Жанр: Научная Фантастика » Юрий Никитин » Мегамир (страница 43)


— Все умеют, — заверил Дмитрий с удовольствием. — Даже Мазохин разбирается в их... шкалах, делениях, стрелках. Это правило техбезопасности! Без полной сдачи техминимума по опасным, полуопасным и нейтральным насекомым на поверхность не выпускаю. У меня здесь железная дисциплина, Аверьян Аверьянович! Техбезопасностью заведую я, так что сами понимаете...

— Понимаю, — ответил Ногтев. — У вас хорошие казарменные порядки. Каждый носит в себе фельдфебеля, а это страшнее старого бюрократа Ногтева... Что осталось сделать для экспедиции?

— Только надуть воздушный мешок, — отчеканил Кирилл с непривычной для себя лихостью. — И обрубить концы. Запасная горелка, рация, тройной запас горючего, оружие, запасные комбинезоны, яды, контейнеры с химикатами и все-все прочее подготовлено с прошлой осени. В гондолу перегрузим за сутки.

Кравченко, который все еще тщательно следил за выздоровлением Ногтева, заметил ядовито:

— Немировский уже две учебные боевые тревоги провел с тоски! И одну пожарную.

— С персоналом? — не поверил Ногтев.

— В основном Сашу и Димку натаскивает. В восторге все трое.

С края пня хорошо просматривался наполовину зарывшийся в песок красивый блестящий шар, похожий на новогоднюю елочную игрушку. Эту гондолу умельцы Большого Мира делали две недели, пока Кирилл не сообразил, что их гондоле вовсе не обязательно быть копией батискафа для погружения в Марианскую впадину.

На пне, почти в самом центре, стоял железный куб, черный как сажа и ребристый как батарея водяного отопления, ощетинившийся крючьями, якорями, толстыми стволами гарпунных пушек, бластеров. В стенах бугрились крышки люков, блестели стекла иллюминаторов. Такие же два люка и огромный иллюминатор были в днище гондолы.

Крючья выдвигались и убирались, ребра лучше нагревало солнцем, они хорошо держали тепло, но благодаря ребрам на стенах гондолу будет нетрудно охлаждать ветром. Корпус испытывали под ударами сорокатонного молота — зачем?.. Ткань мешка выдерживала любые кислоты, которые могли схимичить в своих железах насекомые, на растягивание превосходила мыслимое и немыслимое, а разрезать ее можно было лишь на особых механических ножницах...

Гондола была размером с трехэтажный дом. Нижний этаж пустили под трюм, где разместили пропановый бак, запасное оборудование, на среднем этаже — кают-компанию и несколько небольших комнат, благо размеры позволяли, а верхний этаж разгородили тремя перегородками, смутно представляя еще, зачем они пригодятся. Ну, подручное оборудование, оружие, стрелы для гарпунных пушек, баки с клеем... Но свободного места оставалось три четверти пространства. Это не тесная корзина, в которой аэронавты путешествуют в Большом Мире!

На самом верху гондолы оборудовали две площадки, расположенные на противоположных концах. Одну, поменьше, тут же окрестили капитанским мостиком, а вторая, таким образом, оставалась для публики, смотровая.

Пропановые горелки испытывали десятки раз, теперь они хранились в апартаментах Ногтева. Трудность была с баллонами для снижения газа. Там не могли сделать баллоны размером с муравья, резьба не шла, так что теперь в гондоле на нижнем ярусе находился один гигантский бак. Уже заполненный, закрытый пломбами. Подводящую трубу и редукторную головку сделали Забелин и Чернов, специалисты-металлурги. Ногтев придирчиво проверил, поерепенился, но принял. Высоколобые доктора наук умеют слесарить, если захотят, давно замечено, а Ногтев был бы никудышным начальником, если бы не имел право на критику подчиненных.

Мешок выкрасили в отпугивающий божекоровкин цвет. В мае, когда воздух прогрелся, шар отпускали на длинном лине, проверяли грузоподъемность, обучали экипаж, отрабатывали ситуации, вплоть до зависания на ветках мегадерева.

Кирилла бесило, что в состав экспедиции включили, не спросив никого, даже Ногтева, некую Цветову, специалиста по радиокоммуникации. Она ожидалась за неделю до старта. Ногтев хмурился, но успокаивал кипящего от негодования Кирилла:

— Есть начальство и повыше нас. Некий чиновник позаботился... Или чья-то родственница... Чудак, где ты видел бочку меда без ложки дегтя? Мы все еще живем не в самом лучшем мире, Кирилл Владимирович! И не в самом справедливом.

— Сколько дурости в старом мире, — ответил Кирилл зло. — Я надеялся что хоть в новом...

Он осекся. Ногтев может заподозрить его в упряжке с Фетисовой! Впрочем,

в самом деле поддался, начал отметать все старое, будто все новое лучше лишь потому, что новое. Увы, прогресс — это не новое, а лучшее. В новый мир пришли со старыми болячками...

Неожиданно очень полезным оказался Хомяков, правая рука Мазохина. Заряженный энергией, как шаровая молния, он успевал быть одновременно в десятке мест, составил длиннейший список крайне необходимого снаряжения, из которого Кирилл, как ни придирался к мазохинцу, ничего не смог вычеркнуть, с утра до ночи суетился в гондоле, таская материалы, крепил этажи, перегородки.

Хомяков, как напомнил Кириллу Дмитрий, хоть и был против перебазирования станции в муравейник, но когда решение было принято, больше других помогал перебраться быстрее и безболезнее. В пне освоился мгновенно! Пустующие пещеры занял под склады, наладил защиту. Он постепенно отходил от работы ДНКолога, проявлял интерес к муравьям, чаще других поднимался на поверхность пня. Кроме него нормальным человеком выглядел разве что Забелин, прирожденный технарь, фанатик кристалловедения. То ли устал, то ли еще почему, но все чаще общался с группой Кирилла, помогал им, интересовался их работой.

За неделю до назначенного старта Ногтев вспомнил:

— Кирилл Владимирович, сегодня ожидаем последнего члена экипажа. Дмитрий уже собрался к Переходнику. Вы пойдете?

— Важная персона, — фыркнул Кирилл с отвращением. — Заря радио, а мы богомолы неграмотные... Да мы радиокомпьютеры с третьего класса чиним! Нет, я в таких странных играх не участвую...

Ногтев понимающе улыбнулся, кивнул, отбыл в сопровождении Дмитрия. Отправились к Переходнику впятером, считая Диму, растолстевшего Бусю и Кравченко с его походной аптечкой.

Кирилл лихорадочно готовился к скорому старту, гонял экипаж, десятки раз проверял оборудование. О радисте сумел забыть, но дня через три его разыскал Ногтев. Кирилл подпрыгнул от неожиданности, когда над его ухом раздался зычный голос:

— Кирилл Владимирович! Пользуюсь случаем представить нового члена экипажа...

Между Ногтевым и улыбающимся во все сто зубов Дмитрием стояла тоненькая невысокая женщина. Ее короткие волосы стояли дыбом, глаза были светло-зеленые, как молодая трава, скулы гордо вздернуты, а сочные алые губы красиво изогнулись. Она была очень картинной, красивой, и Кирилл сразу ощутил приближение беды, словно суеверный матрос при виде женщины на корабле.

— Здравствуйте, — сказал он неохотно. Вам в самом деле так уж необходимо участвовать в экспедиции?

У него был настолько враждебный тон, что Цветкова невольно сделала шажок назад. Дмитрий галантно придержал ее за талию, чтобы радист не свалился в трещину, да так и оставил руку.

— Необходимо, — ответила она наконец. Ее глаза внимательно пробежали по его напряженному лицу, крепко сжатым челюстям. — Вы научный руководитель экспедиции? Постараюсь не мешать вам, Кирилл Владимирович. Я только радист, так что вне вашего внимания.

Ногтев сказал очень серьезно, но в глазах прыгало веселье:

— Елена... Вы позволите вас так называть? Елена, здесь все до последнего винтика в сфере внимания Кирилла Владимировича. Командует парадом и предпарадной подготовкой он, и больше никто. Я только бог-наблюдатель, а творец и распределитель ролей — Кирилл Владимирович...

Она оценивающе посмотрела на Кирилла, в глазах ее проступило размышление, перетряхивался арсенал, сдувалась пыль с копья, мечей, стрел, примерялось оружие и средства пассивной защиты: щиты, кираса, слезы...

— Извините, занят, — буркнул Кирилл коротко. Отвернувшись, резво побежал по канату вверх к центральному люку гондолы. Женщина на корабле! Да еще воздушном! Чертовы родственники, позвоночники... Фамилия слишком красивая, а зовут и того хуже — Елена! Тоже мне, героиня эпоса. Какой город разрушили, последние эллинские герои из-за нее погибли! А ей хоть бы хны, сюда явилась. Теперь здесь все пойдет прахом...

Уже влезая в люк, перехватил удивленный взгляд Саши. Девушка непонимающе смотрела на него, потом перегнулась через борт, разглядывая нового члена экипажа.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать