Жанр: Фэнтези » Дэйв Волвертон » Братство волка (страница 97)


Она заснула в теплом сухом уголке, а Боринсон рядышком караулил ее сон.

Ему было не до отдыха. Хотя он очень устал за день, но внутри у него все кипело.

Он не смел высказать Саффире свое недовольство. Он страшился ее упреков, но был ужасно расстроен этими постоянными задержками по ее вине. Можно подумать, она просто не хочет видеть Радж Ахтена!

Саффира спала, тихо и глубоко дыша, свернувшись на полу под ярко вышитым одеялом, являя собою картину совершенного покоя.

Боринсон думал о том, что, возможно, ее придется убить. Имея столько даров обаяния и голоса, она была опасна — по-своему не менее опасна, чем Радж Ахтен.

Но глядя в ее чудесное лицо и не видя в нем ничего, кроме красоты и невинности, он понял, что убить ее, отнять у нее жизнь будет для него так же невозможно, как вырезать сердце у собственного ребенка.

Он оставил Саффиру на Ха-Пима и Махкита. И вышел наружу, к Пэштаку, который караулил на вершине ближайшего утеса, укрывшись от дождя под навесом из сосновых ветвей.

Горы остались позади. Внизу вдоль дороги стояли стройные темные сосны, полностью скрывая ее от глаз. В часе пути отсюда начинались теплые, сырые низины, где росли в изобилии дубы и вязы.

Боринсон посмотрел в сторону дороги.

— Как твои драгоценности? — спросил он у Пэштака. Он заметил, что «неодолимому» было неудобно сидеть в седле и он подложил под себя кое-что из своих вещей, чтобы стало помягче.

Мысль о том, чего будет стоить ему возможность смотреть на Саффиру, причиняла Боринсону изрядное беспокойство.

— Никак не могу понять, — сказал Пэштак, — каким образом части тела, которых у меня больше нет, могут причинять столь сильную боль.

— Да, скверно, — вздохнул Боринсон.

— Когда приедем в Каррис, — сказал Пэштак, — Радж Ахтен потребует и от тебя свою унцию плоти.

— Унцию? — шутливо переспросил Боринсон. — У меня побольше будет. Пэштак не улыбнулся.

— Я подозреваю, что ты сбежишь, — сказал он. — Ха-Пиму и Махкиту на своих лошадях тебя не догнать. Я бы догнал… но я не стану тебя ловить.

— Почему? — спросил Боринсон.

Пэштак покачал головой.

— Мой лорд издал этот указ, чтобы никому не вздумалось разыскивать Обран из праздного любопытства и чтобы дворцовые слуги не могли развлекаться с наложницами. Я думаю, что он не касается таких, как ты, — честных людей, которые верны своему слову.

Боринсон почувствовал искреннюю благодарность.

— Спасибо, — сказал он. — Но что же я за проводник, если сбегу раньше, чем моя подопечная будет в безопасности?

В глубине своего сердца он понял в этот миг, что не сможет сбежать, не сможет оставить Саффиру. Пока что он просто должен быть возле нее, но даже когда поручение будет исполнено и придет время ехать в Инкарру, вряд ли он найдет в себе силы расстаться с нею. Сама мысль об этом причиняла ему боль. И еще одно — он должен быть рядом, чтобы в случае, если она решит предать Короля Земли, вонзить ей в спину нож.

Пэштак покачал головой.

— Я предупредил тебя ради твоего же блага. Если ты сбежишь, я пойму. И позволю тебе сделать это.

Боринсон вновь посмотрел на дорогу. Пусть Пэштак думает, что он размышляет над предложением, только бы не догадался о тайных его причинах оставаться рядом с Саффирой.

— Может, ты и прав. Похоже на то, что я вам не нужен. Мы уже должны были столкнуться с мистаррийским дозором — в последние двадцать миль всяко, но, кажется, во всей округе никого нет.

Что было вполне объяснимо. После падения Голубой Башни в Мистаррии почти не осталось воинов, способных идти в разведку, и те сейчас должны были находиться в Каррисе.

— В моем присутствии нет смысла, — вздохнул он. — Ты обойдешься без меня. Но почему Саффира так мешкает? Чего она боится?

Пэштак закусил губу и тихо сказал:

— Она хитрее, чем ты думаешь. А вдруг наш лорд рассердится? В Индопале говорят: «Нашего короля никто не сердит дважды». У нее будет только одна возможность передать послание и просьбу о перемирии. И сделать это надо как можно лучше. Ты привез тысячу форсиблей. Как по-твоему, за какой срок Способствующие могут их использовать?

— Не знаю, — сказал Боринсон. — А сколько Способствующих?

Ему казалось, что у Саффиры их должно быть не меньше

дюжины.

— Двое, — ответил Пэштак. — Мастер и подмастерье.

Боринсон облизал губы. Всего двое. На передачу одного дара уходит пять минут. За час они вдвоем передадут двадцать четыре дара, за десять часов — двести сорок, за восемнадцать, если работать не щадя сил — четыреста даров.

Красота Саффиры прибывала всю ночь и все утро. Девушка становилась краше с каждой минутой.

Способствующие ее, похоже, не отдыхают вообще. И все равно они не смогут передать тысячу даров меньше чем за два дня.

Отряд же их находится в пути около двадцати часов. Боринсон подсчитал, что, если они не будут больше делать остановок, то достигнут Карриса часа через четыре, а то и раньше.

Но Саффире нужно выждать время.

— Нам нельзя задерживаться еще на день! — сказал Боринсон. — Радж Ахтен наверняка уже осадил Каррис. И Король Земли вот-вот будет там.

— Так ли уж это важно, если Каррис падет? — спросил Пэштак. — Ты хочешь предотвратить одну битву. А Саффира надеется покончить со всей этой войной.

— Но… еще целый день! Пэштак покачал головой.

— День не понадобится. Вчера, пока ты спал, я разговаривал с управляющим Дворца Наложниц. Во дворце проживают около пятисот женщин, стражники и слуги. Способствующие Саффиры поклялись, что к сегодняшнему заходу солнца они возьмут дары у всех, кто стоит форсибля. Если они подсчитали правильно, у Саффиры будет около тысячи двухсот даров голоса и две тысячи четыреста — обаяния. И единственные, кто после этого останется во Дворце Наложниц при своих дарах, — это верблюды, — Пэштак засмеялся своей шутке.

Боринсон улыбнулся. У Радж Ахтена самого даров обаяния было вполовину меньше. Ни одна королева в истории не обладала и десятой частью того, что соберет Саффира.

У нее будет одна возможность убедить Радж Ахтена. Всего одна.

Боринсон присел на корточки рядом с Пэштаком. Пусть Саффира отдохнет.

Саффира проснулась перед наступлением вечера и через несколько минут сказала голосом, который звучал слаще любого пения:

— У меня хорошая весть. Способствующие перестали передавать мне дары. Хорошо ли, плохо ли, но работа их завершена.

После чего Боринсон и Пэштак вновь оседлали лошадей.

Грязь на дорогах вынудила их ехать медленнее, чем хотелось Боринсону. Теперь он надеялся добраться до Карриса только к закату.

Они проскакали еще двадцать миль и наткнулись наконец на мистаррийский дозор, которого опасался Боринсон.

У обочины дороги лежали мертвые рыцари с эмблемой зеленого рыцаря, числом около дюжины. В ветвях дерева на высоте сорока футов застрял труп лошади. Воины были изрублены на куски: отдельно валялись туловища с выпущенными внутренностями, тут — нога, там — рука. Некоторые части тел отсутствовали, земля вокруг была вся истоптана. Рыцари не смогли одолеть одного-единственного противника. Боринсону не часто доводилось видеть подобную бойню. И произошло это не более часа назад. Тела еще не успели остыть.

— Похоже, что ваш дозор сражался с воинами моего лорда, — наивно предположила Саффира. И прикрыла краем шелкового покрывала свой точеный носик, спасаясь от запаха крови и желчи. Она была совершенно спокойна, и голос не дрожал, словно вид разорванных на куски людей был для нее привычным зрелищем.

«Чего же она успела насмотреться в столь нежном возрасте, — подумал Боринсон, — что так ожесточило ее сердце? Наверное, она спокойна, решил он, потому что эти воины были ее врагами».

Пэштак покачал головой, словно удивляясь ее наивности.

— Они столкнулись не с нашим дозором, о Великая Звезда. Люди не способны действовать с такой жестокостью. Это были опустошители.

— О, — сказала Саффира с таким выражением лица, словно мысль о том, что в лесу вокруг них бродят опустошители, ее ничуть не волновала. Но телохранители сразу подъехали к ней поближе.

Пэштак взглянул на Боринсона, и темные глаза его сказали без слов: «Если встретим опустошителей — беда».



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать