Жанр: Научная Фантастика » Юрий Никитин » Мегамир (страница 39)


Глава 21

Из груды камней торчали скрюченные когтистые лапы, высовывалась мощная голова с одним уцелевшим сяжком. Мертвые глаза смотрели с тем же выражением, что и живые. Дмитрий расшвырял глыбы, набросанные дождем, вытащил ксеркса. Тот был без брюшка, литая грудь и стебелек пришлись неизвестному хищнику не по вкусу, точнее, не по зубам, лапы уцелели тоже.

Дмитрий принял изувеченный труп на спину, но лапы цеплялись за камни, Дмитрий падал. Саша взялась за одну лапу, Кирилл за другую, так и понесли обратно до пня.

— Не по себе, — признался Дмитрий. — Уже привык, что страшнее ксеркса зверя нет!

Саша презрительно наморщила носик. Она знала, что никакие звери не страшны тренированному десантнику. А если мужчины, бывший сильный пол, трусят, то существуют на свете женщины!

В лаборатории Кирилла мертвую голову укрепили на операционном столе. Оба испытателя с явным облегчением ушли на свежий воздух, их муравьи вот-вот научатся доставать бананы, а доктор наук снял со стены скальпель, больше похожий на штык второй мировой, вздохнул, приступил к вивисекции.

Труднее всего извлекался надглоточный ганглий, мозг муравья. Кое-как откромсав его от нервного ствола, Кирилл разложил на свободной части стола. Корковое вещество большого мозга развито дай Бог каждому, как сказал бы Дмитрий. Мозг таких признанных интеллектуалов, как пчелы, осы ли шмели, не идет ни в какое сравнение. Все равно что лемуры рядом с гомо сапиенс...

Слабее развиты области обоняния, зрения. Проводящие к ним нервы тонюсенькие, зато как развиты так называемые дюжардевые тела! Можно понять тех, кто всерьез обвиняет муравьев, что, дескать, скрывают возможности. Зачем такой мощный мозг? Ксерксы ночью — уходят до ста мегаметров! — ориентируются по звездам, хотя зрительных нервов у них мизер, если сравнить со скопищем ассоциативных клеток. Какие химерические образы теснятся в самом загадочнейшем и наименее исследованном мозге из существующих в Природе?

Лезвие на миг зависло над дюжарденовым телом. Кирилл задержал дыхание. Ну с Богом благословясь...

Вечером он почти дополз до пещерки вблизи поверхности, куда проникал ночной холод. Отвечая на вопросительные взгляды, еле ворочал языком:

— Все не так просто... Их мозг намного сложнее, чем казалось... Я составил карту вчерне, но чтобы выяснить какой отдел чем ведает...

Он замер с открытым ртом. Утром, еще не открывая глаз, закончил:

— ... нужен живой муравей.

Чавканье прекратилось, Дмитрий прожевал, спросил угрюмо:

— Будешь резать?

— Подскажи другой выход, если знаешь. Конечно, можно многое узнать, только наблюдая за муравьями. Я сам сторонник этого метода! Но результаты нужны сегодня. Сейчас. Мы все здесь, как я понимаю, начинаем вести себя немножко по-другому, чем в прошлой жизни... Верно, Саша?

Саша не ответила. Она завтракала, деликатно срезая тонкие ломтики сушеного мяса. Дмитрий ответил за нее:

— Скорее звезды встанут на другие места, чем Сашка переменится!

Кирилл смолчал о том, что ни одна звезда не стоит на месте, самые ленивые и то перемещаются в пространстве быстрее ракетных истребителей, сказал только:

— Как угодно доставьте мне на стол живого. Это не люди, помните.

Уходя, они так обвешались оружием, что стали похожими даже не на шагающие арсеналы, а на праздничную елку. Кирилл был занят уборкой на столе, не обратил на это внимания. Потом, когда рисовал схему мозга, уже во второй половине дня, его словно шилом кольнуло.

Ухватив гарпунное ружье, он выбежал из лаборатории. Солнце ослепило на миг, мир покачнулся, но Кирилл уже осторожно пошел скакать через трещины, разломы, пока не добрался до края.

Внизу, как обычно, двигались темно-красные тела, уже наметились новые тропы. Блеснуло нежно-белым, вынесли просушить личинку. Чуть колыхались над ветром зеленые верхушки молодых, стремительно растущих растений. Освещенную ярким солнцем землю прочертила стремительная тень одного из прожорливейших драконов — стрекозы.

Кирилл ринулся на противоположный конец пня, постоял там. Знать бы, куда ушли! Что-то случилось, явно влипли в беду, бьются за выживание...

Он уже собрался кинуться вниз, идти на поиск, положившись на инстинкт и чувствование, когда вдали среди зелени появилось слабое розовое пятно, налилось красками, увеличилось, распалось на два, и наконец Кирилл различил два алых комбинезона.

Еще через четверть часа Дмитрий и Саша подбежали к подножию деревянной крепости. Дмитрий нес на спине туго спеленатого некрупного муравья, нес в гордой манере Робина Гуда, что подстрелил королевского оленя, а Саша бежала следом, всячески отвлекала встревоженных ксерксов, брызгала из баллончика, делала успокаивающие жесты.

Кирилл швырнул вниз грузик с нитью. Дмитрий с непривычной для него скромностью без шума и драки проскользнул мимо двух стражей, вцепился в нить зубами. Руки у него оставались занятыми желтым муравьем, который отчаянно брыкался, дергался. Кирилл выдернул его наверх, следом взобралась запыхавшаяся Саша.

— Это его идея! — сказала она быстро. Кирилл впервые увидел на ее лице виноватое выражение. — Мускулы, как у быка... то есть как у паука, а сентиментальный, как бедная Лиза... Говорит, жалко своего, давай чужого поймаем. Сказал, что знает, где шпиены наблюдательный пункт устроили...

Бегом протащили через короткий тоннель в лабораторию Кирилла, на бегу отбивались от встревоженных ксерксов, которых множество выбежало навстречу. Дмитрий запер двери, даже забаррикадировал,

завесил крест-накрест голыми проводами, врубил высокое напряжение. Саша, не довольствуясь этим, побрызгала дверь концентрированными феромонами.

— Мы и шпиона побрызгали, — сказала она заискивающе. — Иначе бы остановили еще на дальних подступах обороны. Не беспокойтесь, Кирилл Владимирович! Все в порядке. Как в аптеке.

— Ладно-ладно, проверим вашу аптеку.

Муравья разложили на столе, намертво закрепили быстросхватывающим клеем. У пленника был широкий лоб, крупные фасеточные глаза, развитые жвалы.

Дмитрий сказал торопливо:

— Что толку брать компонотуса? Обычные работяги. А это шпион экстракласса! Парень явно из стратегического отдела ЦРУ или ГРУ желтого муравейника. Круглого дурака на такую работу не пошлют. Не те сведения собирает, а то и свои разбалтывают...

— Дмитрий, — прервал Кирилл, — перестань. Нашел, где искать умных. Ладно, сойдет и этот. Не думал, что такие чувствительные. Правда, дурость эта двухлетней давности...

Дмитрий живо возразил:

— Должны мы думать о собственной безопасности? Ксерксы — наши союзники. Они охраняют нас, мы — их. Если этот парень не шибко умный, тогда он из оперативного отдела. Хотел что-то поджечь или наферомонить!

Саша закончила обрабатывать феромонами дверь, вернулась. Ее голос звучал внушительно, и Кирилл не понял, говорила она всерьез или пародировала Дмитрия. Скорее всего первое — раньше она была способна на шутки не больше, чем ее бластер:

— По закону военного времени мы на особом положении, конвенция на шпионов и диверсантов не распространяется. Они подлежат расстрелу на месте. Мы не погрешили против закона, захватив лазутчика на своей территории. Он мог не только шпионить за ксерксами, но и за нами! Группа захвата с задачей, поставленной вами, Кирилл Владимирович, блестяще справилась. Пленный доставлен в штаб для дачи показаний.

— Ах, это я, оказывается, дал команду? Гм... ладно, готовьте пленного к экзекуции.

Они растянули муравья так, что вражеский лазутчик мог шевельнуть только члениками сяжек. Дмитрий в последний раз проверил застывшие скрепки, а шею муравья прикрепил такими скобами, что голова, казалось, теперь вырастала прямо из стола.

— Готово, шеф! Мы побежали.

— Куда? — удивился Кирилл. — Будете помогать при исполнении приговора.

Дмитрий переменился в лице:

— Нам бы передохнуть после геройской операции...

— То, что вы сделали, называйте как хотите, но операция начнется только сейчас...

Срезав черепную крышку, Кирилл несколько часов экспериментировал с живым мозгом. В студенчестве поражался, как это с таким крохотным мозгом поднялись до скотоводства, теперь поймал себя на крамольной мысли: как при такой сложнейшей структуре мозга не создали высочайшую цивилизацию?

Правда, у человека мозг не менялся с кроманьонских времен. Тысячелетия мелькали, как спицы в колесе, но жизнь охотников на мамонтов не менялась... Пока не перебили всех мамонтов!

Не здесь ли разгадка? Муравьям не перебить крупных насекомых. Еды всегда хватает, нет стимула искать другие пути к существованию. Им даже огонь не нужен, зимой все равно любая жизнь замирает под снегом... Но все-таки Природа не столь расточительна, чтобы впустую дать пройти уже не тысячам, как у охотников на мамонтов, а миллионам лет. Муравьи — социальные существа. Общественные. А общество обязательно предполагает определенный уровень цивилизации, пусть самый причудливый. Муравьи по нашим меркам, не разумные, но зато цивилизованные. Возможно, высокоцивилизованные...

Дмитрий подавал инструменты молча, только морщился, отводил глаза. Саша держалась браво, даже острила над мягкотелым Дмитрием, но лицо ее было белым, как снег, губы подрагивали.

Наконец Кирилл укрепил черепную кость на место, приклеил швы:

— Все! Отнесите подальше, пусть убирается. Анестезин скоро выветрится, у него останется лишь чувство сильного похмелья.

Саша спросила недоверчиво:

— А мозг? Что с мозгом?

— Я не нарушал связи. А болевых точек там нет. Даже у человека нет, а уж у муравья... Помните беспузого?

Их лица посерели, картину тогда наблюдали жутковатую. Муравей с начисто оторванным брюшком тащил к пеньку пойманную мошку. То ли чувство солдатского долга было тому причиной, как предположила Саша, которая готова была повесить его портрет в красном уголке станции или хотя бы передать в армию синим беретам, то ли йоговское пренебрежение к боли, так решил Дмитрий. Но муравей еще с неделю трудился, ухаживал за личинками, выносил мусор, и только потом его лапы начали заплетаться... На муравьиное кладбище он ушел сам.

— То был герой, — сказала Саша сурово. — Подвижник! А вы, Кирилл Владимирович, оказались совсем мягкосердечным... Впрочем, для вас это неудивительно, но Немировский меня поразил. Такое свинство!

Дмитрий засмеялся, ничуть не обидевшись:

— Экзекуция отменена? Хорошо, устроим ему геройский побег. Представляете, что этот Джеймс Бонд доложит в штабе? Он и наврет про геройские подвиги, расскажет, как нас всех побил, а Сашу так вовсе. В чине повысят, орденов надают, лицезреть королевские яйцеклады позволят!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать