битые разбросанные бутылки, окурки… К. М. Дубровский был врачом „Скорой помощи“ и был свидетелем многих трагедий, за что, возможно, и поплатился в 30-е годы, а позже в 40–50 годы… Как говорил К. М. Дубровский: „Я ни за что сидел, а за что-то тем более не хочу…“

В ходе своего расследования я получил письменные показания научного сотрудника ленинградского Эрмитажа В. Головко. Он до войны учился в техникуме, и ему преподаватель В. Шилов перед отправкой на фронт доверительно рассказал следующую историю. За день до смерти поэта он договорился с Есениным о встрече. Поэт пригласил его к себе в номер. В назначенный час вечером Шилов подошел к двери и постучался. Ему не открыли. Он решил дождаться в вестибюле и увидел, что из номера Есенина вышли двое мужчин, закрыли за собой дверь на ключ и направились к выходу, где их ждал автомобиль. На следующий день все узнали о «самоубийстве» поэта.

У меня имеется письменное свидетельство хирурга из Тульской области. Он отбывал срок по 58-й статье в исправительно-трудовом лагере под Норильском. Осужденный санитар рассказывал ему, что когда-то работал в ЧК – ГПУ шифровальщиком. После гибели Есенина он получил из Центра шифроте-леграмму, в которой оперативным работникам на местах предлагалось распространять среди населения слух, что Есенин был английским шпионом. Я проверял это сообщение. Действительно, до осуждения санитар работал в ГПУ Восточной Сибири на такой должности, но той шифротелеграммы достать не удалось. Но возможно, она хранится в архивах бывшего КГБ.

В этом архиве и архиве ЦК ВКП(б) должны быть документы, из которых можно было знать о том, как преследовали Сергея Есенина, провоцировали, окружали сексотами. Важно изучить рабочие и личные дела тайных осведомителей, оперативные разработки против поэта и его окружения, задания оперуполномоченных, доклады сексотов о проделанной работе, документы на задержание и аресты. Для установления подлинных обстоятельств гибели поэта необходимо ознакомить исследователей с шифротеле-граммами ленинградского обкома партии и ГПУ, переданные ими в Москву 28 декабря.

После гибели Сергея Есенина пропала веревка, послужившая удавкой. Ни в одном документе, ни у одного современника нет о ней никаких сведений. К материалам дела по факту гибели Есенина она также не приобщалась. По всей вероятности, веревка оставалась в номере вместе с личными вещами поэта.

Гостиничный номер Н. Горбов опечатал и передал на ответственное хранение управляющему В. Назарову. Все личные вещи Есенина захватила его первая жена Зинаида Райх-Мейерхольд. Она приехала 22 апреля 1926 года со своим защитником Аркадием Мещеряковым в Ленинград, назвалась хранительницей имущества поэта, получила под расписку все вещи и увезла в Москву. Она ли (вскоре Райх и Мейерхольд выезжали за границу), другой ли кто вывез веревку за границу. Там ее за крупную сумму продали с аукциона. Затем разрезали на фрагменты и вновь пустили с молотка. Один еврейский поэт, часто посещавший СССР, купил кусок этой веревки и привез в подарок одному известному коллекционеру (к сожалению, я не могу назвать их имен). С большой долей уверенности могу утверждать, что рисунок плетения этой веревки соответствует отпечатку, оставленному на шее поэта. Этот фрагмент веревки имеет для исследователей большое значение. С помощью специалистов можно определить назначение веревки, могла ли она быть в чемодане или номере Есенина, или это исключено.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать