Жанр: Исторические Любовные Романы » Шеннон Дрейк » Взгляд незнакомки (страница 69)


В день Рождества, когда Кендалл только-только улеглась спать, к ней, наконец, подошел Брент. Она вздрогнула от неожиданности, почувствовав прикосновение к своему плечу, и резко повернувшись, пристально посмотрела на Брента. Ее глаза горели опасным огнем.

Он предостерегающе поднес палец к ее губам и показал на остальных беглецов, спавших вокруг маленького костра. Затем взял Кендалл за руку, заставил ее подняться и увлек в дальний угол пещеры, где выступавший из скалы камень, позволял уединиться, как в маленькой отдельной комнате.

Кендалл открыла было рот, но успела только прошептать имя возлюбленного, ибо Брент мгновенно приник к ней губами в страстном поцелуе. Руки его уже обнимали ее.

Позже Кендалл удивлялась тому, насколько легко удалось Бренту соблазнить ее и на этот раз. Но… как только он умело снял с нее одежду и начал покрывать тело поцелуями, она забыла обо всем на свете. Ее тело само прижалось к его сильному телу, и в этом прикосновении было что-то невероятно опьяняющее. Сердце подсказывало ей, что Брент пришел не просто так. Он пришел просить у нее прощения — просить своей любовью. Опаленная огнем его любви, она от всей души была готова простить его. Когда он вошел в нее, она почувствовала, что жар возлюбленного плавит ее, как воск. Теперь Брент мог вить из нее веревки, ее тело и душа были в его власти — он мог делать с ней все, что делает со своими марионетками опытный кукловод. Шепотом он отдавал ей приказы, словно командуя своими матросами, а она охотно подчинялась всем его требованиям, полностью отдаваясь его ласкам. Он вознес ее к вершинам удовольствия, отстранился, покрыл водопадом поцелуев, позволяя себе с ней любую прихоть. Когда его влажные губы, коснувшись ее спины, замерли на пояснице и приникли к ягодицам, она едва не задохнулась от острого, жгучего наслаждения. Он снова вошел в нее, слился с ней, стал частью ее существа, поверг в знойную лихорадку, взорванную невыносимо сладким приливом нежной страсти.

Кендалл лежала, прижимаясь к Бренту и укрытая платьем, — как только возлюбленный перестал обжигать ее своими прикосновениями, она почувствовала холод зимней ночи.

— Брент, — проворковала она, потершись щекой о него и запустив пальцы в густые волосы на его груди. — Я так рада: ты, наконец, понял, что я была права. Мне было нестерпимо…

— Что? — резко перебил он ее. Она подняла голову и уставилась на Брента своими бездонными синими глазами.

— Я принимаю твои извинения…

— Какие еще извинения? — взорвался Брент, прищурив свои серо-стальные глаза. — Я и сейчас бы с удовольствием задал тебе хорошую трепку…

— Что ты сказал? — Теперь в голосе Кендалл появились ледяные нотки.

— Ты же могла погубить всех нас! Ты поступила как полная дура. У меня кровь закипает, как только я вспоминаю об этом. Прошу тебя, Кендалл, не буди во мне зверя.

— «Не буди во мне зверя!» — передразнила она его, — Что это значит, наглый сукин сын? Что, собственно говоря, заставляет тебя заниматься любовью с дурой?

Брент медленно прикрыл свои ставшие ледяными глаза. Даже сквозь рыжевато-золотистую бороду было видно, как его лицо покрылось пятнами, так сильно он разозлился.

— Есть такие потребности, — процедил он сквозь зубы, — которые не имеют ничего общего с умом глупой бабы.

В ярости Кендалл обхватила себя руками. У нее был взрывной характер, и сейчас она, стиснув зубы, едва удерживалась, чтобы не ударить Брента. Темперамент взял свое, и Брент не успел вовремя среагировать. Он перехватил ее руки, но она все же успела оставить на его лице следы ногтей.

В мгновение ока она оказалась лежащей на нем. Сдавленная могучими руками, она продолжала сверлить его негодующим взглядом.

— Кендалл, — тихо прошипел Брент, — не лезь в драку, если у тебя нет оружия, и не раздавай направо и налево то, чего не хочешь получить назад.

— Капитан Макклейн, — холодно и высокомерно произнесла Кендалл, тщетно стараясь вырваться из его мертвой хватки, — я решила согласиться с вами. Действительно, во всем, что касается вас, я полная и законченная идиотка. Но я не лакомое блюдо, которое существует только для того, чтобы вы могли утолить свой голод. Видимо, мой убогий умишко — органическая часть моего женского естества.

— Кендалл, ты же чувственная женщина. Я не могу поверить, что наш с тобой спор уменьшает наслаждение, которое ты только что испытала.

— Блестяще! Брент, ты абсолютно прав. Любовь — это то же самое, что еда, верно? Это, правда, что бы ни происходило, мы всегда хотим есть, когда проголодаемся, и пить, когда испытываем жажду. Раньше я как-то не задумывалась над этим, но теперь задумалась. Раньше я была дурой и любила тебя, а теперь поумнела. Но я, как ты только что изволил заметить, чувственная женщина, и у меня есть определенные потребности. И теперь выбирать буду я. Кроме тебя, здесь есть еще трое мужчин.

— Перестань выражаться, как шлюха!

— Кроме того, Бью намного привлекательнее, чем ты, да и обхождение у него не в пример твоему, так что… — Брент пребольно ухватил ее за волосы.

— Ты в уме, Кендалл? Тебе мало войны, так теперь ты хочешь, чтобы мы с Бью вцепились друг другу в глотки? — Она закрыла глаза и помотала головой.

— Нет, — прошептала она едва слышно. Брент отпустил ее волосы и обнял с трепетной нежностью.

— Прости меня, Кендалл. Я был вне себя и не хотел сказать то, что сказал, но ты обозвала меня наглым сукиным сыном, и я решил отплатить тебе той же монетой.

Кендалл захотелось плакать.

Боже, какая это радость — чувствовать его нежность, проникнуть в его душу, слушать его тихий, ласковый шепот…

— Если бы ты только научилась не вмешиваться в дела, которые тебя не касаются, — сказал он в пространство. — Когда ты делаешь то, чего не понимаешь, ты поступаешь глупо, Кендалл.

Чтобы не потерять решимости, она отодвинулась от него.

— Брент, — холодно произнесла она. — Меня касается все, что с нами происходит, и я никогда не поступаю глупо. И раньше не поступала. Да, у моих действий были плохие последствия, и, не буду отрицать, много раз мне требовалась помощь. Но поступать иначе я просто не могла. Если ты не можешь этого принять…

Брент резко сел, взял Кендалл за плечи и взглядом приказал ей замолчать. Глаза его горели.

— Я могу принять только одно — твое доверие. Ты должна научиться мне доверять, хотя бы иногда. Я совсем не хочу с тобой ссориться. Признаю: ты умная и жаждущая жизни, тебе не занимать мужества. Но пойми, Кендалл, ты не в силах изменить ход войны. Эта старуха убила пять человек, ее место на виселице. Ты позволила ей бежать, а значит, нас могли схватить. Тогда меня, без сомнения, повесили бы или расстреляли, а тебя отправили бы к Джону Муру. Поэтому хочешь, не хочешь, но я намерен отправить тебя в безопасное место. А если ты вздумаешь улизнуть, то — клянусь Богом! — я найду тебя… Надеюсь, ты поняла меня, Кендалл?

— Погоди, — сердито возразила она. — Так нечестно, и ты это сам знаешь. Ты покинул меня, и только поэтому я оказалась в Виксберге.

— Ты не права, я не покидал тебя. Просто мне надо воевать, а тебе — нет.

— Теперь тебе не надо воевать, потому что ты пленник.

— Кендалл, я снова приму командование своим судном. Стерлинг вернется в армию Северной Виргинии, а Бью и Джо присоединятся к своему полку.

— А я, как паинька, буду сидеть взаперти? — язвительно поинтересовалась Кендалл.

Брент не принял иронического тона.

— Именно так, любовь моя.

— Брент…

— Кендалл, ты можешь хоть раз послушаться меня? — Он нетерпеливо поднялся и стал натягивать на себя одежду. Кендалл торопливо схватила платье с явным намерением уйти.

— Брент… — произнесла она.

— Кендалл, — перебил он ее, — я очень люблю тебя. — Из ее глаз брызнули слезы.

— Брент, ты не можешь любить меня и называть идиоткой. — Улыбка коснулась губ Брента.

— Могу, — нежно произнес он.

— Мой ум для тебя пустое место, и это не по мне, — пробормотала Кендалл. — А если так, то я найду в себе силы порвать с тобой!

Неожиданно Брент тихо рассмеялся и подал Кендалл руку. Он помог ей подняться, застегнуть крючки на платье, не обращая ни малейшего внимания на ее протесты и возмущение.

— Мадам, я предлагаю вам отложить выяснение отношений до лучших времен. Когда-нибудь, если захочешь, мы с тобой устроим настоящий скандал по всей форме, но теперь нам надо выживать. Пошли спать, а то наши проснутся и решат, что мы сбежали.

Кендалл хотела возразить, но передумала. Однако досада на то, что они с Брентом так ничего и не решили, не покидала ее. Но Брент прав: сейчас главная задача — выжить.

Они подошли к костру и легли, но только во сне Кендалл расслабилась и позволила Бренту обнять себя.

* * *

В ту ночь, как обычно, они шли по поросшему лесом склону горы, когда вдруг увидели костры воинской части. Брент и Стерлинг вызвались пойти на разведку. Бесшумно ступая по опавшей листве, они исчезли в ночи. Очень скоро вернулись, радостно объявив, что это бивак конфедератов.

Рождественские праздники… Как чудесно, что именно теперь они добрались, наконец, до родных мест! Как приятно разделить со своими даже тощий солдатский рацион, сидеть у костра и во все горло распевать рождественские песенки.

Но было в этой встрече и нечто пугающее. Солдаты Конфедерации выглядели не намного лучше, чем наши беглецы. Ноги у некоторых из них были за неимением сапог обмотаны какими-то тряпками. Форма ветхая, поношенная. Но некоторые солдаты щеголяли в снятых с убитых янки синих мундирах.

Кендалл сидела рядом с Брентом, прихлебывая из кружки жидкий кофе и вполуха слушала песенки и приглушенные разговоры. Кто-то рассказывал Бью, что половина людей мучается от дизентерии. Болезнь не знает пощады — только за последний месяц умерли двадцать четыре человека. Услышав это, Кендалл чуть не разрыдалась, но в следующий момент на нее вдруг снизошло небывалое спокойствие.

Юг проиграет войну, теперь у нее не было в этом никаких сомнений. Стало ясно и то, что почти все солдаты приютившего их полка понимали: их ждет поражение. Но в их глазах нельзя было прочитать ничего, кроме гордости и решимости драться до конца, каким бы горьким этот конец ни был.

— Кендалл, ты меня слышишь?

— Что? — Она оглянулась, встретив мрачный взгляд Брента.

— Завтра отсюда отправляется обоз в тыл, на восток. Повезут ампутированных и других раненых в Ричмонд. Когда янки придут туда, эти люди станут последним гарнизоном столицы. Они могут взять тебя с собой. Ты же не откажешься помочь ухаживать за ранеными в дороге?



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать