Жанр: Боевики » Михаил Нестеров » Мужская работа (страница 7)


7

Коллегу звали Антоном Лекаревым. Он был в звании майора, один из двухсот офицеров, работающих в этом управлении, моложе Холстова и, что ли, проворнее. Работа у обоих сидячая, кабинетная – хотя еще год назад на оперативных совещаниях, проходивших в присутствии сотрудников Совета безопасности, Холстова представляли неопределенно, но звучно: «Подполковник Холстов. Операции в Северной Европе». Однако Лекарев «торопился жить», за день проворачивал такой объем работы, словно на него работало несколько отделов. Он не слезал с телефона, загонял своих помощников и внешностью напоминал профессора Мориарти из российского сериала про Шерлока Холмса. Не по годам лысоватый, сутулый, узкоплечий; ручищи длинные, ими майор свободно доставал и телефоны, стоящие на столике, пристыкованном к рабочему столу, и, не нагибаясь, мог вынуть из дальнего угла нижнего ящика документ или какую-нибудь вещь.

– Что ты знаешь об Антоне Натановиче Альбаце? – задал вопрос Холстов, присаживаясь напротив майора.

– То, что он мой тезка. – Антон коротко рассмеялся. – Что конкретно тебя интересует?

– Для начала: когда Альбац последний раз был в России?

Лекарев, вспоминая, пошевелил густыми бровями.

– Двадцать седьмого октября 2001 года, – назвал дату майор. Он сжато ответил абоненту зазвонившего телефона и продолжил: – Когда он приехал, честно говоря, не вспомню – это не по моей части, но покинул пределы России ровно за две недели до окончательного дополнения докладов наблюдателей Совбеза ООН за санкциями в отношении УНИТА, – без запинки выпалил Антон.

– Разреши узнать, как это ты умудрился связать два этих события – убытие оружейного воротилы и доклады наблюдателей ООН?

– Дополнения содержали детальную информацию о международной сети оружейных дилеров. Вот так и связались эти два случая, наш отдел вплотную занимался этими вопросами.

– Сейчас Альбац в Дании? – спросил Холстов, прекрасно зная об этом и невольно вспоминая своего друга полковника Станислава Серегина, резидента военной разведки и руководителя военного атташата российского посольства Королевства Дании.

– Ну, милый мой! – Лекарев развел своими ручищами. – Это у тебя, оперативника, надо спрашивать.

– Слушай, если у тебя есть дела, отложи их на час-полтора.

– На сколько?!

– Я серьезно, Антон. Давай поговорим про Альбаца. Во время разговора что-то вспомнишь ты, что-то припомню я. Мне к шефу идти, а с полупустыми руками не хочется. Начальство любит оперировать словами: соображения, точка зрения. Один черт, нам так и так с тобой встречаться. Дело серьезное, однако если у тебя есть желание попасть на оперативку... – Холстов пожал плечами.

– Давай поговорим, – быстро сдался майор. Он был одет в серый костюм и голубую рубашку без галстука; военная форма со знаками принадлежности майора к военно-воздушным силам висела в шкафу. Теплые ботинки, в которых он пришел на работу, стояли под вешалкой, сейчас ноги Лекарева отдыхали в старой осенней «саламандре», паре ботинок, которым было не меньше восьми лет. – Чайку?

Холстов не стал отказываться. Он смотрел на чуть суетливые движения коллеги, включавшего в розетку кофейник без решетки, в котором готовился кипяток, на его длинные пальцы, которыми тот выудил из пачки пару пакетиков зеленого чая и положил в чашки.

– Итак, кто такой Антон Натанович Альбац, – начал Лекарев. – В январе этого года британский министр по делам Африки Питер Хейн впервые публично обвинил Альбаца в незаконных поставках оружия УНИТА – Национальному союзу за полную независимость Анголы, о нем я уже упоминал. К этому Хейна подвиг так называемый Кандагарский инцидент. Ты должен знать о нем.

Холстов кивнул: да. Он слышал о событиях 95-го года. Зафрахтованный Альбацем самолет татарской авиакомпании «Аэростан» должен был доставить партию автоматов Калашникова и другого военного снаряжения общим весом более тридцати тонн в Кабул. Получатель – правительство Бурхануддина Раббани. Итог этого рейса – принудительная посадка в Кандагаре, находившемся под контролем талибов, и превращение Альбаца из друга Ахмада Шаха Масуда в поставщика оружия муллы Омара.

– Толя, конкретизируй, – по слогам произнес Антон и даже приложил руку к груди. – Иначе я загружу тебя информацией. Охота тебе потом ковыряться в этом дерьме?

– Грузи, грузи.

– Как хочешь. Авиакомпании Альбаца тебя интересуют?

– И даже очень.

Лекарев облегченно выдохнул, как-то подозрительно потер руки, словно придумал, как отбояриться от назойливого гостя, снял телефонную трубку и набрал номер. На вопросительный кивок собеседника ответил красноречивой гримасой: «Хочешь, чтобы тебя нагрузили? Тогда сиди и не рыпайся».

– Паша?.. Привет. Лекарев. Забеги ко мне пообщаться. Ага, жду.

– Кому ты звонил? – спросил Холстов.

– Толя, хотя бы в моем кабинете не делай секретов, а? – иронично попросил Антон. – Сейчас придет Паша Ухорская, вдвоем мы тебя быстро расколем.

Ухорская была полной противоположностью Лекарева. Она любила ходить по кабинетам управления, держа одну руку в кармане неизменного приталенного пиджака. Взгляд тридцатилетней дамы, имеющей пару роскошных ног, подполковничьи погоны и соответствующую им должность старшего оперативного офицера, властный характер Фурцевой и привычку материться, всегда говорил: «Работаете? Ну-ну...» Если ее «не привечали», равнодушно разворачивалась и уходила. Кто-то в «Аквариуме» очень метко прозвал ее Слабым Звеном: она и лицом, и фигурой походила на Машу Киселеву, олимпийскую чемпионку-синхронистку, ведущую шоу «Слабое звено». Для

Ухорской, которая обладала энциклопедическими знаниями в области вооружений, не составляло труда назвать численность вооруженных сил европейских стран НАТО (2 миллиона 318 тысяч 490 человек) и сопоставить ее с количеством военнослужащих в Америке (1 миллион 367 тысяч 700); привести статистику по стратегическим бомбардировщикам, ударным, транспортным самолетам и вертолетам всех типов. Что касается авиации – в этой сфере Ухорская, бывший пилот-истребитель, рано закончившая летную карьеру, была асом. Также некоторое время она входила в оперативную группу 5-го управления военной разведки. Ухорская сдержанно поздоровалась с Холстовым, по-мужски протянула руку Лекареву, но, когда тот вытянул навстречу свою, она сунула руку в карман:

– Здоровались по телефону.

Она устроилась рядом с Холстовым и, закинув ногу за ногу, элегантно поправила темную юбку. Матово блеснув своими серо-голубыми глазами на подполковника, Ухорская лениво обронила:

– Так какие у вас проблемы, друзья?

– Расскажи, если знаешь, об авиакомпаниях Антона Альбаца. Но для начала ответь: знаешь, о ком речь?

– А кто не знает Антона? Недавно я встречалась с ним.

– Когда? – удивился Холстов.

– Когда ездила в Амман на выставку вооружений. Странный человек, – резюмировала Ухорская, – таращился на железки, а на красивую женщину ноль внимания.

– А почему ты занялась им?

– Нельзя так прямо сказать, что я им занималась. В Аммане у меня был свой интерес, связанный, разумеется, с вооружениями. А поручений по делам Альбаца не получала. Однако в отчете написала, что Альбац заинтересовался противодиверсионным береговым реактивным комплексом ДП-62 «дамба». Он даже договорился о встрече с Олегом Пичкасовым – представителем тульского «Сплава» – двадцать седьмого декабря в гостинице «Россия». Несколько «дамб» Антон намеревается сбагрить в Африку. Но это отдельный случай, а раньше я входила в сводную опергруппу из ФСБ и Генпрокуратуры. То ли они меня консультировали, то ли я их, до сих пор не пойму. Так, копалась в его старых делах. Человек-то наш; а шеф сказал: «Твой». Антон тоже бывший ас – неплохой, между прочим. А что с ним, кстати?

– ФСБ заказала его.

Лекарев присвистнул от удивления. А Ухорская, качнув коротким каштановым каре, сказала:

– Ух ты! Интересно. – Она чуть отодвинулась и повернулась к Холстову. – А ну, друг, выкладывай.

Подполковник рассказал об информации, полученной от резидента ГРУ в Дании.

– Шеф не слезет с тебя, – заметила Ухорская. – Будешь землю рыть, как кабан с выводком. А вообще интересно, – повторилась она, – давайте помозгуем. Я начну, не против?

– Валяй, женщина, – разрешил хозяин кабинета, забыв про остывающий в чашках чай, про то, что оказался не столь гостеприимным и не предложил даме чаю. Что действительно оказался на оперативке, которую посулил ему Холстов.

– Авиакомпании Альбаца, – начала Ухорская. – Во-первых, это «Аэроферри»,[1]зарегистрированная в 1996 году в Монровии. Ее операционная база – офис в аэропорту Остенде, Бельгия. Но спустя ровно полгода – тридцать первого июля 1997 года – «Аэроферри» перебазировала свой авиапарк в Шарджу, закрыв бельгийскую контору.

– Почему? – спросил Холстов.

Ухорская пожала плечами:

– Якобы в связи с началом расследования бельгийскими властями обвинений в адрес Альбаца. Удивляет скорость этого сукина сына! Двадцатого августа – это спустя двадцать дней после закрытия бельгийского офиса – он образовал компанию «Aeroferry Swaziland». Часть своих самолетов, зарегистрированных в Либерии, Альбац перевел в Свазиленд, то есть зарегистрировал их там. На самом же деле операции осуществлялись из аэропорта Питерсбург – это северо-восток ЮАР. А после того как «Аэроферри Свазиленд» вошла в консорциум с местными компаниями, родилось совместное предприятие «Скай фэктори»1 с соучредителями – «Аэроферри» и южноафриканской «Air Cruiser Charter».

Ухорская, прикурив очередную сигарету от зажигалки Холстова, продолжила:

– Все дело в том, что у Альбаца не было лицензии, а у владелицы «Эйр Крузер Чартер» не хватало самолетов. Дошло до смешного. Директриса «Эйр Крузер» заявила буквально следующее: «Мы свели Альбаца с нашими клиентами. Возможно, он делал что-то дурное в других местах, но каждый рейс, отправляющийся отсюда, проверялся службой иммиграции, таможней, пограничной полицией, обычной полицией и собакой по имени Рекс». По имени, понял?

Она локтем толкнула задумавшегося соседа и продолжила:

– Одним словом, совместное предприятие процветало, открылся представительский офис в Дании, наш Антон сошелся с главным посредником УНИТА при закупках оружия и военного снаряжения (в период между 1995 и 1999 годами) ливанцем Эмаром Бакри. Присутствовал на бракосочетании короля Свазиленда Мсвати Третьего. В конце концов правоохранительные органы ЮАР обнаружили, что, оказывается, «Аэроферри» нарушила национальное законодательство, и аж сто сорок шесть раз! И король Свазиленда Мсвати Третий исключил из своего регистра воздушных судов сорок три летательных аппарата совместного предприятия «Aeroferry – Sky Factory».[2]



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать