Жанр: Детектив » Элла Никольская » Давай всех обманем (страница 5)


- Вомбат - сумчатый сурок, - объяснила служительница, забирая его, Они всегда такие ласковые.

Лизе явно не хотелось отдавать живую игрушку, а Павла посетило видение: не звериный детеныш на руках у подруги, а ясноглазый младенец с погремушкой. Эх, пора, брат, жениться. И не подруга торопит, а жизнь сама...

День провели в Хобарте - все в той же компании, ни Уэйнов, ни родственников Павла не было. Добровольные гиды повели москвичей в старомодные кварталы, в точности имитировавшие веселую старую Англию. Даже электрических проводов не видно - упрятаны куда-то. Пабы, кондитерские, цветы на крылечках пряничных домиков. Овеществленная тоска по родине, снедавшая каторжников и заодно их стражей. Странно, что живут здесь современные люди, решают свои современные проблемы. Ужинали в "Пьяном адмирале" - окна ресторана выходили на залив, там раскачивался лес мачт, перебегали по воде с яхты на яхту цветные огоньки, а на противоположном берегу светился, упираясь в небо, многоярусный цилиндр казино.

Стремясь приобщить москвичей к благам цивилизации, студенты и туда их завели. Слова Павла, что в Москве своих казино не счесть, вызвали явное недоверие. Вообще их спутники о современной русской жизни имели такое смутное и заскорузлое представление, будто информация к ним поступала в бутылках, брошенных в океан с парусных кораблей. Сначала это удивляло и забавляло, потом стало раздражать. Павел уже подумывал, как бы это поприличней отделаться от местных партнеров, но именно в тот вечер, когда компания на двух машинах приехала из Хобарта на ферму Гудхарт, все случилось само собой.

...Возле дома вновь прибывшие неожиданно оказались в круге света. Фары нескольких чужих машин били прямо в фасад дома, за всеми окнами тоже лампы горят. Это ещё что?

- Полиция! - изумился тот, что сидел за рулем, - Вылезаем все, что-то стряслось. Где Джон? Что-то его не видно.

Павел вспомнил, как нынешним утром постучался к Ионасу, хотел спросить, собирается ли тот в Хобарт. На самом деле любопытствовал, не объявилась ли Полина. За три последних дня всего разок мелькнула. Правда, и они с Лизой все время в разъездах.

Спросить не решился - очень уж плохо выглядел молодой супруг. По всему видно - то ли спал одетый, то ли вовсе не ложился. Мятый, небритый, глаза воспаленные. Но сказал вежливо - вечно у него такой вид, будто извиняется, - что поскольку ему предстоят экзамены в университет, это важно, он только что начал готовиться. На столе и правда - разложены были книги, мерцал серый глаз компьютера...

Это было утром, а сейчас - поздний вечер.

Лиза ввинтилась в небольшую толпу домочадцев, сгрудившихся на крыльце. Ионаса среди них не было - и Павел пошел прямо к нему. На стук не ответили, дверь оказалась заперта. Вспомнив, что все окна на фасаде освещены, любознательный гость прошел через соседнюю, оказавшуюся открытой комнату на галерею, прикинул, что спальня молодых вторая от угла и заглянул в распахнутое настерж окно.

Ионас лежал ничком на кушетке, и не Полина, а рыжая Джина склонилась над ним, гладила по золотым волосам. Ситуация была не из тех, что требует деликатности - так рассудил пробудившийся в душе Павла следователь и, перемахнув через подоконник, он оказался в комнате. Лежавший на шум не отозвался - спит, что ли? Зато рыжая вскочила, как ошпаренная.

- Пол, что происходит?

- Полиция, - начал было Павел, но по лестнице уже топали чьи-то ноги, - Тебе лучше открыть дверь, а то взломают...

И, убедившись, что Джина двинулась к двери, тем же путем снова выбрался на галерею: хорошо бы, пока его не обнаружат, посмотреть, что творится в доме. А в распахнувшуюся дверь уже ввалились двое полицейских, и Ионас сел, вид ошалелый, шарит руками по кушетке, будто приподняться (встать??) хочет.

Павел отскочил от окна, поспешно зашагал по галерее, на ходу заглядывая сквозь шторы в освещенные комнаты - нигде никого, хотя всюду признаки внезапно прерванного бытия. У Пятраса и Регины голосом спортивного комментатора орет телевизор, в соседней комнате - кто там живет-то? безлюдное чаепитие, кажется, над чашками парок вьется и печенье рассыпано на скатерти.

Прямо "Мария - Целеста", если только не знать, что здешние обитатели, покинувшие подобно морякам загадочной шхуны свои комнаты по неведомому знаку, толпятся неподалеку, на крыльце и с ними уже разбираются стражи порядка.

- Польку ищут, - шепнула Лиза, когда Павел незаметно присоединился к остальным, - Вон те двое заявили о пропаже.

- Эт-то ещё кто? - новые действующие лица, незнакомые мужчина и женщина, к коленям их жмется мальчик лет пяти. Стоят отдельно от хозяев. По каким-то неуловимым признакам Павел определил в них соотечественников.

- Вместе с полицией из Хобарта прикатили. Русские, - ответила Лиза, успевшая навести справки.

Между тем в гостиной на первом этаже уже шел допрос - то есть, не допрос пока, а просто полиция входила в курс дела. Сержант подошел к окну, чтобы задернуть шторы изнутри, но Павел успел заметить, как расположившийся за круглым столом старший полицейский чин - инспектор, шериф, что ли? Как их тут величают? - отодвигает в сторону пышный букет, чтобы ничто не загораживало лиц собеседников, которым предложено место напротив. А собеседники эти - Рудольф Дизенхоф и его жена, и старик в порядке, а Бируте непричесана, волосы заплетены в тонкую косицу, из-под наспех накинутого халата метет пол край ночной рубашки.

Когда их место заняли Пятрас с Региной, старики на крыльцо не вернулись, пошли прямиком к себе. Чай, что ли, допивать... Павлу и Лизе никто ничего не сказал, но

было ясно: и до них очередь дойдет. Двое молодых полицейских как бы и не караулили никого, но и не уходили с крыльца, переговаривались негромко, один рассмеялся, но тут же хлопнул себя ладонью по губам: служба, дескать, ответственность.

Незнакомцев же с ребенком с самого начала отвели в кухню и там они что-то писали за просторным обеденным столом, советуясь, поправляя друг друга и споря. Писал, вернее, муж, а женщина качала на коленях задремавшего малыша.

Улучив минутку, Павел вошел в кухню.

- Привет, - сказал он, - Я Павел Пальников, родственник хозяев.

Его поняли сразу.

- Поленька рассказывала про московских родственников.

А нам про своих здешних знакомых - ни слова.

Женщина - миловидная, бледная, в чересчур большом, будто с мужнина плеча, свитере, пожала острым плечом:

- К ней родные плохо относились... Ничего удивительного.

- Да как надо было относиться? Она все сбежать норовила.

Женщина сказала неприязненно:

- Вы вроде милицейский следователь? Вот и поучаствуйте в розыске. А то человека пятый день нет, а они и не хватились. Будто так и надо.

- Полина и раньше пропадала.

- С чего бы это, а? - вскинулся мужчина.

- Будет тебе, Костя, ты пиши, пиши.

Тот поправил очки, склонил пышноволосую голову над стопкой белой бумаги, забормотал, складывая английские фразы.

...Они тут почти год, но скоро, слава Богу, возвращаются домой, в Россию, в Питер. Между тем, рассказала Ира - Костю пригласили прочесть курс лекций по генной инженерии, колледж Сент-Джон, это в Хобарте. Колледж бедный, платят мало, но ребята все равно согласились: интересно же, Тасмания... Однако скоро надоело - скучно здесь, студенты предметом не интересуются, у них как бы факультатив, для общего развития. Преподавание как в позапрошлом веке, и компьютеры не помогают, главное ведь подход...

Павел не понял, какой подход и, главное, не успел спросить, каким образом Антоновы познакомились с Полиной: его позвали к инспектору. Пятрас уже ушел, Регина осталась в качестве переводчика. Вид у нее, как и у инспектора Джорджа Маккоя - так он представился - был ночной: помятый, усталый, Павел не взялся бы определить возраст инспектора: где-то от сорока до пятидесяти, лысина, под глазами мешки, вопросы задает вяло, для проформы:

- Имя, откуда прибыли и зачем, в каком родстве с хозяевами дома, хорошо ли знаете молодую особу, которую ищут, когда видели её в последний раз?

Павел добросовестно отвечал, скрыв, впрочем, от инспектора маленькую деталь. В последний раз он Полину не видел, а только слышал: ночью. Перед самым рассветом поднялся на галерею по внутренней лестнице. Не спалось, решил понаблюдать, как солнце восходит. И услышал негромкий разговор: голоса доносились из спальни молодоженов. Женский голос произнес несколько невнятных слов:

- Давай всех обманем, Иончик, Ну давай. Ну давай. Пока они там разберутся...

Пробормотал что-то мужской голос, звучал он просительно, женщина ответила совсем тихо, потом засмеялась - а через пару минут все звуки в комнате перешли в ритмичное покачивание: двойное дыхание, сначала едва слышное, участилось, стало громче, медленное поскрипывание матраса тоже ускорило темп - и Павел, стараясь не шуметь, побежал вниз, в комнату, где ради желания посмотреть рассвет в небе Тасмании, оставил спящую подругу. Черт с ним, с рассветом, бывают занятия поинтереснее. Лиза, теплая и сонная, охотно разомкнула объятия ему навстречу, и мерное покачивание двух соединившихся тел, переданное, будто по эстафете, их смешанное дыхание доносились теперь из комнаты для гостей. А может, кто-то из прочих обитателей дома подхватил почин, тоже приступил к простому и великому действию, без которого не было бы никого живого на земле. Павел тогда так и не выяснил, кого и зачем собиралась обмануть Пелагея, к чему склоняла супруга и получила ли согласие на обман. Если Павел правильно припоминает, то исчезла она как раз на следующий день - они с Лизой встали тогда поздно, никого не застали в кухне, где народ обычно завтракал. Кажется, именно в то утро Полина спозаранку уехала к Антоновым и исчезла по пути между фермой Гудхарт и колледжем Сент-Джон, а тут и дороги-то всего километров двадцать. Машины идут по автостраде потоком, крыши домой мелькают то и дело за деревьями по обе стороны.

Итак, о подслушанном разговоре Павел инспектору Маккою рассказывать пока не стал. Глядишь, объявится завтра безалаберная девчонка, к чему лишние хлопоты?

Однако эта надежда развеялась через несколько минут. Инспектор доверительно положил перед коллегой бумагу, написанную Костей Антоновым.

Господин Антонов и его супруга заявляют в полицию Хобарта о пропаже своей знакомой Полины Дизенхоф на том основании, что указанная миссис Д., позвонившая им рано утром четыре дня назад и пообещавшая в тот же день к ним приехать, в их доме так и не появилась, на ферме Гудхарт, где она постоянно проживает с мужем и его родственниками, о её местонахождении, как утверждают эти самые родственники, ничего не известно, все попытки супругов Антоновых отыскать пропавшую в полицейских участках, больницах и моргах оказались тщетными.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать