Жанры: Юмористическая Проза, Дом и Семья: Прочее » Саймон Бретт » Ой, кто идет! (страница 11)


— Ну вот. В следующий раз, когда захочешь пи-пи или а-а, ты просто снимешь штанишки и возьмешь горшочек… Хорошо, зайчик?

Что ж. Ее просьбу я выполнил — правда наполовину. В следующий раз, когда мне захотелось облегчиться, я, как Она и велела, снял штаны. Но горшок не стал брать. Вместо этого я отыскал теплое уютное местечко за диваном возле батареи.

Так получилось, что на этот раз я сделал а-а.

Двадцать первый месяц

День 1

Сегодня мне подарили новую игрушку — маленький красный пластмассовый телефон с пронумерованными кнопочками.

— Смотри, — сказала мамочка. — Теперь ты можешь позвонить всем своим друзьям — например маме или папе.

За кого Она, интересно, меня принимает? Я сразу заметил, что у этого телефона нет проводов и он никуда не подсоединятся. Кроме того, когда снимаешь трубку, там нет гудка.

Вечером Она рассказала папочке про новую игрушку, и снова в разговоре мелькнуло сакраментальное слово развивающая. Теперь-то я уж точно буду за версту обходить это бесполезное приспособление.

День 2

— Ты уже звонил по телефону друзьям? — спросила Она вечером. — Позвони, порадуй мамочку.

Ну ладно. Если уж Ей хочется, я, так и быть, позвоню.

День 3

Вскоре после того, как Она ушла на работу, а Джаггернаут отправилась скармливать стиральной машине половину дневной порции моего белья, я приступил к выполнению мамочкиной просьбы.

Но только не при помощи моего бессмысленного красного пустозвона. Конечно, нет. Я воспользовался настоящим взрослым телефоном, тем более что не раз видел, как это делается. Надо просто снять трубку и нажать несколько кнопок.

Правда, с первых попыток ничего не получилось. Я несколько раз набирал разные номера, но в ответ доносились только короткие гудки.

Но в конце концов я добился успеха и дозвонился куда-то. По крайней мере, на том конце провода кто-то отозвался, и голос вроде бы говорил по-английски. Я попытался было начать пристойную беседу и перечислил все известные мне слова, но ответа не дождался. Скоро мне стало скучно, потому что голос в трубке все время повторял одни и те же фразы. Я оставил трубку лежать рядом с телефоном и отправился по своим делам — пробовать на коте новые акварельные краски.

Мама вернулась с работы, недоумевая: что такое с телефоном? Она, мол, несколько раз пыталась дозвониться домой, но все время было занято. Она обнаружила, что трубка снята, взяла ее и прислушалась. О Боже, что тут началось! Она плакала, рыдала и кричала Джаггернаут, чтобы та никогда, никогда не смела подпускать меня к телефону. А когда вернулся папа, истерика повторилась с новой силой. И Она все время повторяла, что теперь пропал их летний отдых, не на что будет даже купить билет.

И конечно, никто не удосужился меня похвалить. По-моему, для ребенка моего возраста это просто блестящее достижение… Надо же, дозвониться до австралийской службы точного времени!

День 8

Утром я пересчитал слова, которые на сегодняшний день могу произнести.

На прошлое Рождество я произнес первое, довольно оригинальное слово — иба. То есть я хотел сказать рыба, потому что папа получил в подарок новую удочку. Но все вокруг решили, что я собирался сказать спасибо.

Теперь-то я точно могу сказать спасибо. Правда, нечасто это делаю.

Потом очень быстро я выучился любимому слову нет! и почти следом за ним — еще. Мама я тоже умею говорить, и, если пребываю в добродушном настроении, пожалуй, снисхожу до того, чтобы назвать папу папой. Что же касается Джаггернаут… Ну что ж, пока я не научился произносить это сложное слово, она для меня всегда будет бухом.

Еще я умею говорить дя. К сожалению, твердое д пока что не совсем получается. Ну и ладно, все равно это слово редко мне требуется. Нет практически всегда больше подходит к любой ситуации,

Потом идут попа, кака и а-а — правда, мои родители до сих пор считают, что в эти три слова я вкладываю одинаковое значение.

Ну и остальные: дай, н'ака, кот, мне, пока и бяка.

Итак, сколько всего… Ага, шестнадцать слов. Ну что ж, для моего возраста вполне достаточно.

День 13

Но я уже не ограничиваюсь отдельными словами. Когда есть настроение, я складываю их в небольшие словосочетания и даже предложения. Например, Дай маму!, Еще а-а и так далее.

Правда, пока что я не пробовал сложить все эти слова в одно большое предложение. Интересно, что получится? Ну-ка, подумаем…

Стало быть, примерно так:

— Дя, мама, папина иба, нет каки бяки бух, дай мне еще н'а и а-а, спасибо, попа, пока, кот.

Н-да… Пожалуй, с ораторским искусством придется подождать.

День 16

Скажу честно: я стал фанатом этой детской передачи. Поначалу мне казалось, что это жуткая чепуха. Впрочем, она чепухой и осталась, но к чепухе этой я ужасно привязался. Если пропускаю хотя бы одну серию, то потом весь день не нахожу себе места и устраиваю домашним настоящий ад.

Мама уверяет друзей и знакомых, что внимательно следит за тем, какие передачи я смотрю, и старается, чтобы я сидел перед экраном не слишком долго. Это чистейшей воды вранье. На самом

деле Ей абсолютно все равно, что там мельтешит передо мной на экране, лишь бы только самой избавиться от меня на часок-дру-гой-третий.

Говорят, что телевидение размягчает мозги. Так что, если я стану бессмысленным придурком, не надо будет долго искать виновника.

День 17

Я научился включать и выключать телевизор и переключать программы, хотя последнее получается у меня еще не совсем профессионально. То есть переключать-то я их переключаю, только вот непонятно куда и почему. Но вообще говоря, пульт я освоил уже неплохо. С ним я проделываю три излюбленных фокуса. Во-первых, вынимаю батарейки и прячу их в какое-нибудь тихое, безопасное место — вроде стиральной машины. Просто, но очень эффектно — родители прямо на стенку лезут. Во-вторых, прячу его. Пропажа пульта способна довести папу с мамой до полного отчаяния. Много мест я уже перепробовал. Например, засунуть его в корзинку кота под старое рваное одеяло… Но лучше и надежней всего — закопать в песочнице. По возможности, и это очень важный момент, припрятывая пульт, надо выбирать места погрязнее. Когда родители наконец находят его, он весь вымазан землей, глиной или чем-нибудь даже поинтереснее. И вообще браться за пульт лучше всего липкими руками, когда ешь что-нибудь сладкое или вязкое.

И третий, самый замечательный фокус: переключить программу, когда папа смотрит футбол. Представьте себе: самый решительный момент матча, вот нападающий остался один на один с вратарем… Ловкое и быстрое нажатие кнопки — и непередаваемое выражение боли и ярости на лице бедного папочки. Да, ни с чем не сравнимое удовольствие.

День 19

Воскресенье. Теперь я сам могу выбраться из кроватки, спуститься вниз по лестнице и включить телевизор. Так я поступаю каждое воскресенье, и папа с мамой почему-то очень довольны, хотя другие проявления самостоятельности они встречают обычно с меньшим энтузиазмом.

Я долго не мог понять, откуда такая избирательность, но сегодня меня вдруг осенило. В воскресное утро они специально стараются удалить меня и нейтрализовать, потому что сами хотят немножко полежать в кровати. Лентяи и лежебоки! Но это бы еще полбеды. Я уверен, они не просто так лежат. Они наверняка предаются плотским утехам.

Боже, какая мерзость!

Как только я это понял, я быстренько забрался по лестнице наверх и тихонько прокрался в их спальню… Если б вы видели, с какой космической скоростью они отпрянули друг от друга!

День 21

Сказал новое слово. Вечером после работы Она, как обычно, собралась приготовить мне питье.

— Ну, что мы возьмем, чтобы сделать сок? — спросила Она. — Апельсин? Или лимон?

— Лином, — ответил я. Не знаю, почему Она так развеселилась.

День 27

Папа пришел с работы и, как всегда, первым делом налил себе изрядную порцию виски. Я радостно потянулся к Его стакану.

— Мне! Мне! — запищал я, зная, как развлекают родителей подобные бесхитростные трюки.

— Ну надо же, ребенок тоже хочет виски! — захихикал папаша.

Честное слово, их так легко развеселить!

Мама решила поддержать игру и достала с полки еще один стакан.

— Для тебя у нас тоже есть виски, — с деланной серьезностью провозгласила Она и вышла на кухню.

Вернулась Она с лимонным соком. Я потянулся, чтобы взять стакан, но Она не разжала руку. Не хотела рисковать настоящим стеклянным стаканом для виски. Вот пластмассовый поильничек — другое дело. Его не жалко. Ну да ладно.

Я взглянул на папашу. Он отпил изрядный глоток, после чего довольно причмокнул губами.

Я продолжил игру. Тоже сделал изрядный глоток и так же причмокнул губами.

Они пришли в восторг. Можно было подумать, что ничего смешнее они не видали в своей серой, безрадостной жизни.

— Ну и что же мы пьем? — лукаво спросила она.

И тут я решил, что игра зашла слишком далеко, и твердым, спокойным голосом произнес:

— Лином.

Это развеселило их еще больше. Чем же они развлекались, интересно, пока меня не было?

День 28

Сегодня Джаггернаут готовила мне сок.

— Ну, что ты хочешь? Апельсин или лимон? — спросила она.

— Лином, — честно ответил я. На нее это тоже произвело впечатление, как и прежде на родителей. Что же это за слово такое — действует наверняка, как старая добрая щекотка?

— Нет, — отсмеявшись, сказала нянюшка. — Надо говорить: Лимон. Ты понял?

— Лимон, — послушно повторил я. Вечером я встретил мамочку ледяным взглядом. Джаггернаут рассказала Ей, как было дело.

— Но не беспокойтесь, — уверила она. — В конце концов он сказал правильно.

— Да? — В мамином голосе звучало явное разочарование. — А мне нравилось, когда он говорил лином.

Это хорошо. Если я перестану делать в словах ошибки, мамочка будет знать, кого винить.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать