Жанр: Русская Классика » Андрей Назаров » Песочный дом (страница 30)


- Что же теперь делать? - спросил Авдейка.

- Снять штаны да бегать. Кому хоть продал?

- Женщине.

- Нашел примету. Тут, кроме баб, никто не водится. Дурак ты, Бабочка. Сказал бы мне, что продаешь, уж я бы устроил.

- Ты бы надул.

- Ах так, надул! Ну и поделом тебе!

Сахан соскочил с парапета и направился в кладовку.

- Стой, Сахан! Она еще в платке была таком... с белыми кружочками.

Сахан остановился, не оборачиваясь спросил:

- Платок синий в белый горох, да?

- Да, да! - закричал, подбегая к нему, Авдейка. - Ты знаешь ее?

- Сегодня вроде мелькала такая. А впрочем, черт их разберет, все они на одно лицо.

- Вспомни, Сахан.

- Поди, поищи, - ответил Сахан и скрылся в кладовке.

Авдейка отнес ведро и выскочил из темноты на ясный, открытый свету день.

У ворот сидел Болонка, стиснув кулак.

- Я пух поймал!

- Покажи!

Болонка разжал кулак. Пустую ладонь пересекали синие лунки ногтей. Пуха не было.

- Улетел, гад! - кровожадно сказал Болонка. - И ведь не живой, а убегает. Куда пойдем?

- В Пятый.

Они вышли за ворота и у Пятого магазина встретили лошадь Французский Пакт. Авдейка поздоровался и заглянул в магазин, где было пусто и сыро. Болонка рвал траву, весело торчавшую из-под каменного порога, и кормил лошадь. Она брала эту веселую траву пепельными губами и задумчиво жевала. Всю войну лошадь Французский Пакт возила хлеб в распределители и поэтому поседела. У нее были разноцветные глаза, забранные в шоры, и горбатый нос, а по животу ее, как по карте, текли голубые жилы.

Они побежали к углу "Яра" и на переходе едва не сбили с ног женщину в косынке.

- Она! - закричал Болонка. - В горошек!

- Вам что, дети? - спросила женщина.

- Простите, - сказал Авдейка и потянул Болонку за рукав. - Чего орешь? В горошек, в горошек... В ней ничего похожего, кроме горошка, нет, понял? Седая она, а та черная.

Болонка поджал губы.

Они перешли шоссе, покрутились у Кружевного магазина, где в непомерной для утреннего часа очереди Болонка углядел свою маму и спрятался от нее за Авдейку.

- Атас! - шептал он из-за спины. - Тут они все в горошек, разве найдешь?

Авдейка озирался среди женщин в одинаковых платках, потом наступил на Болонку и упал. Разом вскочив, они пустились наутек и остановились только у кондитерской фабрики "Большевик". Там они долго тянули носами, но ничего не унюхали и пошли дальше. Говорили, что до войны невозможно было пройти мимо, в школу особенно - такой стоял запах.

- Ну вот, а я туда работать собирался идти, - заявил Болонка. - Там конфет есть разрешали - сколько пузо терпит. А теперь - тьфу!

- Теперь тут пищеконцентраты для фронта делают. Да конфет и не съешь много.

- Не знаешь ты еще меня, - с сожалением ответил Болонка. - Я целую фабрику конфет съесть могу.

Вскоре Болонка захромал, и Авдейка отпустил его домой. На мосту он узнал пропавшую женщину, догнал, вцепился в нее.

- Я вас нашел! Вы ошиблись, вы мне мало денег дали! Я вам картошку...

- Ты ошибся, мальчик, - резко оборвала женщина и, оттолкнув его, пошла прочь.

Авдейка осведомлённо смотрел ей вслед, потом оперся о перила моста. Внизу, сдерживая бешенство, гудели рельсы и отправлялись на фронт платформы, крытые брезентом. Авдейка подумал, что пути наверняка охраняются, а здесь перелезть оградительную сетку ничего не стоит и если точно выбрать место, дождаться нужного поезда и прыгнуть, то, пожалуй, можно и на фронт попасть. Но, прикинув, решил, что высоковато - разобьешься, на фронт лепешкой приедешь. Вздохнул и пошел дальше.

Справа, под рукой, открывалась площадь, образованная вогнутым зданием вокзала, о которое плескалось людское озеро. Он проследил глазами разнотокие штрихи, которыми определялось и осмысливалось движение людских потоков. На их стыке, в углу площади, заметил темное завихрение - кольцо сгрудившихся людей. Авдейка перешел площадь, потолкался в привокзальном магазине, где насчитал еще шесть не тех женщин в горошек, и направился к вокзалу.

В кольце людей, значительно поредевшем, сидел или, точнее, стоял безногий инвалид на тележке с подшипниками. Руками он быстро резал что-то черное. Авдейка незаметно стал рядом, но оказался на голову выше инвалида и сел. От инвалида пахло нагретой кожей и тушью. Сверкали ножницы, солнечными скрещениями нащупывая путь через черное поле.

- Готово! - сказал инвалид и протянул черное лицо молоденькому офицеру.

Тот засмеялся, разглядывая изображение, и, нагнувшись к Авдейкиным ногам, положил в шапку бумажную денежку.

- Не стащишь? - спросил инвалид, покосившись на Авдейку.

- Нет. - Авдейка покачал годовой.

У инвалида была щетина на щеках, а в зубах он зажимал потухшую самокрутку.

- Смотри, - предупредил он, беря верхнюю бумажку из черной квадратной стопки. - Тут милиции полно. И вообще, не укради, как сказано. Небось Завета не знаешь?

- Не знаю, - ответил Авдейка. - Но не украду.

- Э, да ты не Катькин ли пацан?

Авдейка отрицательно покачал головой.

- Темнишь, - предположил инвалид и вдруг закричал: - Эй, красавица, чего жмешься? Подходи, изображу в лучшем виде, пошлешь милому, век помнить будет!

Из раздавшихся людей вышла войлочными туфлями пунцоваядевушка, стягивая на груди черный платок.

- В профиль, в профиль становись, мне вокруг тебя кататься несподножно. Да сыми к шутам платок этот, не старуха.

Залившись

пунцовой, счастливой робостью, девушка сбросила платок и по-детски замотала русыми кудельками.

Авдейке как-то сразу стало понятно, что у девушки и правда есть милый и она пошлет ему свой профиль со вздернутым черным носиком. И оттого, что и он, и инвалид, и все люди вокруг знают про ее милого и видят этот черный носик, Авдейке отчего-то стало ужасно жалко девушку.

- Перекур! - бросил инвалид быстрому парню в кепке, сменившему девушку.

Он ловко свернул новую цигарку, запалил и повернулся к Авдейке крупным небритым лицом.

- Грустные, брат, дела на фронте.

- Не грустные, - ответил Авдейка. - Мы наступаем.

- Тяжелые, брат, эти наступления. Чужое хапаем, скалятся нам во все зубы. Там теперь солдатика помолотит - подумать страшно. Не видать девчушке своего милого.

- Ты откуда знаешь, дядя? - спросил Авдейка.

- Знаю уж. Да и хитрости большой нет. Видно, погодок ее, у таких всегда погодки. Взяли его недавно. Такие быстро сгорают. Бабочки.

Авдейка отчего-то поверил и заплакал.

- Ну, будет, - сказал инвалид, доставая из клеенчатой сумки обглоданную серую буханку. - Пожуй. Ты, может, и не Катькин, а знаю я тебя.

Они стали ломать тяжелый, липнувший к пальцам хлеб. Инвалид разом заглотил свою долю и стал вылизывать ловкие пальцы в пятнах туши и кольцевых ртутных потертостях. Авдейка смеялся. Инвалид скосил крупный глаз и подмигнул.

- Личное оружие. Содержу в порядке. Да ты посурьезней, хлеб просмеёшь.

Авдейка перестал смеяться, жевал мелко, грел хлеб в руках, нюхал.

- Держи, - сказал инвалид.

Авдейка взял черный, странной формы листок и не сразу понял, что это.

- Не признаешь?

Авдейка узнал себя, сжимавшего черный хлеб у черного рта.

- На память, - сказал инвалид.

Опять засверкали ножницы, вспархивало черное мгновенное чудо человеческих лиц, и падали деньги в шапку. Останавливались военные, девушки, мешочники, остроглазые мальчишки с привокзальных дворов. Иногда что-то не нравилось инвалиду, он резал снова, а неудачные профили отбрасывал. Он устал, все чаще ошибался, и неудачные человеческие лица густо покрывали асфальт.

- Баста! - сказал инвалид.

Он размял пальцы, стряхнул с себя обрезки бумаги и положил ладони на асфальт.

- Ну что, нравится?

- Очень,- сказал Авдейка.

- А мне - нет, - ответил инвалид, укладывая в сумку стопку листков и ножницы.

- Этот вор, - заметил он, поворачивая пальцем сухое лицо в кепке, определенно вор, я его сразу понял. А этот партейный, видать с периферии. - Он показал на внушительный профиль человека в шляпе. - С портфелем подходил, в парусиновом кителе, помнишь? Эти мешочники, а военных и сам видишь. Ну, бывай.

Инвалид резко забросил на плечо клеенчатую сумку и вдел руки в деревяшки, обтянутые потертой кожей.

- Эпоха! - сказал он, округло поведя деревяшкой над густо раскиданными профилями, и, толкнувшись об асфальт, прокатил по ним сверкающими колесами.

Зеркальные следы легли на затушеванные лица. Светило солнце. Шли люди. Авдейка осторожно собрал профили и спрятал их за рубашку. Напоследок он оглядел вокзальную толпу и побрел домой, отчаявшись найти картошечную женщину в косынке горошком. Она затерялась среди других женщин в косынках, как помеченный крестиком дом в сказке про Али-Бабу - одной из тысячи и одной сказки. Затерялась женщина в косынке, затерялся дом, а вот сказка осталась. Это была ночная сказка, но Авдейка узнал ее и теперь, когда в глазах так рябило от солнца, что и город стал неузнаваем. Казалось, изо всех окон одновременно бросили серебряные бумажки от конфет и устойчивые контуры улиц дрогнули. Летучие призраки света наполнили город и исчезли, когда в белом створе ворот Песочного дома замер черный профиль женщины. Она была простоволоса, внезапна и неподвижна.

- Тетя! - воскликнул Авдейка и вцепился в женщину. - Вы мне деньги... Без платка я вас сразу узнал! Я вам картошку...

- Знаю, милый, знаю. Ко мне уже приходил этот ваш парень... ну, что похоронки разносит. Я все отдала, вот те крест. Да я и сама только собралась...

Авдейка не дослушал и понесся в дворницкую, откуда доносился грохот пустых ведер. Через минуту, выброшенный на ступени, он тупо смотрел на бледное лицо Сахана, глядящее из мрака.

- Еще раз про деньги услышу - убью.

И тяжелая, обитая жестью дверь заткнула подвал. Оправившись от падения, Авдейка понял, что произошло, и бросился на дверь с кулаками.

- Открой! - кричал он, сбивая руки о рваную жесть. - Открой! Отдай деньги!

- Гони деньги, Сахан, - отодвинув его и доверительно склонившись к двери, сказал Кащей, за которым сбегал бдительный Сопелка.

Дверь молчала. Авдейка всхлипывал и вылизывал руки, в кровь порванные о жесть.

- Ты меня не первый день знаешь, Сахан, - говорил Кащей. - Отдай деньги. Живее.

Дверь издала подавленный вой и тихо зашуршала.

- Вот они, вот! - закричал любознательный Сопелка, показывая на щель, сквозь которую пролезали сложенные купюры.

Кащей выхватил деньги, пересчитал и спросил:



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать