Жанр: Сказки » Дмитрий Емец » Ловушка для Кощея (страница 18)


В одну секунду костер был погашен. Нечисть затаилась в темных углах. Кощей схватил Ваню за плечо и зажал ему рот жесткой ладонью.

— Я с тобой позже расправлюсь! Только пикни! — прошептал он ему на ухо.

С улицы донеслись веселый звон бубенчиков и ржание трех снежных кобылиц — Вьюги, Метели и Пурги. Ржания Бурана слышно не было, и Ваня понял, что Снегурочка разминулась с Дедушкой Морозом в пути.

— Ау, есть здесь кто? Снегурочка, внучка, где ты? — раздался снаружи могучий бас.

Глава одиннадцатая. ДЕДУШКА МОРОЗ

— Снегурочка, что за шутки? Куда ты запропастилась?

В дверях станции показалась широкая фигура. Ваня рванулся в руках Кощея. Он еще не рассмотрел вошедшего, но уже почувствовал, что этот добрый басистый голос может принадлежать лишь Дедушке Морозу. Тому самому, без которого не наступает ни один Новый год и о котором Пупков заявлял, что его не существует.

Ваня попытался укусить ладонь Кощея и крикнуть: «Дедушка Мороз, здесь засада!», но жесткая ладонь втиснулась ему в губы так сильно, что он не смог даже приоткрыть рот.

— Ау, да где же все? Снегурочка! — В голосе Дедушки Мороза послышалось беспокойство.

— Здеся я, здеся!

В темноте вспыхнула свечка, и навстречу Деду Морозу вышел превратившийся в Снегурочку Оборотень. Он поправил шубку, надвинул меховую шапку себе на глаза, чтобы они не светились в темноте, и сказал писклявым голосом:

— Привет, Дедульник-холодрыльник!

— Вечно ты в своем репертуаре! — укоризненно сказал Дед Мороз. — Здравствуй, внученька, здравствуй, красавица моя!

— Дедушка, проходи внутрь! А то здесь тебя схватить неудобно… Тьфу ты, обнять трудно! — Оборотень взял Деда Мороза за рукав и потянул в глубь станции.

— Почему это обнять трудно, внученька? — удивился Дедушка Мороз. Теперь уже Ваня мог рассмотреть его. Дед Мороз был большим, добрым, толстым, с красными щеками и окладистой седой бородой — таким, каким его всегда рисуют на открытках. Он гулко покашливал в рукавицу, улыбался с хитринкой в глазах и озабоченно трогал яркие заплатки на своем волшебном мешке.

— Ну это, у меня того… такой размах рук, такой размах рук, — забормотал Оборотень.

— Что за письмо ты мне прислала7 Расе казывай скорее, что стряслось, а то Новый год вот-вот наступит. — попросил Дедушка Мороз.

Свеча в руке Оборотня освещала вошедшего, делая его видным отовсюду, и одновременно мешала его глазам привыкнуть к темноте.

— Дедульник-холодрыльник, если ты меня хоть чуточку любишь, дай мне подержать твою шкатулочку! — попросил Оборотень.

Дед Мороз с облегчением рассмеялся:

— Всего-то! Конечно, я дам тебе шкатулку. А зачем тебе?

— Не твое дело, старый хрыч! Гони чемодан! Ой… — Испугавшись, что перегнул палку, Оборотень зажал себе рот ладонью. — Прости меня, дедушка, я хотела сказать: это мой маленький капризик! Мне так хочется самой выпустить первое мгновение!

«Неужели Дедушка Мороз поверит Оборотню? Хотя я же не догадался, когда он превратился в Сугроба», — думал Ваня, пытаясь вырваться у Кощея из рук.

Дедушка Мороз полез в карман за шкатулкой и протянул ее Оборотню. Тот схватил ее и с воплем: «Обманули дурака на четыре кулака!» отскочил. В тот же миг на заброшенной станции вспыхнули костры и стало светло, как днем.

Дедушка Мороз оказался в центре ярко освещенного круга. Отовсюду с громкими визгами и улюлюканьем спрыгивала нечисть, окружала Дедушку Мороза и протягивала к нему свои растопыренные пальцы.

Оборотень подбежал к Кощею и отдал ему шкатулку. Отпустив Ваню, повелитель зла вцепился в нее своими жадными руками. Оборотень вновь вернулся к Деду Морозу и запрыгал вокруг него. Постепенно Снегурочкины черты стирались с его лица и проступала смятая рыжая шерсть и кривые желтые клыки.

— Думал, Дедульник-морозильник, я твоя Снегурка? Что, съел, холодрыжник, надул я тебя? — вопил он.

Ваня подбежал к Дедушке Морозу и остановился в нерешительности. Мальчику казалось, что во всем виноват он. Это из-за его доверчивости Кощей завладеет сейчас всем третьим тысячелетием. Он не осмеливался даже заговорить с Дедушкой Морозом, но вдруг ощутил у себя на плече его руку. Ваня даже не видел, что это именно его рука: он ее почувствовал. Только у Дедушки Мороза, одного во всем мире, могла быть такая большая, тяжелая и одновременно очень добрая рука.

По лицу мальчика потекли слезы. Ваня глотал их, а слезы все текли и текли. В конце концов, он был только маленький восьмилетний мальчик, а никакой не супермен. «У меня был шанс, а я его прошляпил. Всех подвел, весь мир!» — думал Ваня и не решался даже взглянуть на Дедушку Мороза, боясь увидеть в его глазах укор.

— Клянусь мозолью, я победил! — крикнул Кощей, поднимая шкатулку над головой. — Первое мгновение у меня! Вот он, мой ключ от тысячелетия, моя огромная власть и могущество! Яга, где часы?

— Сейчас, милок, только бублик чаем запью! А то он мне — кхе-кхе! — поперек горла встал! — Яга отхлебнула из чашки, щелкнула пальцами, и тотчас посреди зала возникли огромные черные часы с неумолимо качающимся маятником. Стрелки показывали без одной минуты двенадцать.

— Как только часы пробьют двенадцать, я открою шкатулку! Готовьтесь, силы зла! Теперь наша власть станет вечной! — крикнул Кощей. Он вскочил с ногами на трон, на губах у него пузырилась желтая пена, а глаза с безумным выражением были устремлены на стрелки часов.

— Сделайте что-нибудь! Неужели ничего уже нельзя сделать? — крикнул Ваня Дедушке Морозу.

Дедушка Мороз ничего не ответил, но мальчик ощутил, как его рука ободряюще сдавила ему плечо. В этот миг минутная стрелка переместилась на двенадцать, и пространство наполнили

гулкие мерные удары. Обычно дома под эти удары Ваня начинал загадывать желания, но сейчас желание у него было одно: «Только бы у Кощея не получилось… только бы…»

— Если они попытаются мне помешать — убейте их! — приказал Кощей, кивнув на Деда Мороза и мальчика. Нечисть еще теснее сомкнулась вокруг наших друзей.

После двенадцатого удара, когда часы, хрипя и задыхаясь, перестали бить, воцарилась мертвая тишина. Это была какая-то особенная тишина, глубокая, не нарушенная ни одним движением. Все люди на Земле, все животные, птицы, рыбы в океанских глубинах — все точно окаменели: не моргали, не дышали, не двигали руками, лапами, крыльями. Замерли даже птицы в полете, а пробки из миллионов бутылок шампанского, которое открывали теперь по всему миру, застыли в воздухе, едва отскочив от горлышек. Время, из которого выхвачено было не выпущенное еще мгновение, остановилось, замерло, притаилось. В глухой тишине лишь слышно было, как хрипит и сипит что-то внутри волшебных часов, не совсем еще пришедших в себя после продолжительного боя.

Но вот Кощей с торжеством откинул крышку шкатулки.

— Лети, мгновение, и помни, кто твой хозяин! — крикнул он.

Но вот чудо — из шкатулки вырвалась ревущая метель, самая сильная и яростная из всех, что были когда-либо в мире! Этой метелью подхватило и Кощея, и Кикимору, и Бабу Ягу, и всю остальную нечисть, сбило их с ног, взметнуло в воздух и стало носить, как ветер носит перья из подушки. «Оу-оу-оуу-оу-оу!» — завывала метель, ударяя их о стены и кувыркая в воздухе.

Единственными, кто остался на ногах, были Ваня и Дед Мороз. Они стояли в самом центре станции, но метель не касалась их и только ласково теребила седую бороду Деда Мороза. Ничего не понимая, Ваня ошарашенно уставился на него. Дед Мороз добродушно усмехнулся и подмигнул.

— Не бойся, все хорошо! — сказал он мальчику.

— Ох ты, батюшки, голова кружится! Самовар, самоварчик-то мой кудай-то зафиндилило! Совсем я без имущества осталась! — причитала Баба Яга.

Старуха, по своему обыкновению, лицемерила и прибеднялась. Метель, из уважения к ее летам, несла ее довольно бережно, и Баба Яга даже ухитрялась вязать в полете свои пакостные неснимаемые носки.

Кощей пытался выхватить меч, но магическая перчатка не слушалась, а клинок, перекосившись, застрял в ножнах.

— Ишь ты, какой суетной, так вокруг и носится! — усмехнулся Дедушка Мороз.

— Чтоб ты треснул, проклятый, как тебе это удалось? — крикнул Кощей.

Дед Мороз дал метели знак, чтобы она приостановила свое кружение, и Кощей, подхваченный снежными струями за шиворот, замер перед ним в воздухе. А потом Ваня увидел, как Дедушка Мороз неторопливо полез в нагрудный карман и вытащил жестяную коробочку из-под чая.

— Послушай-ка, Кощей, как тебя провели. В ледяной шкатулке была самая могучая из всех метелей. А мгновение я в другое место переложил. На-ка вот, дружок, открой ее! — И Дедушка Мороз протянул Ване чайную коробочку.

— Я? Но почему я? — прошептал мальчик, не решаясь взять ее.

— Открывай, а то мгновение уже засиделось! Пять минут уже новое тысячелетие начаться не может! — поторопил его Дедушка Мороз.

Ваня взял шкатулку и попытался открыть крышку, но с первого раза у него не получилось. Крышка была тугая и не поддавалась.

— Смелее! — приободрил его Дед Мороз.

Ваня поддел крышку ногтями. Крышка поддалась, и чайная коробочка открылась с негромким звуком. Мальчик заглянул в коробку, но ничего, кроме жестяного дна, не увидел. Правда, на какой-то миг ему почудилось, что из плена вырвалось что-то крошечное и стремительное, похожее на искру.

В ту же секунду по всей Москве, по всей России, по всему миру раскатился могучий гулкий звук, словно кто-то ударил в громадный невидимый колокол. Потом метеорологи утверждали, что это было редкое атмосферное явление — зимний гром, но на то и существуют метеорологи, чтобы объяснить логикой то, что на самом деле является волшебством. Ваню наполнила вдруг огромная радость от мысли, что именно ему Дедушка Мороз доверил выпустить из плена первое мгновение третьего тысячелетия.

— Ненавижу, всех ненавижу! Я еще отомщу! — потрясая кулаками, взвыл Кощей, но теперь уже и ему самому, и всем остальным ясно было, что он проиграл. Да и сам Кощей вдруг как-то съежился, скукожился, ссутулился и никого уже не мог испугать. Сейчас он показался Ване таким несчастным и жалким, что мальчик спросил у Дедушки Мороза:

— Дедушка, а как ты хочешь наказать Кощея?

— Даже не знаю, — ответил Дед Мороз. — Он и сейчас уже не страшен, а через тысячу лет люди поумнеют настолько, что вообще перестанут совершать зло и судьба человечества перестанет висеть на волоске. А ты бы что посоветовал?

— Может, их всех отпустить? — неуверенно предложил Ваня. — Но не здесь, конечно, а вернуть их туда, где они были раньше?

Дедушка Мороз усмехнулся в белую бороду:

— Что ж, тебе решать! Мгновение-то выпустил ты. А ну-ка, метель, ледяная карусель, разбросай-ка наших неприятелей по чащобам, болотам да закоулкам! — велел он.

Метель свернулась в спираль, на миг сделавшись похожей на детскую юлу, а в следующий миг Кощея, Бабу Ягу, Кикимору и всю нечисть завертело и унесло прочь. И без них Москва стала вдруг совсем новой, свежей, словно только что освобожденной от упаковочной бумаги.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать