Жанр: Фэнтези » Эрик Ластбадер » Отмели Ночи (страница 18)


Странно. Сейчас уже кажется, что все, связанное с Фригольдом, было очень давно — целую жизнь назад. Все, но не она. Она до сих пор со мной, и Саламандра, холод его побери, ничего с этим не сделает.

Ронин посмотрел на свой меч, легонько покачивающийся на стене — одна из женщин задела его, выходя из комнаты. В его рукояти спрятан свиток и, может быть — если Боррос не ошибся, — ключ к спасению всего человечества. А у Ронина больше не было причин сомневаться в словах колдуна. Он дрался с Макконом, изведал его сверхъестественную силу. И чутье подсказывало ему, что такое создание не может принадлежать к этому миру.

Одно можно сказать наверняка: по меньшей мере один Маккон уже проник сюда, в этот мир. Если свиток не будет расшифрован до того, как сойдутся все четверо, они призовут Дольмена, и тогда человечество обречено.

— Готов? — спросил Туолин.

Они поднялись. С них стекала вода.

* * *

— Дай мне взглянуть на тебя.

Алые губы раскрылись. Маленький розовый язычок скользнул по ровным белым зубам.

Она рассмеялась.

— Она всегда знала толк в этих вещах.

На нем был шелковый халат неопределенного цвета: то ли светло-зеленого, то ли коричневого, то ли голубого, то ли еще какого-нибудь, — возможно, это была смесь всех красок, делавшая ткань чуть ли не бесцветной. Весь халат был расшит могучими драконами, стоящими на задних лапах, с горящими глазами и растопыренными когтистыми лапами, — драконами, вышитыми золотом настолько искусно, что они казались литыми. На Туолине был синий халат с белыми цаплями на груди и спине.

— О, Туолин, ты привел ко мне необычного человека. — Кири встретилась взглядом с Ронином. — Я говорю это не каждому, кто бывает в Тенчо, но Мацу сама подбирает халаты для всех, приходящих сюда. Она редко ошибается.

— И что означает этот? — спросил Ронин, разглядывая своих драконов.

— Откуда мне знать, — улыбнулась Кири. — Этот рисунок я вижу впервые.

Потом она повернулась к Туолину и взяла его за руку. Ронина обдало ароматом ее духов, насыщенных и нежных, пряных и легких одновременно. Они втроем прошли по комнате топазового света. Одна из девушек поднесла им чай и рисовое вино, а Кири познакомила их с каждой из женщин, еще не занятых с мужчинами. Все они были красивые; все были разные. Они улыбались и обмахивались узорчатыми бумажными веерами. Вскоре Туолин сделал выбор: это была высокая, стройная светловолосая женщина со светлыми глазами и крупным ртом.

Кири кивнула и повернулась к Ронину.

— А ты? — тихо спросила она. — Кого ты желаешь?

Ронин еще раз окинул взглядом всех женщин, являвших собой выдающуюся картину нежной и хрупкой женственности, а потом заглянул в черные сумеречные глаза Кири.

— Тебя, — сказал он. — Я желаю тебя.

* * *

Когда человек чего-то не понимает, все, что он видит и слышит, теряет смысл. Поэтому Ронину показалось странным, что светловолосая широко раскрыла рот и издала какой-то звук.

Она ахнула, хихикнула, тут же подавила смешок, а еще три красавицы стояли спокойно и наблюдали за ней. Вокруг них возобновилось движение, лениво заколыхались веера, замелькали обнаженные ноги, пахнуло сладким ароматом курящихся благовоний, паром горячего чая и пряного рисового вина. Все это напоминало круговращение огромного звездного колеса.

Потом послышался стук чашки, поставленной на лакированный поднос, и этот отдельный, отчетливый звук прогремел раскатом грома в дождливую ночь.

Первым заговорил Туолин:

— Но это не...

Поднятая изящным жестом рука Кири прервала его на полуслове.

— Он из другой страны, — сказала она. — Ты сам мне об этом сказал, Туолин, разве нет?

Желтые ногти сверкнули на свету, словно крошечные лампадки.

— Я спросила, а он сказал о своем желании.

Она смотрела Ронину в глаза, но обращалась к Туолину.

— Ты избрал Са, как ты и хотел. Тогда забирай ее.

— Но...

— Больше не думай об этом, иначе разрушишь в себе гармонию и приход в этот дом станет для тебя бесполезным. Я не обижаюсь.

Желтый ноготь легонько сдвинулся, отразив свет.

— Я позабочусь о Ронине. А он позаботится обо мне.

— Что случилось? — спросил Ронин, когда Туолин и Са ушли.

Она взяла его за руку и тихо засмеялась. Они стали прогуливаться по комнате, освещенной топазовым светом.

— Смерть, — легко сказала она без тени замешательства. — Желать меня — это смерть, чужеземец.

К ним подошла миниатюрная девушка в розовом стеганом жакете и предложила рисового вина.

— Да, пожалуйста, — сказала Кири, и Ронин подал ей чашку, взяв одну и себе. Он отхлебнул из своей чашки: вино было совсем не такое, как в таверне. Пряности придавали ему особый вкус и сладость. И Ронину это нравилось.

— Тогда я выберу другую.

Послышался негромкий смешок и волнообразный шорох ткани на благоухающей коже. Сладковатый дым сделался еще гуще.

— Ты этого хочешь?

— Нет.

— Ты сказал, чего хочешь.

Он остановился и посмотрел на нее.

— Да, но...

— М-м-м?

Приоткрытые алые губы изогнулись в улыбке.

— Но мне не хотелось бы нарушать обычаи твоего народа.

Она заставила его возобновить прогулку.

— Единственное, что ты должен помнить о Шаангсее, единственное, что стоит помнить, — это то, что здесь нет законов.

— Но ты мне только что сказала...

— Что желать меня — это смерть. Да, верно.

Желтые ногти провели по золотому дракону у него на халате, по раздувающимся ноздрям, по раскрытой пасти и змеиному языку, вниз — по извивающемуся

телу, по растопыренным когтям, по изогнутому хвосту.

— Но ты волен в выборе. А те, кто живет в этом городе, давно повязали себя неписаными законами и правилами.

Ее огромные глаза светились таинственным блеском. Ронин чувствовал сквозь ткань давление ее ногтей. Она понизила голос до шепота:

— Разве в Шаангсее живет кто-нибудь, кроме господ и рабов?

Он придвинулся к ней поближе.

— Но здесь нет законов.

В комнате с топазовым светом стало теперь посвободнее — пары начали расходиться. Девушки прибирались в полной тишине, и вскоре Кири с Ронином остались одни посреди этого золотисто-коричневого великолепия.

— Нет, — сказала она, тряхнув головой, и волосы ее были словно лес в ночи, — ты не из Шаангсея. Ты вообще не отсюда. Тебя не затронул еще этот город.

— Разве это так важно?

— Да, — прошептала она. — Очень важно.

* * *

... — Расскажите мне еще раз, зачем вы явились в Шаангсей?

— Я вам уже рассказал.

— Да, но я хочу, чтобы и Туолин услышал.

— Я вообще не знал об этом городе, пока вы меня сюда не привезли.

— Да, конечно, — добродушно согласился риккагин Тиен.

Он сидел, скрестив ноги, за зеленым лакированным столиком, на котором стояли чайник из обожженной глины, чашка с остатками недопитого чая, чернильница и перо для письма. Он отодвинул стопку рисовой бумаги, на которой до этого писал какие-то знаки в столбик.

— Начинайте, прошу вас.

Ронин еще раз рассказал историю свитка дор-Сефрита. О сборе Макконов, о пришествии Дольмена.

Когда он закончил, в комнате воцарилась тишина. Сквозь открытые окна в комнату лился косой свет. Внизу проходила улица Контрабаса, где были расквартированы люди риккагина и откуда — завтра на рассвете — они собирались отправиться в долгий путь на Камадо.

Ронин заметил, что Тиен то и дело поглядывает на Туолина, который стоял, заложив руки за спину, спиной к окну, так что лицо его оставалось в тени. Ему пришло в голову, что они не верят ему, что, несмотря на заверения риккагина Тиена в обратном, они, вероятно, все еще считают его врагом. Но спросить он все-таки должен.

— Может быть, вы смогли бы помочь.

— Что? — Тиен вышел из глубокой задумчивости. — В чем помочь?

— Расшифровать свиток.

Риккагин улыбнулся с оттенком грусти.

— Боюсь, это невозможно.

— Может быть, Совет окажет ему содействие, — подал голос Туолин.

Риккагин Тиен озадаченно поглядел на него с таким видом, как будто смотрел на статую, которая вдруг заговорила.

— Да, теперь, когда вы об этом заговорили... пожалуй, стоит попробовать, — вымолвил он наконец и опять погрузился в раздумья.

— Видите ли, — объяснил Ронину Туолин, — городом управляет Муниципальный Совет: представители от девяти основных группировок, а более мелкие добиваются благорасположения при помощи серебра и товаров. Если кто-нибудь в городе и располагает необходимыми вам знаниями, так это они.

— Где заседает Совет?

— В городе за стенами, на горе, что над нами. Но вам придется подождать до завтра; по-моему, сегодня у них заседания нет. Это так, риккагин? — улыбнулся Туолин.

— А? Да-да, конечно, — согласился Тиен, хотя его мысли, похоже, были заняты совсем другим.

В наступившей тишине через открытые окна с улицы донеслась негромкая возня: люди риккагина готовились к походу.

В дверь постучали. Туолин пошел открывать, прежде чем Тиен успел хоть что-то сказать. В комнату вошел воин, с поклоном подавший Туолину сложенный листок рисовой бумаги. Туолин развернул его и прочитал, хмурясь то ли сосредоточенно, то ли взволнованно. Он кивнул воину, и тот сразу же удалился. Туолин подошел к столу и положил развернутую бумагу перед риккагином. Пока Тиен читал, Туолин опять обратился к Ронину:

— Боюсь, что в последний момент возникло множество неотложных дел, которые потребуют внимания со стороны риккагина. Я тоже буду занят до вечера. Вы можете спокойно заняться осмотром города, но нам бы хотелось, чтобы вы вернулись сюда и поужинали вместе с нами.

Он улыбнулся.

Тиен поднял голову.

— Спросите у кого-нибудь там внизу, куда можно сходить. Караульные выдадут вам кошелек с монетами. В Шаангсее без денег вы ничего не получите.

* * *

Он вышел, повернул сначала налево, потом направо и зашагал по улице. День был пасмурным, поднимался желтый туман. Ронин поймал себя на том, что думает о Тиене и Туолине. Ему опять показалось, что он упустил что-то важное в их разговоре, но он никак не мог сообразить, что именно. Пожав плечами, он выбросил из головы эти мысли.

Через несколько минут он вышел на широкий проспект, и на него обрушился городской шум. Вдоль многолюдной улицы тянулись ряды ларьков. В одном продавали птицу, уже приготовленную, покрытую блестящим красным соусом, от чего тушки казались деревянными и какими-то ненастоящими. Пока Ронин глазел, возле ларька остановились люди и положили на стойку несколько монет. Торговец вынул чашки с рисом и палочки и принялся нарезать в рис кусочки вареной птицы. Люди ели стоя. Еще за одну монету они получили по маленькой чашечке зеленого чая, чтобы запить еду.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать