Жанр: Научная Фантастика » Юрий Никитин » Мегамир (страница 59)


— Стреляйте, — попросила Саша. Она изо всех сил крепилась, чтобы не завизжать в страхе, не взмолиться: стреляйте, спасите, унесите меня от этого чудовища!

— Зачем, — удивился Кирилл. — Паук нас не видит. Или вы жаждете отмщения?

— Не месть...

— Тогда зачем? Кушать его не станешь, жестковат... На дамские сумочки не годится...

Саша смолчала. Паук был ужасен, каким бы красавцем его не считал мирмеколог. Мохнатые лапы, острые когти, ядовитые холицеры, гора мускулов...

Паук разочарованно повернулся, канат снова начал раскачиваться под его весом. Саша проводила мохнатую спину долгим взглядом, судорожно вздохнула:

— Вы и здесь блюдете экологическое равновесие?

Кирилл поднялся на ноги, ответил спокойно:

— А какой смысл убивать его?

Саша посмотрела в его безмятежное лицо, ничего не сказала. Кирилл забросил ее на плечо, шагнул к краю. Дальше начиналась пустота. Земля была так далеко, что расплывалась в серо-зеленом тумане.

Голос Саши дрогнул от негодования:

— Вы так и потащите меня?

— Саша, — ответил Кирилл успокаивающе, — тебя освободят в лагере. Эти нити прочнее стальных канатов, я здесь ничего не могу. Этими веревочками из паутины звездолеты бы поднимать на стартовые площадки!

— О Господи, — прошептала Саша. — Так и потащите?..

— Ты можешь что-то придумать лучше?

— Нет, но...

— Ничего не идет в голову, — признался он. — Потерпи, Саша. Я побегу изо всех сил. Жаль, что не могу унести тебя на крыльях.

Он прыгнул с ветки мегадерева. Кокон с Сашей прижимал к груди, сам падал, растопырив ноги, тормозил воздух как мог, чтобы успеть рассмотреть место внизу, успеть при необходимости хоть малость спланировать в сторону...

При его росте горизонт всегда был в десятке шагов, не дальше. Кирилл часто взбирался на верхушки стеблей, высматривал направление, стараясь заглянуть за кочки, завалы. Над головой чаще всего была зелень первого неба, а когда выскакивал на открытое пространство, то в немыслимой высоте зеленело второе небо — кустарников. Если бывал просвет между гигантскими ветвями, то смутно темнело изумрудное небо мегадеревьев... А поляризационным зрением Кирилл пока что не обзавелся, солнце сквозь такие барьеры угадывать не научился. Через каждые четверть часа снова вскакивал повыше, оставляя Сашу, высматривал, нацеливался.

Проголодавшись, пришиб по дороге молодого сочного клещика, предложил Саше:

— Слопаешь?

Саша с отвращением покосилась на клеща, у которого еще дергались лапы:

— Вы будете его есть... живого?

— Жарить не на чем, — объяснил Кирилл, он напряженно всматривался в колышущуюся перед ним зелень. — Так питательнее.

— Маньяк, — проговорила Саша. Отвернуться девушка не могла, просто закрыла глаза. Кирилл все еще всматривался в неясные очертания, машинально сел, как ему показалось, на бревно. Саша дернулась, он поспешно скосил, пробормотал извинения, и уже стоя, с хрустом разломил легкий панцирь, под которым скрывалось нежное мясо, подрыгивало желе густого сока...

Он старался не чавкать, хотя без шума трудно высасывать плотную жидкость, и Саша вздрагивала, пытаясь отвернуться. Эти женские мерехлюндии Кирилл игнорировал. Опасности нет, а расшаркиваться не станет, сама без всякого повода изменила отношения к лучшему. Холодноватый тон, снова на «вы» и по батюшке, скрытая настороженность, даже недоброжелательность. За что?

Он вскочил на ноги, чувствуя прилив сил. Спросил дружелюбно:

— Еще не заснула? Спи, я донесу, как на пухлой перине.

Саша промолчала, только нервно дернула уголком рта. Кирилл забросил ее на плечо, чувствуя, что несет спеленатую египетскую мумию.

Опускаясь со стебля в очередной

раз, он услышал внизу истерический визг. Прыгнул, на лету изготовился к бою. Небольшой водяной слоник, размером с крупного пса, стоял на коконе и осторожно трогал усиками лицо Саши. Кончики сяжек задумчиво пробежали по губам, пощупали щеки, остановились на плотно закрытых глазах. На визг внимания не обратил, будучи глухим, как все слоники, иначе бы остался заикой на всю оставшуюся жизнь.

Кирилл с разбега пинком сбросил любопытного. Визг еще продолжался, хотя обиженный слоник уже умчался, поджимая зад. Кирилл потрогал Сашу за щеку, она взвизгнула еще громче.

— Саша, — сказал Кирилл громко. — Это уже не сабатос чувис, а гомо сапиенс.

Она приоткрыла один глаз, визг оборвался. Ее бледное лицо медленно стало заливаться краской.

— Простите, — сказала она. Голос дрожал, но тут же выровнялся, в нем появились прежние суховатые нотки. — Странно и непривычно чувствовать себя беспомощной. Я всегда была хозяином... хозяйкой положения.

— Скоро тебя освободят, — заверил Кирилл, — потерпи малость.

Он подхватил ее, бросил вперед крупными многометровыми прыжками. Саша утихла, ему смутно показалось, что он ощущает сквозь свой комбинезон и ее кокон тепло.

— Уже близко, — сказал он.

— Ох, скорее бы...

— Терпи, терпи...

Вдруг он сообразил, что у нее могут быть и другие муки, кроме мук неподвижности. Хотя часть влаги уходит через дыхание, испаряется через кожу, но часть должна уходить и старым привычным способом.

— Саша, — сказал он доброжелательно, — ты себя не мучай. Что за глупые предрассудки?

— Что вы имеете в виду? — спросила она настороженно.

— А ничего особенного, чистую физиологию. Не надо терпеть, комбинезон отмоем изнутри.

— Кирилл Владимирович, — сказала она ледяным голосом, — я прошу вас умолкнуть.

Он пожал плечами, едва не сбросив ее в глубокую пропасть, ибо перепрыгивал в этот момент с одного стебля на другой на высоте сорокаэтажного дома. Воздух был теплый, от земли поднимались цветные шарики пыльцы, солнце светило ласково, не обжигая.

Саша молчала, не двигалась. Кирилл, наконец, встревожился, заглянул ей в лицо. Она тут же открыла глаза, почувствовав его взгляд.

— Спи-спи, — сказал Кирилл поспешно, — я подумал, не случилось ли чего...

— Чего именно? — поинтересовалась она таким тоном, словно заговорил айсберг.

— Ну... так просто. Удобно ли тебе?

— Очень, — сказала она саркастически. Всю жизнь мечтала побывать в этом коконе!

— Если что, Саша, не стесняйся! Мы же друзья.

Она смолчала, медленно опустила ресницы. Лицо ее было высокомерным. Возможно, она впервые в жизни услышала о существовании туалетных комнат.

Кирилл на бегу схватил тлю, а его ладонь оказалась на миг зажатой между щекой Саши и ее плечом. Их глаза встретились, он с опозданием выдернул руку. Девушка не закрывала глаза, смотрела тревожно, вопрошающе. Краска залила не только щеки, но и лоб, шею, однако глаза она не опускала.

— Ничего не бойся, — проговорил он, чувствуя, что слова получаются неуклюже. — Мы уже почти у лагеря...

Он подхватил ее, ринулся через заросли. Уши горели, от них можно было прикуривать, если бы кто еще придерживался той дурной привычки. Трижды из засады на его уши прыгали клещи-скакуны, ориентируясь по тепловому излучению, а для тхермелов, видящих мир лишь в термоизлучении, это были только пылающие уши, что стремительно неслись через темный и холодный мир.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать