Жанр: Иронический Детектив » Людмила Варенова » Шайка светских дам (страница 32)


26. Шантаж по всем правилам

— Вот и всё. — Тамара закрыла крышку чемодана. Свистнула «молния» — чемодан закрылся легко. Он был полупустой. Она почти ничего не брала с собой из этой жизни.

— Тольку сразу отвезу в клинику — нас уже ждут. А там — будет видно.

Обниматься не хотелось. И клясться в дружбе, и давать обещания звонить. В который раз Сима хотела спросить: «Зачем?» Но уговаривать Тамару не имело смысла. Она уезжала в Германию. Чтобы сделать сыну операцию. А потом?

Потом и будет потом.

— Ты не вернёшься, — это был не вопрос, а ответ.

— Не знаю, — сказала Тамара, но это был ответ «да».

Молча они пошли к воротам. Ещё минута, и все. Они больше никогда не увидятся. У Томы есть цель — вылечить сына. А как будет жить она, Сима? Дочь, конечно, есть и у неё. Что поделаешь, если безголовая дурочка насмотрелась боевиков с мелодрамами о нежных душах проституток. От этого она не перестанет быть дочерью. Пускай ее уже не перевоспитаешь.

— Не лезь в мои дела! Я взрослая!

Взрослая…

— Идиотка ты моя, — однажды сказала Сима. — Ладно, что поделаешь. Придётся любить идиотку…

Алёна посмотрела на нее как-то особенно и ничего не сказала. С того дня ссоры между ними прекратились. Может, действительно ее дочь — взрослая? И в самом деле живет так, как и требует жизнь?

— Почему машину не подогнали? — Сима так отвыкла, что ее приказы могут не исполняться, что даже не рассердилась — удивилась только. Да и думала только об одном — как трудно расставаться.

Поэтому, услыхав как гром с ясного неба «не велено», — она сначала обрадовалась: хорошо, что Алексей такой сильный человек, только он и может остановить упрямую Томку. В самом деле, зачем ей уезжать? В России теперь тоже лучшие врачи.

Уговаривала Тамару, что это недоразумение, что приедет Леша и, конечно, ее отвезут в аэропорт. Ну пусть на другой рейс. А сама надеялась: не отпустит, уговорит — он умеет!

— Сволочь! — рыдала Тома. Теперь она очень часто плакала.

«Нервы у Томки стали ни к чёрту, — думала Сима. — Подлечить надо».

* * *

Померанский вернулся так поздно, что уставшая, наплакавшаяся Тома уже спала. Сима, дожидаясь, зевала. «Линкольн» подобрался к дому так тихо, что она не услышала даже шороха шин. Очнулась от звонкого голоса Алёнки. Дочь выпрыгнула из машины первой, веселая, нагруженная какими-то свертками. Не дожидаясь отчима, помчалась к себе.

«Как не надоедают ей эти обновки?»

— Дорогая, — чмокнул холодными губами в щеку, — почему ты не спишь?

Смотрел осторожно, искоса: ну как опять расскандалится из-за дочери. Сима про себя усмехнулась. Она давно уже не устраивала ему скандалов. На рассказ про Тому бросил неожиданно сухо:

— Знаю! Завтра всё. Спокойной ночи, дорогая, — и ушёл, чмокнув ещё раз мёртвыми губами.

Бр-р-р! Сима поежилась. И как только бедная Алена… Чёрт, не надо об этом думать!

А утром гром грянул вторично. Да плевать ему, великому магистру, на всех генеральских соломенных вдов. Хочешь уехать, Томочка? Катись! Только сделай напоследок самую малость — познакомь со своим дружком Химиком…

— С кем? — от изумления Тома даже рыдать перестала. — С каким химиком?

— Суки примоченные! Вы мне фуфло не гоните. И не забывайте, что обе вы у меня — вот тут, в кулаке. И крысёныш генеральский тоже.

— Алексей! — вскинулась Сима, не веря ушам и глазам.

Движение было молниеносным. Она даже не успела понять, почему оказалась на полу. Нос и рот свинцово налились тяжестью через мгновение. Он что, ударил? Кулаком в лицо?

— Ах ты! — монументальная Тамара бросилась на обидчика, не выясняя причин его ярости.

— Н-на и ты, сука!

Но она недаром была когда-то офицером МЧС. Выучка оказалась прочной. Легко отбив кулак, она заломила негодяю руку, несколько раз тряхнула его, как мастиф зарвавшуюся мелкую шавку, а потом швырнула в стену с неженской силой. Проделав все это в мгновение ока, она и сама удивилась своей прыти. Никогда бы такого не провернула, если б речь шла о ней самой. Но женщина, которая защищает, — страшная сила.

На визг хозяина примчалась охрана. И кто знает, чем бы кончился этот день для Симы с Томой, если б не вошла румяная от недавнего сна счастливая Алена.

— Ничего, маленькая, — засюсюкал «папусик». — Твоя мама поссорилась со своей подругой. Темпераментные женщины, что поделаешь. Ничего, я их помирю.

— Ну, вы даете, тетки, — пожала плечами беспечная красотка.

Как ни странно, дальше был обычный семейный завтрак. Тамара сидела бледная, но

спокойная — потому что мадам Анатолия вывезла к столу её сына в коляске. Тома боялась напугать ребенка и боялась за него.

Сима тоже была ни жива ни мертва. Она не знала, что делать. Как им выпутаться? Обмануть мужа, понимала она, им не удастся.

— Твой вопрос, Томочка, надо решить до вечера, — сладко пропел Померанский, поднимаясь из-за стола. — Алёнушку я по дороге завезу в библиотеку. Ей надо готовиться к экзаменам. Ты готова, Кузнечик?

— Счас, папуська! — Алёна за какой-то надобностью умчалась к себе.

— До вечера, девочки, — с нажимом произнёс Померанский.

— Химик — это Алла.

— Откуда он узнал?

— Неважно, Симка. Узнал так узнал. Чего гадать-то? Вот тебе и «Лёша — в принципе неплохой человек», — передразнила она недавнюю сентенцию подруги.

— Откуда ж я знала? Как будто взбесился… Накапал кто?

— Нет, Сима! Он знал с самого начала. Потому и меня с Толиком сюда перевёз. А то — стал бы возиться с любовницей замаранного генерала! Он про Аллу давно знает. И много. Иначе с чего б ему так загорелось?

— Слушай, а может, вовсе не об Алле речь? Просто химик какой-нибудь, а мы сразу, как в поговорке, решили, что это наши папахи дымком пахнут.

— Че-е-го?

— Ну, поговорка — на воре шапка горит.

— Ах, это. Ну, вечером-то мы это узнаем точно. Давай-ка решим, что говорить будем. Наводить твоего козла на след Аллы нельзя, а по ложному пустить надо!

— Тише! — испуганно прошипела Сима.

К ним с подхалимской миной приближалась Анатолия. Мерзкая баба долго и нудно высказывала, как, по ее мнению, необходимо обустроить больного мальчика. И при этом таращилась так, точно сканировала мысли в головах несчастных женщин. Презрение в ее холодной улыбочке перебивало приторную слащавость. Бабёнке с трудом удавалось скрыть злорадство. Отделались от неё с трудом.

— Ненавижу эту мерзкую сволочь, — прошипела Тамара в спину медсестре, не хотя ковылявшей к ребёнку. — Твой приставил в качестве соглядатая!

— Томка, как я ее боюсь, если б ты знала! И откуда она взялась? Рожа гладкая, как у Джоконды, а улыбочка страшненькая. Мне кажется, я её где-то видела, эту бабищу — не могу вспомнить где. И очки эти дымчатые, точь-в-точь как у Померанского. Зыркает через них, как змея из засады.

— А я за Тольку боюсь. Померанский прикажет — и такая отравит. Наверняка не один срок отсидела.

— Боюсь, нас всех это ждет. Знаешь, я часто думаю об Алле, о ее пилюльках. Съёшь одну — и тебя нету! Лучше уж самой, чем ждать, пока помогут.

— Я тоже часто думаю об Алле с Иркой. Иногда мне кажется, что их нет в живых. Сим, быть не может, чтобы девчонки уже с нами не связались бы. Ируська давно бы уже сюда просочилась! Так что придётся нам попробовать этих таблеточек. Или уйти в ванную, лечь в горячую воду и бритвой по венкам. Если сдохнем, неужто у твоего козла хватит духу ребёнку зло причинить? Да и Аленка твоя Толика так любит, а?

— Нету бритвы, Томка! И ножика нету. Только тупые для фруктов. И этажей тут мало, и повеситься не дадут. Попали мы!

— Ну вот, опять эта грымза ползет!

Мадам Анатолия со своим холёным лицом и любезной улыбочкой не оставляла их в покое весь день, как будто имела такой приказ. От нее их уже тошнило — может, просто подруги не могли видеть ее непредвзято — подручную страшного босса? Все, что они придумали к вечеру, — была глупая уловка про условленный адрес, где в непредвиденных случаях в оговоренное время должны были встретиться все участницы шайки. Место придумали. А время назначили — через месяц. Потом сошлись на неделе — не тот человек Померанский, который бы позволил месяц водить себя за нос. И в неделю поверит, хорошо, все время выиграно. И — думай, Тома, думай! Как выбираться. Ты — умница, мозг, атаманша. Не убивать же Померанского? Хотя почему нет? Потому что охраны до фига, а убивать они с Симкой не умеют. Или умеют? Например, она, женщина не слабая и с военной выучкой?..

— Не торопись выкладывать ему про встречу, время и место, Симка. И помни — пусть он первый назовет Аллу, чтоб нам действительно с посторонним химиком не вляпаться. Может, он тебя к какому-нибудь нобелевскому лауреату приревновал, а мы с перепугу про Аллу выложим!

— Ах, хорошо бы, если б приревновал! — с надеждой сказала Сима.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать