Жанр: Боевики » Андрей Воронин » Однажды преступив закон… (страница 31)


Глава 11

Выспаться ему так и не дали.

Посреди ночи у него над головой вдруг раздался ужасный грохот и что-то гулко ударило в потолок с такой силой, что пыльные подвески на старенькой люстре заходили ходуном, издавая мелодичный перезвон. Юрий рывком сел в постели, уверенный, что в бетонный свод блиндажа угодил снаряд. Его рука слепо зашарила вокруг, нащупывая автомат, тело напряглось, готовое метнуться в угол, чтобы найти укрытие от рушащихся сверху бетонных глыб, а резкие слова команды были готовы сорваться с губ. Мгновение спустя он сообразил, что находится не в горной части Чечни, а у себя дома, и стал прислушиваться к тому, что происходило наверху.

Прямо у него над головой кто-то, похоже, затеял перестановку мебели. Юрий протянул руку и взял со стола свои часы. Светящиеся стрелки показывали начало третьего. Заниматься перестановкой в такое время мог только безнадежно пьяный человек. Наверху опять что-то упало, ударив в перекрытие, как в бубен. Звук был как от падения трехстворчатого шкафа, и это служило лишним подтверждением того, что соседи сверху пьяны в стельку.

За гулким ударом последовал взрыв яростной брани.

Орали в несколько глоток, причем один из кричавших ругался не по-русски, а на каком-то гортанном наречии, показавшемся Юрию неприятно знакомым. Тут он проснулся окончательно и сообразил, что прямо над ним расположена восемнадцатая квартира, в которой снимает комнату вежливый чеченский бизнесмен. Судя по доносившимся сверху звукам, у квартиранта бабы Клавы начались неприятности, которых следовало ожидать.

Юрий вернулся в лежачее положение и закрыл глаза. Наверху продолжали громыхать и браниться, и о том, чтобы снова заснуть, не могло быть и речи. Около двух минут Филатов лежал неподвижно, делая вид, что ничего не слышит, а потом опять рывком сел, сбросив ноги на пол. Притворяться спящим перед самим собой было глупо. Наверху, прямо у него над головой, возможно, происходило самое настоящее убийство, и теперь вопрос о том, как быть в подобной ситуации, вдруг перестал быть чисто умозрительным.

– Черт бы вас всех побрал, – недовольно проворчал Юрий, натягивая джинсы. – Ну что за скоты?

Он набросил на плечи рубашку, не заправляя ее за пояс брюк, сунул ноги в кроссовки и остановился в нерешительности. Шум наверху внезапно стих, сменившись невнятным бормотанием. Юрию пришло в голову, что в восемнадцатой квартире вполне могла случиться обыкновенная пьяная драка. В таком случае его появление у соседей действительно выглядело бы верхом глупости. Что он скажет? “Ребята, вы мешаете мне спать”? Смешно, ей-Богу… Тем более что спать ему больше никто не мешал – ложись и спи на здоровье… Даже если наверху кого-то убивали, то убийство уже произошло, и теперь его вмешательство ничего не могло изменить.

Юрий закурил и вышел в прихожую, напряженно вслушиваясь в тишину на лестничной площадке. Никто не спускался вниз по лестнице, торопливо и воровато шаркая подошвами по бетону и пыхтя под тяжестью награбленного, зато наверху, прямо над головой Юрия, снова принялись расхаживать, ступая уверенно и тяжело, скрипя рассохшимся полом и о чем-то разговаривая. Слов, конечно, было не разобрать, но тон был довольно спокойным, и Юрий решил, что инцидент исчерпан. В тот момент, когда он уже собирался вернуться в постель и уснуть, наверху опять закричали. Это был отчаянный вопль животного, и Юрий сам не заметил, как оказался на лестничной площадке.

Его больше не терзали сомнения. Когда-то давно отец, всегда говоривший с Юрием как с равным, объяснил ему, что лучше чувствовать себя смешным, чем подлым. Это произошло в разгар войны, которую Юрий в одиночку вел с половиной класса. Вторая половина молчаливо наблюдала за бесконечной серией драк в полной уверенности, что Филарет окончательно свихнулся. Причиной этих военных действий был жирный очкарик с кроличьей физиономией и удивительно подходившей к его облику фамилией Ползун. Ползуна не изводил только ленивый, и Филарет был единственным человеком, который за него заступался. Ползун не вызывал у него ни малейшей симпатии. Он был похож на огромную белую личинку какого-нибудь экзотического насекомого – большой, дряблый, безответный, постоянно занятый вырезанием из палочек от мороженого крошечных ружей и пистолетов и хранивший свои поделки в круглых пластмассовых коробочках с прозрачным верхом. Это было единственное дело, к которому у него имелась видимая склонность, и подобное хобби, конечно же, не могло снискать ему ни популярности, ни уважения. В глубине души Юрий презирал Ползуна за глупость, отталкивающий внешний вид и тупую животную покорность, с которой тот сносил бесконечные издевательства. Заступаясь за него, Филарет чувствовал, что каким-то непостижимым образом становится с ним на одну доску, а это было неприятно. Даже неразлучный Цыба, всегда находивший надежное укрытие за широкими плечами Филарета, был не в состоянии понять, что заставляет Юрия мчаться через всю школу на затравленный заячий крик Ползуна и в тысячный раз ввязываться в жестокую драку. Хуже того, Юрий и сам не мог этого понять, действуя скорее рефлекторно, чем повинуясь голосу рассудка. У него была физическая потребность защищать слабого. В рыцарских романах в роли слабого обычно выступала прекрасная дама, а не трясущийся, весь в жировых

складках очкарик, на которого было неприятно смотреть. В очередной раз явившись домой с фонарем под глазом и в разодранном пиджаке, он поделился своими сомнениями с отцом. Тот, как всегда, понял Юрия с полуслова и спокойно объяснил ему, что быть смешным и непонятым совсем не страшно.

После этого разговора все стало просто. Отцу Юрий верил безоговорочно, и с тех пор в его душе поселилась спокойная уверенность. Инстинктивно он всегда чувствовал, что прав, но теперь он знал это наверняка. Эта уверенность в сочетании с его широкими плечами, гренадерским ростом и тяжелыми кулаками привела к тому, что Ползуна мало-помалу оставили в покое. А потом все они стали старше, начали заглядываться на девиц, и у его одноклассников появились другие способы самоутверждения. Поднимаясь по лестнице на четвертый этаж, Юрий вспомнил, что с того момента, как он в последний раз вступился за Ползуна, они не перекинулись и парой слов. Ползун был ему неинтересен, и, поскольку очкарику больше не угрожала опасность, Юрий перестал его замечать.

Конечно, подумал он, прыгая через две ступеньки, есть существенная разница между безобидным очкариком и чеченцем, который занят в Москве каким-то таинственным бизнесом. Даже если его деятельность вполне легальна, у нее наверняка есть свои теневые стороны. Москва – такой город, что в ней невозможно заниматься бизнесом и при этом оставаться вне сферы внимания криминальных структур. Может быть, он тоже отказался кому-нибудь платить?

Он остановился. Прямо перед ним была дверь восемнадцатой квартиры, небрежно выкрашенная облупившейся половой краской. Перед дверью лежал полосатый, совсем затертый грязными подошвами коврик, который хозяйственная баба Клава раз в два дня аккуратно выбивала во дворе. Только теперь вспомнив о квартирной хозяйке чеченца, Юрий испугался: где же старуха? Хорошо, если уехала к сестре в Тверь, а если нет? Что, если она тоже там, внутри, за этой облупившейся дверью? Тот факт, что баба Клава усерднее всех распространяла во дворе сплетни о том, что Юрка Филатов связался с бандитами и вот-вот сядет на двадцать лет, в данный момент не имел никакого значения.

Юрий бросил на бетонный пол окурок, который, оказывается, все еще дымился у него в зубах, потянулся к звонку и, передумав, легонько толкнул дверь. Незапертая дверь послушно открылась, и он осторожно перешагнул стершийся почти вровень с полом порог.

В квартире больше не кричали. Откуда-то доносилось негромкое сдавленное мычание – видимо, тому, кто недавно вопил во всю глотку, заткнули рот. В прихожей спиной к Юрию стоял длинный тип в кожаной куртке, заинтересованно наблюдая за тем, что происходило в комнате. Его гладко выбритый череп маслянисто отсвечивал, отражая желтушный свет слабенькой лампочки, которая горела в пыльном пластмассовом плафоне прямо у него над головой. Длинный стоял на стреме, но то, что творилось в комнате, похоже, было слишком увлекательно, чтобы он помнил о своих обязанностях.

Глядя на эту сутулую спину, обтянутую дорогой бугристой кожей, Юрий с тоской подумал о миллионах людей, которые ухитряются жить спокойно, не встревая ни в какие смертоубийственные истории. О том, что история обещает быть именно смертоубийственной, красноречиво свидетельствовал старенький тульский “наган”, зажатый в опущенной вдоль тела руке бандита. Родное государство давно перестало снабжать подобным оружием даже сторожей и инкассаторов, так что в профессиональной принадлежности этого сутулого верзилы можно было не сомневаться. Юрий затаил дыхание и тенью скользнул вперед.

Тело словно само собой вспомнило все, чему его научили годы тренировок и долгие месяцы войны. Увлеченный зрелищем бандит даже не обернулся, когда Филатов бесшумно возник у него за плечом. Юрий осторожно заглянул в комнату, чтобы оценить обстановку, и его передернуло от отвращения.

Квартирант бабы Клавы стоял на коленях у кровати, уткнувшись лицом в развороченную постель, с которой его, судя по всему, только что бесцеремонно сдернули. Руки у него были связаны за спиной брючным ремнем, а трусы спущены до колен, так что любой желающий мог без помех обозревать его голый волосатый зад, обращенный к входной двери. Босые смуглые ноги с желтыми пятками судорожно скребли по облезлому дощатому полу. На голове у чеченца сидел ухмыляющийся бандит с хрящеватой волчьей харей рецидивиста, большую часть своей сознательной жизни проведшего за решеткой, так что вопли чеченца превращались в невнятное мычание. Еще один бандит стоял рядом, расстегивая ширинку брюк и явно готовясь приступить к делу, ради которого квартиранта бабы Клавы поставили в такую унизительную позу. По губам его блуждала гаденькая ухмылка. Юрия никто не заметил – для этого все были чересчур увлечены процессом. Бандитов было всего трое, и при иных обстоятельствах Юрию было бы наплевать на внезапность и прочую стратегию, но помимо кулаков у бандитов имелись стволы и наверняка ножи.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать