Жанр: Фэнтези » НИЭННАХ ИЛЛЕТ » ЧЕРНАЯ КНИГА АРДЫ (страница 56)


ДОМ

Они называли эту вершину – Горт Элло, Вершиной Звезды. Черная, как непроглядная ночь; высокая, как Скорбь; острая, как клинок, приставленный к горлу неба… Нет, конечно в их песнях не могло быть такого: «клинок». Это – только его мысли.

Здесь стоял его дом. Дом. Он невесело усмехнулся: по сути, у никогда не было дома – не станешь ведь думать так о каменном замке… Он редко бывал в доме – и все же возвращался сюда, когда боль воспоминаний становилась слишком сильной, чтобы утаить ее от Людей Надежды.


– …Астар, ты спишь?

Он приподнялся и сел на ложе.

– Нет, Элли. Я не умею спать.

– Можно к тебе? Только я не одна, со мной друзья. Можно? Я зажгу свечу?..

– Не надо, – он сказал это слишком поспешно. Девочка встревожилась:

– У тебя глаза болят?

– Да. (Пусть лучше думают так.)

– Мы ненадолго и совсем-совсем тихо…

Они расселись кружком у его кресла.

– Сказку рассказать? – улыбнулся он. Элли усердно закивала:

– Расскажи еще про девочку и дракона…


"…Дракон был совсем маленьким – ростом чуть больше девочки. Девочка тоже была маленькой, и ей нравился дракон – такой красивый, крылатый, с сияющими глазами…

Так они подружились, и иногда дракон позволял девочке забираться ему на спину и подолгу летал с ней в ночном небе. Девочка смеялась, протягивая руки к небу, и звезды падали ей в ладони, как капли дождя, и дракон улыбался, а из его пасти вырывались маленькие язычки пламени…"


– А как его звали, Астар?

– Элдхэнн…

– Наш Ледяной Дракон?.. Но он не умеет дышать огнем, и чешуя у него черно-серебряная…

– Элли, сестренка, это все-таки сказка…

– Верно, Наис; но в любой сказке есть доля правды…


"…Вдвоем они часто бродили по лесам. Была у них любимая поляна: красивые там были цветы, а неподалеку росла земляника; девочка собирала ее, а горсть ягод всегда высыпала в драконью пасть. Дракону, конечно, это не было нужно, – ему хватало солнечного света и лучей Луны, – но маленькие прохладные ягоды казались такими вкусными – может, потому, что их собирала для дракона девочка.

Вечером она набирала сухих сучьев, и дракон помогал ей развести костер, а сам пристраивался рядом. Они смотрели на летящие ввысь алые искры, и девочка пела дракону песни, а он рассказывал ей чудесные истории и танцевал для нее в небе, и приводил к костру лесных зверей – девочка разговаривала и играла с ними, и ночные бабочки кружились над поляной… А однажды пришел к костру Белый Единорог из Долины Ирисов, и говорил с ними – мыслями, и это было, как музыка – прекрасная, глубокая и немного печальная…"


– Это наша Долина Белого Ириса?

– Нет, Илтанир. Это было очень давно – не здесь…


"…Шло время, девочка подросла, а дракон стал таким большим, что, когда он спал, его можно было принять за холм, покрытый червонно-золотыми листьями осени. Нет, они остались друзьями; но дракон все чаще чувствовал себя слишком большим и неуклюжим, а девочка была такая тоненькая, такая хрупкая…

Больше он не мог бродить с девочкой по лесу, и, если бы он попытался разжечь костер, его дыхание пламенным смерчем опалило бы деревья. Дракон печалился, и девочка рассказывала ему смешные истории, чтобы развеселить его хоть немного, а он боялся даже рассмеяться: сожжет еще что-нибудь случайно…

Один раз он пожаловался Единорогу – говорил, что не хочет быть большим. Лучше бы я оставался маленьким, вздохнул дракон, и мы гуляли бы вместе, играли бы, а сейчас? И Единорог ответил: у каждого свой путь, ты сам скоро это поймешь…

А потом пришла в эту землю беда. Неведомо откуда появился серый туман, и там, где проползал он, не оставалось ничего живого. Увядала трава, осыпалась листва с деревьев, в ужасе бежали прочь звери и умолкали птичьи песни. Все ближе подбирался туман, несущий смерть, и не знали люди, как защитить себя и что делать. Тогда ушел дракон, и долго никто ничего не знал о нем, а девочка стала молчаливой и печальной…

Он вернулся. Золотая чешуя его потускнела, волочилось по земле перебитое крыло, и темные пятна крови отмечали его путь, и устало прикрывал он сияющие глаза.

Он вернулся и сказал: Это больше не вернется. А потом лег на землю и уснул. Он был похож на холм, укрытый червонно-золотыми листьями осени. Он спал долго. Менялись звезды в небе, отгорела осень, зима укутала его снегом… А потом наступила весна, и расцвели рядом со спящим драконом цветы – золотые, как его крылья, алые, как его пламя, пурпурные, как его кровь… А девочка все ждала: когда же дракон проснется? И приходила к нему, и гладила его сверкающую чешую, плакала потихоньку и пела ему песни…

Тогда вышел к ним из леса Белый Единорог, мудрый зеленоглазый Единорог. И дракон проснулся.

Так ли уж плохо быть большим, спросил Единорог.

У каждого свой путь, ответил дракон, теперь я понимаю.

Они молчали. Над ними мерцали звезды. Неподалеку в доме горел свет, и они услышали, как там смеются дети…"


– А какая она была?

Казалось, он говорит сам с собой:

– Смелая. И печальная. Тоненькая, как стебелек полыни, а глаза – две зеленых льдинки. И серебряные волосы.

– Красивая? – шепотом спросила Элли.

– Очень.

– А что было потом?

Он помолчал немного, потом ответил:

– Она выросла, стала взрослой… Один из лучших менестрелей той земли полюбил ее и взял в жены. У них было двое детей…

– И они жили долго-долго, да? И были счастливы?

Он снова ответил не сразу:

– Да.

«Скажи уж лучше – и умерли в один день. Так будет вернее…»

– А как ее

звали?

– Элхэ.

– Красивое имя. Только грустное…

«Нет, нельзя так… Но куда мне бежать от этого воспоминания? Твоя кровь – на моих руках… Твое сердце – в моих ладонях – умирающей птицей, и не забыть, не уйти… Вот ведь чего наплел. Тоже мне, сказитель. И кто только за язык тянул…»

«А ты скажи, скажи им правду! Что не прекрасного менестреля она полюбила, а слепца и труса с холодным сердцем. И не жила долго и счастливо, потому что бессмертный глупец позволил ей умереть за него!»

– О чем ты задумался, Астар?

– А?.. Да… А почему Тай не пришел?

– Заболел…

И тут они заговорили все разом:

– Но ничего, он скоро поправится…

– Знаешь, день его Звезды близко…

– Мы решили, что все подарки сделаем сами…

– Мы с братом собрали его любимые сказки; я записал, а брат украсил книгу – синим и серебром, Тай любит эти цвета…

– А я подарю флейту. Он так хочет научиться играть на флейте…

– А я написала песню…

– Я осенью янтарь нашел. Там, знаешь, если долго вглядываться, кажется – солнечный замок… Это, наверно, не совсем честно – я ведь ничего не делал, – мальчишка смутился.

– Почему же? Ведь ты искал его, правда? А потом полировал, старался сделать так, чтобы другие тоже увидели твой солнечный замок в янтаре… разве не так?

– Да… Как ты узнал? – просиял парнишка.

– Это несложно, – Вала улыбнулся. – А ты что же молчишь, Илтанир?

– Я сделал серебряный якорек. Он, говорят, приносит счастье мореходам, – Илтанир вздохнул. – Знаешь, Тай рассказывал… Ему много раз снился кораблик… ну, как старый мореход из Тииайн делает – совсем как настоящий, только маленький. Тай пытался нарисовать – не выходит. Он говорит – это как серебристая чайка. Вот бы такое подарить ему…


…Вала бесшумно вошел в комнату, поставил что-то у изголовья Тэллайо. Постоял, улыбаясь своим мыслям, потом осторожно провел рукой по волосам спящего и так же тихо вышел, затворив за собой дверь.

«Есть у них в сказках добрый волшебник, которого Элго Тхорэ посылает, чтобы исполнять мечты. Дети верят, что раз в жизни он приходит к каждому. Ну, вот я и побывал им…»


Праздник удался на славу. Глаза Тэллайо лучились радостью, он время от времени на его лице появлялась загадочная улыбка. Наконец, видно, не выдержав, он поднялся:

– Я вам хочу показать… вы такого еще не видели! – счастливо рассмеялся и выбежал из комнаты.

Вернулся почти тут же, с посерьезневшим, почти торжественным лицом:

– Вот!

Дети затаили дыхание: в руках Тай осторожно, как птицу, держал маленький кораблик – совсем как настоящий, неуловимо похожий на серебристую чайку. На узком черном вымпеле мерцала единственная звезда – знак Странников Моря.

– Я проснулся – и увидел… Совсем такой, как во сне… Я думал, только в сказках желания исполняются… Давайте дадим ему имя!

– Назови его… – Илтанир на минуту задумался, потом закончил решительно. – Назови – Анд'Элло'р, «Дар Звезды».

– А у него над входом – Знак Одиночества… – ни к кому не обращаясь, тихо сказала Наис.


…И снова – уже не в первый раз – у его дома появился знак Одиночества: спящий дракон цвета листьев полыни на узкой черной ленте…

– Пустите меня!..

Отчаянный женский крик заставил его вздрогнуть. Он еще успел машинально набросить плащ, спрятать в его тяжелых складках обожженные руки.

– Пустите, пустите!..

Крик захлебнулся. Она вбежала в комнату – спутанные волосы цвета золотистой сосновой коры почти скрывают лицо. Двое мужчин растерянно замерли на пороге, не зная, что делать. Он сразу же забыл о них: он видел только эти глаза, переполненные болью.

Женщина рухнула к его ногам, обнимая колени Валы:

– Звезда… помоги мне… помоги… Я знаю, ты можешь… Помоги!

Он поднял ее, осторожно усадил на скамью.

– Что случилось?

Видимо, сказалось страшное напряжение: женщина разрыдалась, закрыв лицо руками. Один из пришедших с ней поспешно вышел – наверное, воды принести; второй, совсем еще мальчишка – Хэлтэ было его имя, и ему предстояло стать корабелом, – сбивчиво стал объяснять. Нескольких слов было достаточно. Он решительно шагнул к дверям, бросив через плечо:

– Скорее!


У него было красивое имя – Тэллайо. И сам он был красив – высокий, стройный, светловолосый, с глазами цвета моря. Он говорил: твое имя – как морская соль на губах. Наис. Горечь. Он называл – Исилхэ, говорил – твои руки белы и нежны, как морская пена. Он называл – Тииа, говорил – твои глаза чисты, как спокойное море в солнечный день.

Маленькая Хэйтэл – Чайкой назвал он ее – все никак не могла успокоиться в тот вечер; и утром, едва стало светать, побежала на берег – тревожилась за отца. Оказалось – не зря. Он любил море, а море оказалось жестоким к нему, и разбитую ладью выбросило на черные камни.

Он никого не узнавал, ничего не видел вокруг. Кричать не мог: хриплое неровное дыхание и пузырящаяся на губах кровь. Целитель, страшно белея лицом, сказал: «Я могу только дать ему быструю смерть». А она не хотела верить, не смела даже на миг подумать, что все кончено. «Ведь он жив, как же можно терять надежду? – она умоляюще заглядывала в глаза целителю, – ведь он жив…»



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать