Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Черное сердце (страница 135)


Эллиот открыл глаза, ожидая увидеть на пороге распростертое тело Киеу, но вместо этого перед ним оказалось странным образом смазанное пятно, тут же превратившееся в лицо отца. Он открыл было рот, пытаясь предостеречь его, но пятно вдруг увеличилось в размерах и стало огромным. Боль и удар он почувствовал одновременно. Эллиот покачнулся и оперся ладонью о стену. Рука его легла на то место, где когда-то, когда он еще жил в этом доме, висел большой портрет Роберта Де Ниро. Сейчас от него осталось лишь светлое пятно, прямоугольник, из которого словно открывался путь в никуда. Эллиоту казалось, что он видит раздвигающиеся створки, за которыми начинается Вечность. Потом все исчезло, и он почему-то заплакал, но слезы были алые.

Он ничего не чувствовал. Тело его сделалось невесомым, как пушинка. Сердце забилось неровно, мысли путались, подчиняясь новому ритму сердца, который постоянно менялся, становился все медленнее и наконец исчез.

В момент, когда нож вырвался из его пальцев, Макоумер издал дикий крик: за узнаванием последовала реакция. Он метнулся вперед в абсурдной попытке догнать взвизнувшее в воздухе лезвие и прервать его смертельный полет.

Ему это не удалось. Он склонился над сыном и прошептал:

— Эллиот...

Из слабеющих пальцев Эллиота медленно, как в замедленной киносъемке, падал пистолет, он, кувыркаясь, опускался в лужу крови, льющуюся из раны на лице. Времени размышлять о случившемся, искать первопричину и думать, как все можно было предотвратить, не было. Чувство опасности не уходило: напротив, оно становилось все острее. Может, все дело в почти неуловимом запахе оружейного масла? Все выстраивалось в определенный план. Макоумер понимал, что инстинкт его не подвел: Эллиот целился в него, и ему пришлось защищаться, отбросив в тот момент все мысли о том, кто создал такую ситуацию.

Но теперь уже не имело значения то, что он вновь спасся благодаря своему развитому, как у хищника, инстинкту. Он знал лишь, что убил сына. Макоумер опустился на колени, осторожно извлек нож из глубокой раны и отбросил в угол. Лезвие звякнуло, ударившись о какой-то металлический предмет.

Глаза Эллиота были открыты, но он уже не видел отца. Он смотрел сквозь него и на что-то там, позади. Сколько раз на Макоумера смотрели такие подернутые мутной пленкой смерти глаза! Все кончено. От Эллиота осталась лишь телесная оболочка. Сын, его сын, которого он лепил по образу и подобию своему, стремительно убегал от него. У него могло быть все, а теперь жизнь покидала его, жизнь, кроме которой этому мальчику ничего не было нужно. Наверное, он требовал слишком многого — просто жизни. И впервые Макоумер почувствовал, что даже его власть здесь бессильна.

Он не понимал, что плачет. Если бы ему об этом оказали, он не поверил бы, что такое может быть с ним, твердым как кремень Макоумером. Он оплакивал Эллиота, но внутри него все оставалось неизменным. Ничто не может поколебать его дух, лишить сил. Ничто.

Почувствовав движение за спиной, он поначалу даже не обернулся.

— Отец? — негромко окликнул его Киеу. Он был в обычной черной одежде, босиком. — Я слышал выстрел, — Киеу замер у порога.

— Это был Эллиот, — все еще не веря в случившееся, пробормотал Макоумер. — Эллиот пытался убить меня!

— В самом деле? — Голос Киеу обволакивал, словно растекался по комнате. — Мне очень жаль.

Макоумер невидящим взором смотрел на него.

— Как это могло произойти? — спросил он. — Ничто больше не имеет значения — ни идеально спланированные операции, ни совершенный механизм «Ангки», ничто. Как же такое могло случиться, Киеу?

— Карма, отец.

— Но мой сын... — Он поднялся с искаженным в бессильной ярости лицом, сделал шаг вперед. — Киеу, ты что, не понимаешь? Мой сын пытался застрелить меня! Я... Я убил его! О Боже, неужели ты не понимаешь, что произошло!

Киеу глядел на Макоумера, душа его упивалась созерцанием его страданий:

— Я уже сказал, отец: это карма. У вас такая карма.

— Срать я хотел на твою карму! — крикнул Макоумер. Кровь ударила ему в лицо. — Срать я хотел на все твои буддийские хреновины! Что все они значат по сравнению с тем, что случилось?

— Мир, — спокойно ответил Киеу.

Макоумер бросил на него недоуменный взгляд, и, наконец, как бы впервые увидел Киеу. Он ощутил идущий от приемного сына мощный поток энергии, и сердце Макоумера сжалось в недобром предчувствии. Лицо его превратилось в каменную маску, мозг лихорадочно обрабатывал информацию, в голове роились вопросы.

— Что?.. — Он замолчал, сознавая, что не знает, о чем спросить. Страх и понимание бессмысленности слов на мгновение лишили его голоса. — Что происходит?

— Конец всего сущего, — Киеу сделал шаг, свет из коридора мягко очерчивал его сильную фигуру, казалось, вокруг него пульсирует сияющий ореол внутренней силы. — Вы удивлены, отец. Я не могу понять, почему. Я такой, каким вы меня сделали. Не более того. — Глаза его сверкнули. — Все, что вас окружает, вы приспосабливаете для своих целей. — Руки его взметнулись в стороны, как крылья большой хищной птицы. — Смерть вашего сына... Он принял вас за меня, понимаете? Я сказал ему, что хочу умереть.

— О чем ты говоришь?

— О, я вижу в вашем лице боль, отец, — он двигался по комнате, стремительно, бесшумно, безостановочно. — Такая же боль, как и та, которая навеки поселилась в моей душе. За то, что вы

сделали со мной... и с Самнангом, вам следовало бы умереть. Вы предали его, отец, выдали убийцам, а затем прилетели на стальных крыльях, чтобы спасти меня... чтобы увезти из ада, чтобы я заново родился. Вы уничтожили убийц Сама, но прежде вы уничтожили его. Эллиот мне все рассказал. Он...

— Ложь! — взревел Макоумер. — Не представляю, где он этого всего нахватался! Это сплошная ложь. Эллиот ненавидел меня. Он...

— Он нахватался этого здесь, — Киеу извлек из-за спины пожелтевшие страницы.

Ошеломленный Макоумер попятился.

— Где?.. — прошептал он. — Каким образом?..

— Но я не желаю вам смерти, отец. Правда. Только не вам, не тому, кто подарил мне жизнь, когда вокруг была одна лишь смерть. Тому, кто вырвал меня из ада и привез... сюда, — Киеу как бы отплывал все дальше и дальше. — Нет, гораздо лучше, если вы будете жить, храня в сердце воспоминания о сегодняшнем вечере. Каждый день, каждый вечер вы будете это помнить, но и это не все: каждую ночь вы будете просыпаться в холодном поту, потому что не сможете вспомнить, как же умер ваш сын, вы будете вновь и вновь прокручивать в памяти эту картину. И когда вы наконец заснете, вам приснится его смерть, тот самый момент, вы станете кричать во сне, но проснуться не сможете. И так будет каждую ночь — до тех пор, пока разум мало-помалу не начнет покидать вас. Это и будет концом вашей жизни, отец, концом всего сущего.

Макоумер ошарашенно смотрел на Киеу, не понимая, каким образом он вырвался из-под его контроля. Когда? И вдруг вспомнил!

— Это началось после твоего возвращения, я знаю. Ты должен сказать мне, что произошло в Камбодже. Я должен это знать! Я требую!

— То время, когда вы могли от меня что-то требовать, прошло, отец. Как и ваша власть надо мной. Она уходит, ускользает с каждым вашим вдохом, с каждым ударом сердца, — и он выскочил за дверь. Силуэт его растаял, словно Киеу никогда и не было.

— Стой! — крикнул Макоумер. — Не смей уходить!

Еще тогда, когда он увидел его в первый раз, когда он разглядел, на что способен этот мальчик, Макоумер сразу понял, что без Киеу ему ничего не удастся — ни «Ангка», ни та жизнь, которую он для себя избрал. Не сбудется его мечта о полном, тотальном контроле всего и вся.

Так вот какова его карма!

Холодеющее тело сына было тому свидетельством. Макоумер обнял его. Будь проклята эта карма, думал он, сжимая в сильных руках Эллиота. Больше всего он сейчас хотел броситься вслед за Киеу, но не мог. Он не мог оставить сына, словно его руки могли даровать Эллиоту столь нужную ему при жизни и бесполезную сейчас защиту. Но Макоумер не хотел думать о бессмысленности своих поступков, завершением которых стал сегодняшний вечер.

Он пытался анализировать ситуацию. Как это могло произойти, в сотый раз спрашивал себя Макоумер, как Эллиот нашел его дневник? Ему казались невероятными сами события, и тот факт, что он больше не мог ими управлять.

Он закрыл глаза: вот и сердце колотится, как сумасшедшее, словно тоже решило обрести свободу, подумал Макоумер. Усилием воли он задержал дыхание, сделал медленный выдох, и постепенно мысли его упорядочились.

Я отправлюсь за ним, думал он, обязательно отправлюсь. И очень скоро.

Трейси был уже почти на самом верху лестницы, как вдруг почувствовал, что падает. Ступеньки стремительно уходили из-под ног.

* * *

Он с трудом восстановил равновесие, но ударившее его плечо было словно отлито из железа. Перед глазами мелькнуло очень красивое мужское лицо, на котором, словно раскаленные угли, сверкали раскосые глаза. Пламя в этих глазах заставило Трейси вспомнить облитые напалмом пальмы, весело потрескивавшие в огне, словно рождественские свечи.

Картина так живо встала перед его глазами, что Трейси наморщил нос, желая избавиться от характерного запаха горящего напалма.

Он выбросил вперед руки, но они соскользнули с могучего плеча. Тень резко повернулась и попыталась уйти от Трейси прыжком через перила, но он сменил позицию, блокируя этот маневр противника.

Освещение здесь было очень плохое. Уловив перед собой движение, он вначале не уловил его сути, а когда, наконец, понял, едва не опоздал: сверкнувший прямо перед глазами металлический предмет мог бы оказаться последним воспоминанием об этой жизни, если бы не отменная реакция, — Трейси опустился на колено и толчком бедра ушел с линии удара.

В правой руке противник сжимал короткий стальной цилиндр. Сделав неуловимое движение кистью, человек на лестнице выбросил руку вперед, из цилиндра, словно телескопическая антенна, вырвался гибкий стальной стержень длиной не менее двух футов. Трейси слышал об этом оружии, но видел его впервые. Это было кейджо, любимое средство защиты и нападения японских мафиози-якудза.

Поставив мягкий блок левой рукой, Трейси приготовился нанести удар кулаком правой.

Гибкий рифленый стержень с шипением спрятался в цилиндре-ручке, и Трейси вдруг понял, что Мойру забили именно этим оружием.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать