Жанр: Политический Детектив » Роберт Ладлэм » На повестке дня — Икар (страница 27)


Глава 10

Близился рассвет. Азрак бросил взгляд на посветлевшее небо, мысленно кляня себя, да и недотепу Иосифа тоже, за то, что у башни Кабритта повернули не в ту сторону, из-за чего потеряли несколько драгоценных минут.

Укоротив по щиколотку тюремные штаны, они оторвали Рукава у рубах, и теперь, в предрассветных сумерках, вполне могли сойти за поденщиков из Ливана либо из Абу-Даби, надумавших спустить все заработанные реалы на шлюх и виски, доступных в одном веселеньком квартале Маската.

Все трое находились возле служебного входа в больницу Вальят, менее чем в двухстах метрах от американского посольства.

Справа от них узкий проулок вел в сторону авеню, где прямо за углом находились магазины и лавки с опущенными железными шторами. Торговля оказалась свернутой, едва лишь разразился кризис с заложниками.

За воротами американского посольства циркулировали группы полусонных террористов-сосунков. Оружие оттягивало им руки и плечи, поэтому они еле двигались. Но все равно они выполняли то, что велит джихад.

С первыми лучами солнца они всегда оживляются. Стоит только появиться зрителям, а те не заставят себя ждать. Нагрянет радио и телевидение. Так что эти ожесточившиеся сопляки менее чем через час начнут свое представление.

Азрак внимательным взглядом обвел площадь перед воротами. Напротив, на ее северной стороне, вплотную друг к другу стояли три белых двухэтажных здания. Судя по всему, в них располагались какие-то конторы. На окнах шторы, свет не горит, а впрочем, это и не важно. Даже если там кто-то есть, все равно не услышит ни слова из того, что он скажет у ворот. Да и не опознают его, даже если известие о побеге уже достигло поста. Потому что пока еще не развиднелось. Но даже если и так, стрелять не станут, пока сведения не подтвердятся, так как последствия могут оказаться чудовищными.

Площадь можно было бы назвать пустынной, если бы не горстка нищих на корточках возле стен посольства. Перед ними уже стояли наготове консервные банки для милостыни. Самые жалкие из них едва ли являлись шпионами султана или какого-либо иностранного государства, а вот про остальных такого с уверенностью сказать было нельзя. Азрак пристальнее вгляделся в оборванцев, ловя любое мимолетное движение, которое бы выдало в них людей, непривычных к многочасовому сидению в одном положении. Только человек тренированный, чьи мышцы способны выдержать подобное испытание, мог оставаться без движения сколь угодно долго. Ни один не пошевельнулся, ни один не потянулся размять ногу. Не доказательство, конечно, но о большем Азрак и не мог просить Азрак поманил пальцем Иосифа, достал из-под рубахи пистолет марки «MAC-10» и протянул ему.

— Я пошел, — сказал он. — Прикрой меня. Если заметишь что-либо подозрительное или если кто-то из нищих дернется, прими необходимые меры.

— Иди. Я пойду следом за тобой и буду держаться в тени больничного здания, пробираясь от двери к двери по правой стороне. Я бью без промаха, так что, если замечу какое-то движение, одним нищим станет меньше!

— Умерь свой пыл, Иосиф. Не открывай огонь без надобности. Мне жизненно важно связаться с теми, кто внутри посольства. — Азрак повернулся к Кендрику, который растянулся в тени на земле, поросшей жесткой, похожей на проволоку, травой возле стен больницы. — Слушай, Бахруди, — зашептал он — когда Иосиф доберется до здания на той стороне, следуй за ним, но, ради всего святого, старайся не привлекать к себе внимания. Иди медленно, останавливайся время от времени, чтобы почесаться или сплюнуть, и помни, по внешнему виду ты — бедняк, а своей осанкой бедняка не напоминаешь.

— Будто я не знаю, — Эван старался лгать по возможности убедительно, ошарашенный сведениями о террористах. — У меня огромный опыт, поверь. И мне не менее твоего известно, как следует маскироваться под случайного прохожего.

— Не знаю, что и думать, — сказал Азрак. — Не понравилось мне, как ты прошел мимо мечети Завави в то время, когда муллы и муэдзины собирались на молитву. Должно быть, жизнь в европейских столицах сильно изменила тебя.

— Можешь доверять мне, — холодно произнес Кендрик. Он понимал, что должен вести себя в соответствии с восточными понятиями о силе воли. Только сдержанная реакция на любые замечания могла сойти за искренность. Будь спокоен, и люди поймут, что ты не лжешь! Однако долго демонстрировать свои актерские способности ему не пришлось: Азрак широко улыбнулся. Впервые Эван видел улыбку на его лице, открытую, неподдельную улыбку человека, называвшего себя Синим.

— Я верю тебе, — сказал Азрак, кивнув. — Валялся бы бездыханным в пустыне, если бы не ты... Спасибо, Амаль Бахруди. А теперь не выпускай меня из виду. Пойдешь только туда, куда я укажу.

Синий повернулся и зашагал через лужайку перед больницей в сторону посольства. Через пару секунд Иосиф, как и велел ему Азрак, бросился вправо, пересек узкую улочку и оказался под прикрытием густой тени, отбрасываемой массивным зданием, стоявшим на площади. Как только Азрак, неспешной походкой направлявшийся к воротам посольства, появился в поле зрения, Иосиф метнулся за угол здания.

Последнее, что видел Эван, был смертоносный «MAC-10», автоматический пистолет в левой руке начальника караула. Он понял, что настало время действовать. В какой-то момент ему отчаянно захотелось оказаться в Колорадо, к юго-западу от Теллурида, в горах, вдали от суетного мира, в гармонии с природой. Но нахлынули воспоминания. Жуткая картина

заслонила собой все остальное. Чудовищный взрыв. Дым. Рушатся стены.

Пронзительные крики смертельно раненных детей. Женщины, молодые матери, объятые ужасом. Крики, стоны, вопли. Мужчины, бессильные что-либо сделать... Мужья, отцы, братья... И тонны камней, летящих им на головы. И внезапное осознание того, что здесь, среди этих камней, их всех ждет смерть по вине Махди.

Эван поднялся, стараясь дышать как можно глубже, направился к площади. Дошел до северной стороны, остановился возле закрытой железными ставнями витрины лавки, почесал в затылке, сплюнул.

* * *

— Женщина была права, — прошептал темнокожий араб в европейского покроя платье, подглядывающий через щель в забитом досками окне на этаже дома, бывшем всего двадцать два дня назад маленьким уютным кафе, где подавали отличный кофе с кардамоном, пирожные и фрукты. — Тот, который постарше, прошел так близко, что можно было дотронуться до него! Я даже дышать боялся.

— Тише! — сказал другой мужчина в арабском одеянии. — Этот идет... Ну, который американец. Верзила... На востоке такие не водятся. Рост сослужит ему плохую службу.

— И не только рост. Ему точно не выжить.

— Кто он? — Мужчина в арабском платье говорил так тихо, что его едва было слышно.

— Нас об этом не поставили в известность. Он рискует своей жизнью ради нас, вот это главное. Мы должны слушать женщину. Таков приказ. А она велела следить за ними, — продолжил араб, одетый как европеец. — Прочесать порт, проверить каждую лодку, установить патрули на дорогах, ведущих на север и на юг, и даже здесь, хотя здесь их совсем не ждали. Надо связаться с ней и сообщить, что наименее ожидаемое свершилось. А после позвони другим и дай им знать, что наблюдение можно закончить.

— Хорошо. — Человек, одетый в джелабу, кивнул и направился в глубь кафе. Внезапно он остановился и повернулся к своему коллеге: — А что нам делать потом?

— Женщина скажет тебе. Торопись! Один террорист уже у ворот. Подзывает жестами кого-то. Так вот куда они собираются попасть. На территорию посольства.

Азрак схватился за железные прутья ограды. Солнце скоро встанет Темнота растворится под яростными лучами жаркого светила Скоро, очень скоро. В Маскате всегда так. Переход от тени к свету, точно взрыв. Мгновение — и вот уже город залит слепящими лучами.

— Скорее! Да обратите же на меня внимание, идиоты несчастные! Враги повсюду... Следят, вынюхивают, ждут удачного момента, чтобы наброситься, а я стою здесь, представляю собой добычу небывало желанную. Кто-то должен связаться с Бахрейном, связаться с Махди! Ради Аллаха, выйдет кто-нибудь сюда? Я не могу говорить громче!

Наконец его заметили. Какой-то юнец в заляпанной грязью форме неохотно отошел от группы пятерых охранников, привлеченный необычным типом, прильнувшим к железным воротам. По мере того как он приближался, шаги его становились все быстрее, выражение лица менялось. Озадаченность уступила место открытому изумлению.

— Азрак! — воскликнул он. — Неужели это ты?

— Тише! — прошептал Синий, замахав на него руками. Подросток был одним из тех, кого Азрак обучал основам обращения с автоматическим оружием, и, насколько он помнил, не самый лучший ученик, как, впрочем, и все остальные, кого он посвящал в тонкости военной науки.

— Мне говорили, ты на секретном задании, говорили, мы должны просить всемогущего Аллаха ниспослать тебе сил!

— Меня схватили...

— Хвала Аллаху!

— За что?

— За то, что перерезал глотку неверным!

— Я бежал...

— И даже никого не убил? — В голосе юнца прозвучало разочарование.

— Они все мертвецы, — устало сказал Синий. — А теперь слушай меня...

— Хвала всемогущему Аллаху!

— Во имя Аллаха, замолчи! Замолчи и слушай меня. Я должен проникнуть внутрь, немедленно. Отправляйся к Зайе Ятим или Абиаду — беги так, словно от этого зависит твоя жизнь...

— Моя жизнь ничто!

— Зато моя кое-что представляет, дьявол тебя разрази! Приведи сюда кого-либо с инструкциями. Живо!

Азрак ожидал ответа. Сердце глухими ударами билось в груди, кровь пульсировала в висках. Он смотрел в светлеющее небо. Скоро, очень скоро лучи восходящего солнца зальют светом эту ничтожно малую часть мира. И это будет означать для него конец. Он не сможет больше бороться с теми, кто разрушил его жизнь, отнял у него детство, обагрив его кровью, погубил их с сестрой родителей в адском огне перестрелки, устроенной израильскими убийцами.

Воспоминания, такие ясные, болью отозвались в его душе. Отец, тонкий, умный, талантливый человек, изучавший медицину в Тель-Авиве, пробыл там всего три года — руководство медицинского колледжа сочло, что ему достаточно быть просто фармацевтом, а его место больше подойдет еврею-иммигранту. Обычная практика. Не пускать арабов в престижные отрасли — такова политика Израиля. Время шло, отец практиковал — он был единственным «доктором» в деревне на Западном берегу Иордана. Проверяющая правительственная комиссия оказалась горсткой дилетантов. Один из проверяющих накропал жалобу. Аптеку закрыли.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать