Жанр: Фэнтези » Джудит Тарр » Жребий принцессы (страница 75)


Севайин начала хохотать. Сначала ее смех был тихим и веселым. Но она никак не могла остановиться, и ни маги, ни появление Красного князя не могли успокоить ее. Смех превратился в поток проклятий на всех знакомых и незнакомых Хирелу языках. Наконец Орозии удалось усыпить ее при помощи вина и сонного цветка, но даже в постели Севайин металась, что-то бормоча и отчаянно цепляясь за руку Хирела. Кто-то из магов попытался оторвать ее от него, но безуспешно.

Хирел не интересовался, какую цену заплатил темный маг за причиненный вред. Больше он никогда не видел этого человека. Севайин быстро оправилась; очнувшись от целительного сна, она была как никогда здорова духом. Но она не торопилась возобновлять свою охоту за мирами.

* * *

— И все же это у меня есть, — сказала Севайин. Разум Хирела не чувствовал ничего, кроме удовольствия. Ее умения начали превращаться в настоящее мастерство. И в этом она была не похожа на других, поражая своей необузданностью, и нежностью, и внезапными вспышками страсти.

Она сопровождала свои слова поцелуями, которые проникали через кожу Хирела, медленно достигая его мозга. Она игриво пощипывала и поглаживала его. Ее глаза озаряли его душу; они были огромными и сверкали озорными искорками. Его дыхание прерывалось.

— Что у тебя есть? Мое сердце? Моя рука? Мой… Севайин потянула за этот орган. Хирел охнул и вырвался, приподнимаясь и переворачиваясь на живот. Она лежала под ним и хохотала.

— О безупречный! Воистину в мире нет ничего, кроме тебя.

Он сверкнул на нее глазами.

— Ты лишаешь меня рассудка, а потом хочешь, чтобы я мог соображать.

— Ах да, я и забыла. Вам, сильным, умным мужчинам, всегда приходится выбирать: разум или тело. В то время как мы, женщины, что бы ни происходило…

Хирел заставил ее замолчать при помощи поцелуя, сопровождающегося нежной медленной лаской. Потом строго спросил: — Ну, что ты наделала? — Одурачила магов. Его глаза расширились от удивления.

— Ведь и ты поверил, правда? Поверил, что черный колдун чуть не лишил меня рассудка? — У меня не было причин сомневаться. — Все это из-за моего деда. Остальные не знают меня, они видят лишь тело и забывают о душе, живущей в нем. Но Красного князя мне пришлось заставить забыть об этом. Мне пришлось обмануть даже тебя. — Твой дед уже несколько дней как уехал. Севайин притянула к себе голову Хирела. — Нечего дуться, малыш. Ты хочешь сбежать отсюда? — Это невозможно.

— Возможно, — сказала она. — И это вовсе не безумие. Мне удалось установить связь с Юланом. Она все еще существует и становится крепче. Мне кажется, она достаточно сильна, чтобы привести нас к нему, если ты присоединишь свою силу к моей.

— Ты сошла с ума. — Севайин усмехнулась, и он встряхнул ее. — Ты не можешь сделать этого. Я вовсе не такой дурак, как ты считаешь. Я знаю, как велика должна быть магия, чтобы построить ворота из мира в мир. Твоя сила только вспоминает о былом могуществе, а ребенок в твоей утробе ослабляет ее. То, что ты замыслила, убьет вас обоих. — Какой мудрый маг отец моего ребенка! Она наградила Хирела страстным поцелуем. Ее мысли огненной волной ворвались в его мозг: "Они собираются убить нас, Хирел. Чернокнижник думал, что я побеждена и не смогу прочесть его мыслей, однако мне это удалось. Они убьют нас, но сначала погибнут наши отцы. Все уже подготовлено. Им необходимо лишь согласие моего деда".

Тело принца встрепенулось от ее прикосновения. Оно не интересовалось словами. Хирел с трудом заставил себя проговорить:

— Но зачем им нужно…

"Потому что он обладает силой, чтобы остановить их. — Севайин перевернулась, увлекая его за собой, и теперь они лежали бок о бок. Она отняла губы, но ее магическая сила еще глубже проникла в разум Хирела. — Он не станет помогать им, но он убежден, что не должен и мешать. Всем этим они убьют его, причем будут искренне сожалеть и сокрушаться, что такой старый человек оказался втянутым в такую жестокую войну. Но мы-то с тобой вовсе не стары, и у нас есть сила, и никто не может переубедить нас, ни с помощью логики, ни с помощью угроз. Мы остановим их". — Мы погибнем, — сказал Хирел.

"Они победили тебя без особых условий. Достаточно было только намека на вред, который может быть причинен твоему сыну".

Ее презрение обожгло его, как ледяной ветер в ненастье. Он собрался с силами.

— Хорошо. Твори свою магию, но ворота я пройду один. "Нет. Им нужна только я, и только я могу вовремя предупредить моего отца об опасности". — Но…

"Ты бы предпочел умереть сейчас или попозже? Меня они оставят в живых: моя жизнь дорога, пока я вынашиваю царственного младенца".

Хирел не нарушал воцарившегося молчания. Севайин играла его волосами, распутывая непокорные кудри. Он уставился пылающим взглядом в потолок.

— Власть, — сказал он. — Все это из-за власти. Мои братья начали этот танец, развязав войну за титул Высокого принца. Наши отцы оспаривают правление миром. Наши тюремщики замышляют подчинить себе будущего правителя мира. А мы играем в магию, мечтаем о тронах и воображаем себе, что имеем на них право.

Она безмолвно находилась в его разуме, слушая его внутри и снаружи.

— Мне следовало бы проклясть тот день, когда я встретил тебя, Саревадин. Если бы я был прежним ребенком! Если бы я хоть чуть-чуть перестал быть самим собой! — Хирел приподнялся на локте. Севайин лежала рядом, обнаженная, со спутанными волосами, немного располневшая и прекрасная. — Ну что ж, мы умрем

вместе. Веди меня, я иду за тобой.

* * *

Он был тростинкой на ветру богов. Он был листком на бурных морских волнах. Он был клинком, а она была воином; он был силой, а она — тем, кто владел ею. Через него и внутри него она воздвигала щиты. Она раскрыла связь миров, похожую на огненную нить. Ее песнопения превратили эту нить в дорогу, отливающую пламенем и серебром, сверкающую, словно изумруд.

Они вступили на эту дорогу, держась за руки. Хирел чувствовал себя не слишком уверенно. Сердце его гулко билось, ладони похолодели, во рту пересохло. Если бы он не соблюдал осторожность, его желудок забыл бы, что принадлежит взрослому мужчине. Очень молодому мужчине. Юноше. Мальчику.

Он отрывисто рассмеялся. Севайин увлекла его вперед, и он последовал за ней. В начале пути он был обнажен, но потом, по ходу колдовства, на нем оказались сапоги и штаны, кафтан и шапка и даже мешок — все его прежнее походное снаряжение. Севайин, как любая свободная женщина Асаниана, решившаяся выйти из дома, была закутана в серое покрывало, закрывавшее даже глаза. Она двигалась словно тень, отягощенная магической силой.

Мимо них проносились миры. Маги создали новый сонм реальностей, тысячу тысяч, миллион миров. Дорога проходила сквозь них, или они вихрем неслись мимо, а может быть, и то и другое. Севайин не замедляла шаг. Безликая, молчаливая, превратившаяся в бесформенный силуэт, она была похожа на сновидение, и только ее обжигающе горячая рука в руке Хирела напоминала ему, что Севайин реальна.

Они шли не быстро и не медленно. Они не останавливались, даже когда видели странные миры и странных тварей. Существа из огня носились вокруг, не опаляя их своим пламенем; создания из льда были бессильны вызвать у них дрожь; в медном небе над ними бились драконы; вокруг поющих сокровищ танцевали птицы, а однажды они увидели даже одинокий силуэт человека. Он напоминал асанианца: такой же светловолосый, с кожей, позолоченной лучами солнца, светившего над миром, очень напоминавшим мир Хирела; но его глаза были голубыми как море, которое плескалось у его ног. Щурясь от солнца, он поднял глаза и встретился взглядом с Хирелом. Человек вдохнул воздух, будто собираясь что-то сказать, и протянул руку. Прежде чем он успел прикоснуться к ним, Севайин увлекла Хирела прочь.

Хирел оглянулся. Незнакомец исчез, как исчез и его мир. Дорога вела в сияющую тьму. Беспокойство сковывало плечи.

Их сверкающий путь дрогнул, покрылся рябью, словно поверхность воды. Хирел завороженно смотрел перед собой.

Споткнувшись, он чуть не упал. Севайин поддержала его с почти мужской силой и подтолкнула вперед. Она ускорила шаг, ее рука стала холодной.

Хирел сопротивлялся. Она была слишком сильна и безжалостна. Тихим и ровным голосом она проклинала его. Он вырвал руку из ее пальцев. Дорогу затянул туман, под ногами хлюпала вода. Окружающий мир состоял из пепла и пыли. Воздух хватал Хирела за горло.

Его сжали чьи-то стальные пальцы. Он задохнулся и закашлялся, из глаз потекли слезы.

— Дурак! — проскрежетала Севайин. — Глупый мальчишка! Еще раз отпустишь мою руку — и ты погибнешь.

Они снова оказались на дороге. Они дышали чистым воздухом, ни знойным, ни холодным, лишенным запахов и безопасным. Вокруг них простиралась пустыня из черного песка и черной травы, под черным небом, усеянным ледяными звездами. Туман остался позади. В нем мелькали чьи-то тени.

— Маги, — сказала Севайин. — Будь они прокляты! Да сгорят они в аду!

Она снова пустилась в путь, шагая еще быстрее и волоча Хирела за собой до тех пор, пока он не приспособился к ее широкому шагу. У него не было ни времени, ни дыхания, чтобы сердиться. Дорога сужалась, теряла упругость, проминалась под ногами, как трава, как песок, как болото. Туман придвинулся ближе, миры вокруг них померкли.

Севайин споткнулась. Под платьем проступили очертания ее тела. Она казалась тенью, обрамленной языками пламени и с пламенем внутри нее. На мгновение она перестала быть собой, ее огонь угасал, слабея и умирая. Хирел в ужасе схватил ее. Туман катился на них плотной волной. Севайин, когда-то бывшая Сареваном, согнулась в объятиях Хирела, обхватив руками живот. Она с явным вызовом бросила в клубы густого тумана:

— Неужели ты убьешь его? Неужели ты одним ударом покончишь со всеми своими интригами?

Хирел не стал раздумывать. Он подхватил Севайин на руки, пошатнулся — она стала довольно тяжелой — и поспешил вперед.

За их спинами гремел голос, полный мощи: — Это ты убиваешь его или уже убила своим безумием. Хирел не слушал. Дорога превратилась в извилистую опасную тропу, то надежную под ногами, то проваливавшуюся в бурлящую пустоту. Поднявшийся ветер сбивал с ног. Хирел еще крепче прижал к себе Севайин, пригнул голову и устремился дальше. Миры вокруг обезумели.

Там были драконы, орлы, дикие коты, бешеные волки и жеребцы-сенели. Каждый из них был магом, и каждый участвовал в жестокой погоне. Некоторые подобрались ужасающе близко. Некоторые начали смыкать круг, чтобы отрезать беглецам путь к отступлению.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать