Жанр: Исторические Любовные Романы » Шеннон Дрейк » Взгляд незнакомки (страница 71)


— Можешь не сомневаться, — широко улыбнулся раненый.

* * *

Весть о смерти Джина Лолли получила в день приезда Кендалл в Чарлстон.

Сестры целых два часа восторженно обсуждали свою встречу, когда в дверь постучали, и какой-то солдат передал Лолли письмо командира части, в которой служил Джин. Рядовой Джин Макинтош умер в госпитале от заражения крови после операции.

Что наша жизнь? Как радовалась Кендалл, приехав в Чарлстон! Лолли за годы войны возмужала, ее брак оказался на редкость счастливым. Но в тот роковой день вместе с Джином умерла часть ее души. Кендалл благодарила Бога, что своим присутствием могла поддержать сестру в эти первые, самые тяжелые дни горя, помочь ей перенести боль утраты.

Направляясь в Чарлстон, Кендалл мечтала провести с сестрой несколько радостных дней, поболтать, вспомнить прошлое, позабавиться проделками маленькой племянницы.

Вместо этого она заботилась о поминках и стояла рядом с рыдающей сестрой, обнимая ее за плечи, когда тело Джина с воинскими почестями опустили в могилу на семейном кладбище.

Да и с матерью было неладно — она лежала, прикованная к постели сильной простудой.

Но, несмотря на все горести, Кендалл испытывала и счастье — после стольких дней разлуки с матерью могла, наконец, обнять и поцеловать ее, хотя та и ругала Кендалл, боясь, что дочь заразится и заболеет сама.

— Пусть я даже слягу на месяц, — сказала Кендалл. — Это такая малость по сравнению с тем, что я снова вижу тебя и могу поцеловать.

Мать плакала, обнимая Кендалл, — она так давно не видела свою старшую дочь.

— Мама просто пугает меня, — призналась Лолли, тщетно пытаясь унять слезы. Она кормила дочку, которой не суждено было увидеть своего отца. — Она стала так часто болеть. У нее совсем нет сил, а я чувствую, что и сама скоро свалюсь. Я не могу справиться с двумя плантациями. Послушай, Кендалл, может быть, ты останешься? Ведь Крестхейвен принадлежит тебе.

— Нет, Лолли, — грустно ответила Кендалл. — Я должна вернуться в Ричмонд. Но я найду сиделку для мамы и найму хороших людей, которые помогут тебе управиться с хозяйством.

— Кого ты найдешь? — с горечью спросила Лолли. — Все хорошие люди в армии.

— Некоторые уже вернулись домой, — возразила старшая сестра.

В течение следующей недели Кендалл нашла пожилую освобожденную негритянку, прекрасно поладившую с матерью, и наняла для управления плантациями двух достойных людей, которым вполне можно было доверять. Лолли скептически поморщилась, когда увидела, что Кендалл наняла одноногих инвалидов, отпущенных из армии, но потом пожала плечами и махнула рукой. Но Кендалл прекрасно понимала, что сестра еще не скоро оправится от своего горя.

Несмотря на все хлопоты, Кендалл перед отъездом откровенно поговорила с сестрой.

— Лолли, от Чарлстона не останется камня на камне, если…

— Если янки выиграют войну? — сухо добавила Лолли.

— Да, — тихо ответила Кендалл.

— И что ты предлагаешь? — без всякого выражения спросила Лолли.

— Пока не знаю, но мне кажется, что есть место, где не будет никаких потрясений. Скоро все будет ясно, и я дам тебе знать. — Кендалл отшатнулась, заметив .кривую усмешку сестры.

— Мы не видели тебя, Кендалл, с самого начала войны, и когда ты говоришь скоро…

— Это нечестно, Лолли. Я не могла приехать в Чарлстон, и ты знаешь почему.

— Но ты могла написать мне. Кендалл, ты до сих пор злишься на меня за то, что тебя продали Джону Муру вместо меня?

— Нет! — воскликнула Кендалл, потрясенная до глубины души. — Лолли, я никогда не держала на тебя зла за это. Я была старше и сильнее. Отчим надеялся получить за меня лучшую цену.

Лолли рассмеялась, и ее светлая красота на мгновение прорвала черную завесу траура, омрачавшую ее лицо в эти трагические дни.

— Кендалл, я и сейчас не очень-то сильная. Совсем измотана и не смогла бы пережить даже малую толику трагедии, которую пережила ты, — брак с Джоном, лагерь военнопленных, побег через всю страну. Знаешь, мне до смерти хочется познакомиться с твоим капитаном Макклейном. Всю войну только о вас и говорят везде!

— Мы не сможем быть с ним вдвоем, если я сейчас не вернусь в Ричмонд, — пробормотала Кендалл.

При расставании мать горько плакала, не желая отпускать Кендалл и утешаясь лишь надеждой, что старшая дочь позаботится о них с Лолли, когда придется отступать и выехать из города. Мать была еще очень слаба, провожала Кендалл одна Лолли.

На прощание сестры крепко обнялись — война связала их неразрывными узами. Потом Кендалл поцеловала малышку и постаралась придать своему голосу бодрость, когда прощалась с ней.

— Кендалл, — вдруг тихо и очень серьезно произнесла Лолли.

— Что?

— Какая же это ирония судьбы — Джин умер, а Джон остался жив!..

— Да, это ирония судьбы, Лолли… До скорой встречи, — добавила Кендалл и пошла по улице. Лолли улыбнулась сквозь слезы и помахала ей вслед.

Кендалл была настолько поглощена думами о семье, что, сидя в поезде, идущем в Ричмонд, даже не видела, как испуганы мирные жители и взвинчены солдаты, толпившиеся на станциях.

Она давно не верила в благополучный исход войны, но до самого приезда в столицу Конфедерации не понимала, что произошло нечто страшное и непоправимое. В гостинице ей сказали, что с ней пыталась связаться Варина Дэвис. Кендалл наскоро привела себя в порядок и поспешила к первой леди Конфедерации.

У подъезда особняка Кендалл встретил черный дворецкий и проводил в музыкальный салон Варины,

которая, ожидая прихода Кендалл, прихлебывала из чашки мятный чай.

— О Кендалл, дорогая, как я рада вас видеть! — воскликнула Варина, когда молодая женщина чуть ли не вбежала в апартаменты. Однако жена президента сразу же взяла себя в руки и заговорила тихим, ровным голосом, которым равно могла восторгаться чудесной погодой или сообщить о том, что янки только что захватили Ричмонд. Варина Дэвис была редкостной женщиной — доброй, мягкой, очень тактичной и выдержанной, умевшей в любой ситуации сохранять чувство собственного достоинства.

— Что случилось, Варина? — спросила обеспокоенная Кендалл.

Пожилая леди ответила не сразу. Она улыбнулась и, шурша кринолином, подошла к Кендалл.

— Прежде всего, моя дорогая, хочу вам сказать, что я снова покидаю город. Этот ужасный генерал Грант подошел слишком близко. Кроме того, должна сообщить вам новость, которая, боюсь, причинит вам немалую боль. В ваше отсутствие сюда приезжал капитан Макклейн. Он надеялся забрать вас к себе на корабль, но лейтенант Макферсон еще не вернулся из похода, так как «Дженни-Лин» снова послали в Лондон. О, если бы британцы вступили в войну и поддержали нас! Но этому, к сожалению, не бывать. Капитан Макклейн уехал к своему брату и вступил в его воинскую часть. Поэтому я предлагаю вам уехать из Ричмонда со мной.

— О нет, нет! — воскликнула Кендалл, чувствуя, как кровь отхлынула от ее лица. Она побледнела как полотно. — Нет! Брент был здесь, а я…

— Все не так страшно, дорогая. Он был в госпитале, и там ему сказали, что вы уехали навестить своих родных… — Варина осеклась, видя как Кендалл стремительно вскочила со стула:

— Вы не поняли! Я обещала ему, что буду все время здесь.

— Кендалл, идет жестокая война, я думаю, что капитан поймет и простит вас.

Кендалл яростно тряхнула головой:

— Я должна обязательно его найти! Вы не знаете, куда он поехал?

— Он отправился на север, в армию генерала Ли. Вы не можете ехать за ним, Кендалл. Окрестности города кишат солдатами янки.

— Я должна ехать, понимаете, должна! Прошу вас, Варина! Если вы можете мне помочь, то помогите! Я должна быть с Брентом, чего бы это ни стоило.

Варина вздохнула:

— Президент Дэвис будет очень недоволен. Ну да ладно, я узнаю, когда в армию Ли отправят фельдъегеря правительственной связи, и устрою, чтобы вы поехали вместе с ним. Но поймите, Кендалл, вам придется ехать очень быстро и по очень плохим дорогам. Письма моего мужа должны доставляться генералам как можно быстрее.

— Поверьте мне, миссис Дэвис, я очень хорошо знаю, что такое плохие дороги и опасные путешествия!

* * *

Кендалл и капитан Мельбурн, фельдъегерь президента, добрались до лагеря армии Ли за два дня, и снова Кендалл была потрясена, увидев, насколько голодны и оборваны солдаты Юга.

Однако это было не самое главное, что занимало сейчас Кендалл. Всю дорогу сердце ее бешено стучало от страха и тяжелых предчувствий. Брент велел ей оставаться в Ричмонде. Это был ультиматум, хороший или плохой, но Кендалл чувствовала себя предательницей. Они находились вместе так недолго, но как драгоценны были эти краткие встречи. Она страстно желала видеть его, но не знала, как он воспримет ее появление, и сильно трусила. В дороге Кендалл снова и снова повторяла про себя слова, которые готовилась сказать Бренту, когда, наконец, капитан Мельбурн привез ее в расположение кавалеристов…

Она увидела Брента первой. Он стоял, небрежно опершись рукой о чалую лошадь, лениво щипавшую траву, и потягивал кофе из оловянной кружки. Какой-то офицер что-то говорил ему. С напряженным вниманием, выслушав собеседника, Брент рассмеялся, красиво изогнув в улыбке четко очерченные губы.

За то время, что Кендалл не видела его, он разительно изменился. Борода и усы были тщательно подстрижены, волосы отросли, но тоже были в полном порядке. Мундир сильно поношен, как и у всех солдат и офицеров, но все же именно Брент Макклейн являл собой образец офицера-южанина — мускулистого и подтянутого, надменного и одновременно открытого.

Она хотела окликнуть его, но имя замерло у нее на устах, потому что вдруг раздался продолжительный свист. Один из солдат узнал Кендалл и в изумлении свистнул, не в силах сдержать своего восхищения.

Серые глаза Брента посмотрели на Кендалл и расширились от удивления. Казалось, ее сердце перестало биться — она ждала, что скажет Брент. Какой будет его реакция — гнев, отчуждение, недовольство?

Но он радостно улыбнулся, и Кендалл испугалась, что сейчас умрет от счастья и облегчения. Широкими шагами Брент стремительно направился к ней. Вот он рядом, вот она чувствует, как его сильные руки обнимают ее, пальцы ерошат волосы. Брент с такой силой прижал к себе Кендалл, что ей показалось, кости вот-вот затрещат. На виду у своих товарищей Брент не стесняясь, начал страстно целовать и ласкать свою любимую. Из глаз ее потекли слезы — она снова прижимается к его сильному телу, вдыхает его родной запах, чувствует его прикосновения. Какое ей дело до войны, до всего мира, если от счастья в бешеном танце закружились в ее глазах земля и нёбо!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать