Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Черное сердце (страница 70)


Он резко поднялся. Слюна во рту отдавала железом. Чтобы успокоиться и выровнять дыхание, он оперся рукой о ствол дерева. Киеу вспотел, его подташнивало. Он попытался задержать дыхание и услышал резкие «скри-скри» порхавших где-то поблизости летучих мышей.

Немного спустя он снова сел и прижался мокрой от пота спиной к стволу дерева. Надо было дожидаться рассвета. Уснуть уже не удастся.

Теперь он знал, что надо сделать, прежде чем уйти из Кампучии, и мысль эта пугала его.

* * *

Перед отъездом из города Туэйт решил повидаться с полицейским хирургом. У него мелькнула мысль, что неплохо было бы встретиться с Мелоди или хотя бы позвонить ей, но что-то его остановило.

Хирург, общительный лысый толстяк с вытянутым как дыня черепом и прокуренными до желтизны усами, ловко перевязал рану и осведомился, чувствует ли Туэйт боль, и если да, то в какие моменты.

Туэйт был откровенен. Сейчас боль возникала только при резких поворотах и иногда от перегрузки. Хирург удовлетворенно кивнул и выписал рецепт на болеутоляющие пилюли. Выйдя из кабинета, Туэйт тут же выбросил рецепт.

Этим утром он позвонил своему товарищу из полиции Чикаго. Арт Сильвано, решил Туэйт, поможет получить доступ в управление полиции Кенилворта. Они неоднократно работали вместе, а последний раз сержант из Чикаго попросил Туэйта о более чем серьезном одолжении. Оба они умели обходить правила, и это обстоятельство крепко связывало их друг с другом.

Сильвано встретил его у ресторана О'Хары. Он почти не изменился, вот только в волосах прибавилось седины и чуть подвыцвели голубые глаза. Это был человек с такими широкими плечами, что на их фоне даже небольшое брюшко не привлекало внимания. Его загорелое, покрытое шрамами лицо всегда напоминало Туэйту о могучих техасских фермерах, хотя он прекрасно знал, что Сильвано родился в Сисеро.

Они пожали друг другу руки. Глядя себе под ноги, Сильвано сказал, что скорбит о несчастье друга, и тут же перешел к делу:

— Есть у меня один парень в Кенилворте, один из их трех сержантов. Зовут его Рич Плизент — недурное имечко, учитывая профессию. Он поможет.

Миновав задымленный центр, Сильвано с облегчением улыбнулся:

— А теперь, может, посвятишь меня в свои планы? Через двадцать минут они уже были в кабинете Плизента.

— Туэйт гоняется за одним типом, — Сильвано щелкнул пальцами, — который, как он считает, замешан в убийстве сенатора Берки.

Плизент пожал плечами:

— Похоже, тебе не повезло, дружище. Крик-то услышал я, и первым был на месте. Ни единого следа, скажу я тебе. Должно быть, Берки застукал грабителя на месте преступления и попытался напасть. Это была его ошибка. Этот парень — профессионал. Не оставил ни одного следа, ни единого отпечатка пальцев.

Сильвано задумчиво кивнул:

— И все же мы хотели бы взглянуть на заключение судебно-медицинской экспертизы. Ты нам поможешь?

— Какие могут быть вопросы!

Плизент повернулся в кресле и выдвинул один из ящиков металлического стеллажа, где хранились дела. Достал светло-желтую папку, протянул Туэйту.

Туэйт внимательно просмотрел все записи: ни одного упоминания о состоянии носового хряща. Он глянул на подпись мед-эксперта, который производил аутопсию.

— Ты знаешь этого доктора Вуда? Сержант смущенно развел руками:

— Я вообще никого из них не знаю. Чего это вдруг я должен водить дружбу с этой бандой вурдалаков? Думаешь, я в состоянии жрать в покойницкой, комнате, по которой раскиданы куски тел? А они могут! Нет, у меня другое хобби.

— Можно я позвоню? — Туэйт подался вперед.

— Валяй, — Плизент подвинул ему телефон. Туэйт набрал номер. Услышав голос телефонистки, попросил соединить его с доктором Вудом. Через несколько секунд ему ответили, что доктор Вуд находится в суде, где дает показания. Не желает ли сэр оставить сообщение? Сэр такого желания не имел и повесил трубку.

Погрузившись в раздумья, он барабанил пальцами по папке, наконец, положил ее на стол. Потом попросил Плизента показать фотографии места преступления: вряд ли они добавят что-то новое, но было бы глупо не посмотреть. Лучше уж перестраховаться!

— И еще хотелось бы взглянуть на список украденного. Страховая компания наверняка прислала вам копию.

Плизент снова пожал плечами. Похоже, это был его любимый жест.

— Да ради Бога, — он достал нужный лист. — Просто я убежден, что все это напрасная трата времени.

Туэйт внимательно прочитал список: переносной телевизор, пара напольных антикварных часов, видеомагнитофон, приставка для видеоигр, шкатулка с золотой инкрустацией. К листу был подколот список ювелирных изделий: золотые кольца, запонки с бриллиантами, золотые часы «Филипп Патек».

— Я был бы весьма признателен, — как можно вежливее произнес Туэйт, — если бы ты помог нам попасть в дом сенатора.

— О Боже, — простонал Плизент, повернувшись к Сильвано, — это действительно необходимо, Арт?

— Мне надо взглянуть на это место, — спокойно, но с нажимом проговорил Туэйт.

— Ладно, черт с вами, поехали.

Они выехали из Кенилворта. Пригород был довольно живописным — прямые, обсаженные деревьями улицы, идеально подметенные тротуары, большие дорогие дома и особняки со скульптурами; обнесенные живой изгородью. Сквозь густую листву на дорогу падал мягкий свет.

Плизент провел их в дом. Воздух здесь был спертый: все окна закрыты, а кондиционер, конечно же, выключен.

Странное место, сразу же подумал Туэйт. Хотя черное и белое в отсутствии хотя бы еще одного цвета всегда производит странное впечатление. Неужели здесь кому-то нравилось?

Плизент прошел в центр гостиной и стал объяснять, где он нашел

тело, в какой позе лежал убитый, короче — реконструировал место преступления.

— Каким образом проник грабитель? — спросил Туэйт.

— Когда я пришел, входная дверь была незаперта. Я вошел через нее — не исключено, что грабитель сделал то же самое.

— Что ж, возможно, — в голосе Туэйта чувствовалось сомнение. На подобные объяснения он не покупался: это была формулировка полицейского-лентяя, а он никогда не доверял лентяям.

Плизент стоял, позвякивая ключами от дома, а Туэйт и Сильвано осмотрели другие комнаты.

Ванная была облицована черным кафелем — краны, рукоятки, полочки и плафоны тоже были черными. О чем можно думать в такой ванной? Туэйт недоумевал: покойный сенатор — загадочная личность.

Спальная же, просторная и роскошно декорированная, напротив, сияла белизной, которая, отражаясь в длинном, во всю стену, зеркале, резала глаза.

— Очень просторно, — саркастически заметил Сильвано, — так вот, значит, за кого я отдал свой голос.

Самым обычным оказался рабочий кабинет с высокими, до самого потолка книжными стеллажами; в спальне для гостей, по-видимому, никто никогда не спал или же гостей последний раз принимали очень давно.

— Надо взглянуть на сад, — предложил Туэйт.

Плизент застонал.

Участок Берки занимал весьма приличную площадь. С одной стороны строители вырубили деревья, и на их месте специалист по садово-парковой архитектуре разбил клумбы и посадил декоративный кустарник.

За особняком деревья пощадили.

— Как далеко тянется участок в эту сторону? — спросил Туэйт, показывая пальцем от заднего входа.

— А черт его знает, — легкомысленно ответил Плизент и тут же пожалел о своих словах.

Туэйт и Сильвано только этого и ждали — спустя мгновение их спины уже скрылись за деревьями. В лучах заходящего солнца танцевала пыль, березы и дубы уходили вдаль ядров на сто пятьдесят и затем расступались, открывая вид на довольно большой пруд. В пруду, поблескивая на солнце оперением, плавали лебеди и пара диких уток.

Вернувшись к машине Сильвано, Туэйт включил рацию и попросил полицейского оператора связать его с офисом судмедэксперта. На этот раз трубку взял сам доктор Вуд.

— Говорит сержант Дуглас Туэйт из управления полиции Нью-Йорка, — взвешивая каждое слово, представился Туэйт. — В настоящее время я нахожусь в вашем городе и с помощью полиции Кенилворта и Чикаго пытаюсь отыскать след убийцы сенатора Берки. Насколько я знаю, аутопсию проводили вы.

— Совершенно верно, — у доктора Вуда оказался очень высокий голос.

— Не могли бы сказать о носовом хряще покойного сенатора?

— Что? — патологоанатом растерялся.

— Сенатор ведь погиб от проникновения носового хряща в мозг, не так ли?

— Да, пожалуй, но...

— Доктор, будьте добры, ответьте на мой вопрос.

Вуд задумался.

— Носовой хрящ, — произнес он наконец, — в принципе, не имел повреждений.

Туэйт почувствовал как участился его пульс:

— В принципе?

— Ну, я хочу сказать, микроскопические отслоения хряща на наружной его части действительно наблюдались, но не более того, он был целым, без переломов и трещин. Это совершенно очевидно.

— Благодарю вас, доктор, — взволнованно произнес Туэйт, — вы оказали мне большую помощь. Он выключил рацию.

— Ну? — осведомился Сильвано. Через опущенное стекло машины он с беспокойством смотрел на друга. — Что случилось?

Туэйт довольно ухмыльнулся:

— Это мой ублюдок, все точно, Арт. Судмедэксперт только что подтвердил.

— Надо же, какая радость, — язвительно усмехнулся Сильвано, — но что это меняет? Ты по-прежнему в тупике.

Туэйт выбрался из машины:

— Похоже, уже нет. Мне кажется, он не грабитель, а все эти вещи — не более чем маскировка. — Он поглядел на тихо шелестящие под теплым ветром листья. — У него не было грузовика, чтобы вывезти тяжелые вещи, верно? Для чего же тогда он их забрал? Даже если он здоров, как буйвол, ему все равно не под силу было бы справиться со всем этим барахлом. Далеко он с ним уйти не мог.

И он быстро зашагал туда, откуда они только что пришли. Среди берез и дубов за особняком он вслух ответил на свой собственный вопрос:

— Пруд.

* * *

Трейси предпочел бы еще немного посидеть в прохладе бара на восьмом этаже Жокей-клуба, любуясь видом на уже опустевший ипподром. Бокал дайкири со льдом вполне сошел бы за чашу триумфатора, которой надлежало бы отпраздновать сегодняшнюю победу. Но в конце концов решил, что это будет не вполне благоразумно. И слишком демонстративно: Мицо не из тех, с кем можно играть в открытую.

Забираясь в такси, которое ему заказали по радиотелефону прямо с ипподрома, Трейси еле сдерживал злорадную улыбку: впервые он так близко подобрался к намеченной жертве.

Он был настороже с того самого момента, когда отобедал с Директором. То, что Директор и понятия не имел о намерениях Кима, сказало Трейси о многом. Но одного этого было явно недостаточно. Потому что на месте каждого выясненного вопроса возникало десять новых. Например, сейчас он уже не удивлялся, что за последние сорок восемь часов ему так и не удалось связаться с Кимом. И все же по-прежнему оставалось непонятным, почему вьетнамец привлек его к этой операции.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать