Жанр: Политический Детектив » Роберт Ладлэм » На повестке дня — Икар (страница 22)


— Дай мне записку, — сказал Азрак.

— Странный ты какой-то! Поэт, одним словом, — усмехнулся Кендрик. — Когда на Вади-эль-Кебир меня запеленговала полиция, я сразу же изорвал записку на мелкие кусочки и развеял по ветру... А ты бы на моем месте поступил по-другому?

Азрак задумался.

— Ты на своем месте, я — на своем, — сказал он после непродолжительной паузы. — Но в любом случае записка не понадобится. Я трубопроводом пользовался не однажды, надо только охрану поставить в известность, так как на обоих его концах налажено круглосуточное дежурство.

— Ничего себе дежурство! Фотопленки выносят под носом у охраны, и хоть бы что. Предупреди свою сестру. Охрану надо проверить, фотокамеру разыскать! Кто фотограф? Уверен, прикидывается другом. А возможно, работает целая группа. Их следует выявить и расстрелять!

— Все не так просто! — возразил Азрак. — Расследование требует времени, а в спешке мы рискуем потерять ценные кадры, да и вообще невинных людей!

— А ты, оказывается, лицемер' — засмеялся Кендрик. — Сам прекрасно знаешь, что мы нередко убиваем невинных людей, чтобы заставить мир содрогнуться, потому что этот мир глух и слеп — не видит и не слышит наших страданий.

— Да смилуется над тобой Аллах, но сейчас именно ты — глух и слеп! — медленно произнес Азрак. — Ты веришь западной прессе, а там болтовня и непроверенные факты! Говорят, будто мы убили одиннадцать человек. Но это не так! Одна женщина покончила жизнь самоубийством, потому что у нее было не в порядке с психикой. Она все кричала, будто ее изнасиловал араб, а потом взяла и выбросилась из окна. Другая набросилась на какого-то юнца, проломила ему череп стулом. Он, падая, успел в нее выстрелить и, разумеется, убил. Двое мужчин скончались от сердечного приступа. Все это мне рассказала Зайя. Но кто ей поверит?

— А остальные семь человек?

— Они понесли заслуженное наказание. Это разведчики, так называемые оперы, которые занимались контрпропагандой, инсинуациями и дезинформацией. Их приговорил к расстрелу наш совет. Двое из них были арабами. Они желали бы всех нас видеть мертвыми. Однако им никто не давал права мешать нам жить на нашей собственной земле...

— Ну хватит, поэт! — оборвал его Кендрик. — Нам пора выбираться отсюда.

— В посольство, что ли? — спросил Азрак.

— Да, в посольство, — сказал Кендрик. — Пока темно, мы сможем связаться с твоей сестрой. Отправишь ей записку и все ей передашь. На этом моя миссия в Маскате закончится. Думаю, твоя тоже.

— О чем это ты? — спросил Азрак.

— Мне приказано после Маската срочно прибыть в Бахрейн, прихватив с собой кого-либо из вашего совета. Думаю, взять тебя. Это ненадолго. Пара дней от силы.

— В Бахрейн? — Азрак вскинул брови.

— Ну да! К Махди... Есть сведения, которые он может доверить только члену совета.

— Но ведь аэропорт под круглосуточным наблюдением! — Азрак посмотрел на Кендрика в упор. — Ты разве не в курсе? Охранники с собаками и все такое. То же самое и в порту. Каждое судно досматривают, а если оно не подчиняется приказу, взрывают. Ты меня удивляешь! Объясни тогда, каким образом фотопленки оказались в Берлине?

— Через трубопровод, должно быть. А как иначе?

— Но ты сказал, дело срочное, а трубопровод — это длительное путешествие. Сутки, а то и двое.

— Почему так долго?

— Днем мы не рискуем, только ночью. При этом переодеваемся в форму пограничников. Если останавливают, говорим, что патрулируем прибрежную границу с Йеменом. Идем все время на юг, где нас поджидают быстроходные суда, которые предоставляет конечно же Бахрейн.

«Я так и знал! — подумал Эван. — Неконтролируемая полоса залива с ее бухтами, скалистыми обрывами — это же рай для уголовников, контрабандистов и прочих преступников, включая и террористов. А форма пограничника вообще отменный камуфляж!»

— Что ж, молодцы! Все продумано, все предусмотрено... Но насколько мне известно, форму пограничника не так-то просто раздобыть! Каждый комплект на учете...

— А мы заказали несколько комплектов в Бахрейне. Отличная работа! Военные портные не подкачали... Мы форму бережем. Каждый комплект на учете. Ключи от шкафа у Зайи. Ну да ладно... Пора!

Иосиф, Азрак и Кендрик пожелали парнишке с заячьей губой скорейшего выздоровления и зашагали по дороге, прямой как стрела.

— По моим прикидкам, полицейский фургон не скоро нас догонит, — сказал Иосиф. — Я мальчишке наказал покочевряжиться. Пусть перевяжут как следует, а то в машине растрясет, то да се... Километра через три будет оазис заброшенный, может, и не оазис, но рощица точно — там и спрячемся.

— Ты уверен? — спросил Кендрик.

— Уверен, — ответил Иосиф. — Эту дорогу я хорошо знаю, хотя дорог здесь всего ничего. Чем ближе к заливу, тем природа зеленее. Попадаются холмы, сплошь в зеленом кустарнике. Один холм прямо на подходе к Маскату.

— Иосиф у нас один из лучших разведчиков. Белый

его из всех выделяет, — сказал Азрак.

— Мы пришли в Маскат с Абиадом, то есть с Белым, за пять дней до захвата посольства, — сказал Иосиф.

— Абиад возглавляет группу разведчиков, — сказал Азрак.

— Понятно, — кивнул Кендрик. — Но лучше бы нам поскорее добраться до Маската. У тебя там есть связи.

— Человек четырнадцать наберется, некоторые из них занимают высокие посты. Естественно, летают взад-вперед.

— Выбери одного из них и познакомь меня с ним. Но это должен быть правильный выбор. Я ему передам записку, и ты окажешься в Бахрейне через три часа.

— У Махди?

— Да.

— А ты говорил, что незнаком с ним...

— Говорил, и что?

— Незнаком и никогда у него не был?

— Я знаю, что он в Бахрейне, а моя сфера деятельности — Европа. Но так как у меня выигрышная внешность, было решено именно меня направить в Маскат. Записку от Махди мне вручили при посадке в самолет.

— Может, в записке было указано, как его найти?

— Может быть... К слову сказать, я никогда не работал на Востоке, возможно, по этой причине меня послали к вам в качестве связника.

— Вероятно! — кивнул Азрак. — Далеко тебя забросили. Где Восточный Берлин, а где Маскат...

— А вот это тебя не касается! — взорвался Кендрик. — о конце концов, вы в посольстве ежедневно получаете предписания из Бахрейна! И ты мне будешь рассказывать, будто не знаешь, где резиденция Махди?

— Не кипятись, Бахруди! Я такой же связник, как и ты Да, я член совета, но меня не ввели в «тройку». Решили, что я по возрасту не подхожу Молодой. Совет возглавили Нассир, Зайя и Абиад. До гибели Нассира они втроем разделяли ответственность за акцию по захвату заложников. Когда мне вручили запечатанный конверт с директивами, я доставил его, и все. Только Зайя и Абиад знают, как добраться до Махди. Не лично до него, а через посредство связников. С их помощью можно переслать записку.

— А ты можешь связаться с сестрой по радио, например? Коротковолновая связь — удобная вещь. А еще лучше по телефону, к которому нельзя подключить подслушивающую аппаратуру... Мы бы уже через десять минут знали, где найти Махди.

— Исключено! У американцев сканирующее оборудование — техника на грани фантастики. И вообще мы стараемся не говорить ничего такого, чего нельзя было бы произнести вслух, открыто и откровенно.

— А твои связи? — Кендрик от волнения покрылся испариной. — Поручи кому-нибудь пойти в посольство к Зайе.

— Да ты что! — Азрак даже поперхнулся. — Она прикажет расстрелять любого, кто об этом заикнется.

— Нам необходимо выяснить все о Махди к сегодняшнему вечеру. То есть прежде, чем ты и я отправимся в Бахрейн. Я не имею права раскрывать свои источники в Европе, поскольку несу ответственность за ликвидацию прокола в вашей работе, который, кстати, произошел не по моей вине.

— Значит, у нас нет выбора, — сказал Азрак — Мы проникнем в посольство через трубопровод и уладим все на месте

— У нас совсем нет времени на такую прогулку! И потом, все это выглядит чересчур провинциально — Кендрик пришел в ужас при мысли о том, что в посольстве его могут узнать — Я знаю, как к этому отнесется Бахрейн. Мы позвоним одному из твоих знакомых и попросим его передать записку Зайе. Она или Абиад сообразят, каким образом выйти на связь с Махди. Само собой, ни о тебе, ни обо мне — ни слова, просто скажем, что возникла срочная необходимость. Поскольку это и на самом деле срочно — в Бахрейне тоже сообразят, в чем дело. А я прикину, где будет удобнее встретиться. Думаю, лучше всего в мечети.

— Бахруди, почему ты такой неорганизованный, мягко говоря? Позвоним этому, встретимся с тем, напишем записку неизвестно кому. Неужели Москва или София, да хоть бы и Загреб, с такой легкостью оплачивают твои фантазии?

— А что делать, когда возникают непредвиденные обстоятельства?

— Чепуха. Им дешевле обойдется перерезать тебе глотку. Или, на худой конец, найти тебе замену.

— Мистер Синий, я бы посоветовал никогда не заглядывать в чужой карман!

— Я так и делаю. Поэтому мы прямо сейчас идем в посольство.

И в ту же секунду откуда-то снизу, из долины, донесся резкий завывающий звук сирены. Вот он, сигнал. Пора убираться.

— Бежим! — гаркнул Кендрик.

— Азрак, впереди свобода! — крикнул Иосиф.

— Впереди посольство, — поправил его Синий. — И мы должны там быть до того, как рассветет!

Для Эвана Кендрика, конгрессмена от девятого округа штата Колорадо, кошмар, который будет преследовать его всю оставшуюся жизнь, только начинался.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать