Жанр: Остросюжетные Любовные Романы » Шеннон Дрейк » В полночный час (страница 40)


Но если Рагнор слышал то же, что она, он просто не подал виду. Он чуть подтолкнул ее к входу. Они подошли к консьержу, чтобы взять ключи. Она назвала свой номер, он — свой.

— Получается, что вы и в самом деле здесь живете, — пробормотала она.

— Разумеется, а вы как думали?

— Не знаю, — честно призналась она. — Ну, спокойной ночи.

— Я провожу вас в номер.

Она кивнула.

Когда Джордан открыла дверь, он вошел первым. Она наблюдала за ним в приятном удивлении. Он обошел комнату, заглянул в ванную, еще раз проверил кровать, кресла перед камином, заглянул под кровать.

— Вы надеетесь застукать злонамеренную горничную? — спросила она.

Джордан стояла, прислонившись спиной к двери. Голова ее кружилась. Со злым любопытством она спросила себя, что ей слышится сейчас — кажется, чей-то шепот или, может, гудит в крови алкоголь.

— С вами все в порядке? — с интонацией скорее утвердительной, чем вопросительной, спросил он.

— Абсолютно, — ответила она, но при попытке сделать шаг споткнулась.

Он засмеялся и пришел к ней на помощь, проводив до кровати.

— Слишком много выпивки? — спросил он, присаживаясь рядом. — Тиара ваша съехала набок.

Рагнор ловко освободил ее от тиары, вынул шпильки и распутал волосы, не причиняя боли. Он положил корону на кресло, стоявшее напротив закрытого ставнями окна, не отводя глаз от Джордан. Отличный глазомер. Он даже не оглянулся. Он смотрел ей в глаза. Пальцы его перебирали ее волосы, гладили их. Костяшки пальцев поглаживали щеки. Затем он ее поцеловал.

Жар, мгновенно охвативший ее, напоминал электрический разряд, стремительно прошедший путь от ее рта через все тело, пронзив конечности. Она задрожала, инстинктивно обхватив руками его шею: ей надо было за что-то зацепиться, за что-то прочное. Он целовал ее как умелый любовник, размыкая ее губы со страстью, которую, она это чувствовала, он держал под полным контролем. Джордан нравился вкус его губ, его языка, и с каждым его движением нарастало ожидание восторга. Когда он перестал ее целовать, ощущение медленного, лавой ползущего внутри ее горения оставалось. Она чувствовала собственный ускоренный пульс, жар, лихорадку. Она судорожно глотнула воздух.

— Мне уйти?

Он произнес это или нет? Очень похоже на шелест и трепетание крыльев.

Нет, прошептала она. Он продолжал смотреть ей в глаза.

Джордан облизнула губы, чтобы заговорить снова. Господи, взмолилась она, только бы все это не было следствием алкоголя!

Но алкоголь был здесь ни при чем, хотя слова, которые она произнесла затем, ничем иным объяснить нельзя.

— На самом деле я умираю от желания увидеть вашу грудь.

— В самом деле? — едва слышно проговорил он. Дыхание его щекотало ей лоб. — Я покажу вам свою, если вы покажете мне вашу.

— Очень старая присказка.

— Не такая старая, как вам кажется.

Она протянула руку, коснувшись его лица, провела рукой по губам. Губы их снова сомкнулись, языки переплелись, он скинул камзол, жилет, рубашку. Джордан оторвалась от его губ, мелко и часто дыша, и положила ладони на его грудь.

Налитые мышцами грудь и плечи поражали своей мощью, мощью штангиста. На груди он носил медальон. Религиозный медальон. Красивый, старинный, с кельтским рисунком. Отчего-то Джордан почувствовала облегчение.

Джордан вдруг осознала, что стоит и смотрит на него во все глаза.

— Ну? Вы хотели только увидеть мою грудь или собирались что-то с ней делать?

Джордан провела но ней ладонью, коснулась медальона и почувствовала острое томление. Все должно получиться…

Опьянение от прикосновения к его телу оказалось почти непереносимым. Она забыла о его медальоне, о том, что почти ничего о нем не знает, о том, что опасность ходит за ней по пятам, обо всем забыла.

— Я всегда думала, что руки у вас тоже замечательные.

— Ну, знаете ли, я не хочу показаться вам распущенным, но многие люди видели мои руки. Немногие знают, что они умеют.

— Они впечатляют?

— Вам судить.

Он привлек ее к себе, распростер на кровати, прижался губами к ее губам, задержался у горла, опустился ниже, до ключицы, к декольте ее маскарадного платья. Она не знала, каким образом она осталась без одежды, она не заметила, как ее белый с золотом костюм оказался снят, и осознала, насколько у него талантливые руки… и губы, и вообще все тело. Очень скоро Джордан уже ни о чем не могла думать, и не было скелетов в шкафу, и не было угрызений совести. Тело его, поразительно крепкое, сильное и ладное, обладало неземной ловкостью, и он ласкал ее жадно, с бешеной страстью, которую усмиряла лишь нежность. Ей хотелось пропустить все предварительные ласки, настолько отчаянно острым было желание, но он умел выжидать. Он оказался опытным любовником и внимал ее отчаянию, ведя игру, соблазняя, хотя соблазнять ее уже не было нужды.

Он обольстил ее уже давным-давно.

Соблазнена. Заморочена. Околдована.

И все же, Господи, хорошо ли…

Его ласки становились все интимнее, каждое прикосновение его губ будило в ней все новые ощущения. Казалось, он знал ее тело лучше, чем она сама. Она прижималась к нему, металась, выгибала спину, жидкий огонь разливался по ее ногам и рукам, по груди, жег ей живот. Она чувствовала себя кораблем в бурном море — море ощущений такого накала и такой остроты, что ни для раздумий, ни для смущения не оставалось места. И когда он вошел в нее, Джордан воспарила в облака — поднимаясь и опускаясь в извечном ритме, и каждое его движение вздымало ее все выше и выше.

Ночь потеряла очертания.

Ночь.

Глубокая полночь. Чернота в синь, подсвеченное луной небо, кроваво-красный закат. Ей было

так хорошо с ним. Просто лежать рядом. Просто чувствовать его рядом с собой. И тогда не будет никаких кошмаров, никаких призраков, никаких волков, сидящих у подножия кровати. Она уснула, блаженно улыбаясь. Как тепло…

Как спокойно.

Насмешка судьбы. Покой, безопасность!

Он оставался для нее незнакомцем. Она знала его меньше, чем любого прохожего на улице. Чужак.

Чужак…

Может, она полная дура?

Абсолютно…

Одурманенная.

* * *

Она проснулась с жуткой головной болью, застонала в голос, проклиная ту адскую смесь, что выпила накануне: вино, пиво, шампанское и ликер. Быстрый взгляд на соседнюю подушку.

Никого.

Джордан позволила себе вообразить, что все происходившее с ней ночью было сном, вызванным неумеренным употреблением крепких напитков. Если так, то увиденный (и прочувствованный, да еще как!) сон оказался воистину уникален. Затем она поняла, что спит обнаженной, а маскарадный костюм лежит на полу возле кровати. Часы на тумбочке у кровати показывали три часа дня. Джордан слышала, что в коридоре за дверями номера происходит какое-то движение.

Должно быть, решила она, горничная терпеливо дожидается, когда можно будет войти.

Джордан стремительно вскочила, забыв о головной боли. Если он ушел, дверь не заперта.

Дверь оказалась заперта изнутри.

Джордан, хмуря брови, отошла от двери. Остановилась посреди номера, потерла виски.

Какого черта? Как ему удалось?

Или ей все приснилось?

Господи, не может такого быть! Должно быть какое-то объяснение. Вероятно, он позвал кого-то, кто мог бы закрыть дверь снаружи. Конечно, так и было.

Джордан уставилась на дверь, чувствуя, как с новой силой разбухает от боли голова. Зайдя в ванную, она поскорее проглотила две таблетки аспирина. Включила сильную горячую струю и встала под душ.

Джордан прислонилась к кафельной стене, мечтая лишь о том, чтобы лекарство побыстрее подействовало и головная боль утихла.

Она оделась и решила побыстрее выпить чашку крепкого кофе, но заметила, что по дисплею компьютера плавает сообщение: «Вы получили почту!» Джордан торопливо щелкнула мышью.

Всякой всячины накопилось в избытке: шутки от друзей, записка от агента и, наконец, короткое сообщение от полицейского из Нового Орлеана, того самого, кто написал книгу. «Я бы очень хотел поговорить с вами». И адрес с номером телефона.

В Италии уже довольно поздно, но в Штатах еще слишком рано. Она направила ему ответное сообщение, обещав позвонить позднее, и поблагодарила за письмо.

Вооружившись обеими книгами, она поднялась в ресторан, чтобы выпить кофе и перекусить чего-нибудь. Американская пара снова сидела там. Они любезно с ней поздоровались. Джордан поискала взглядом Рагнора, но он пока не объявился.

Джордан открыла книгу и принялась читать о происшествии, случившемся в небольшом шахтерском городке близ Сан-Франциско во времена «золотой лихорадки». Девушка, работавшая в салуне, заболела таинственной хворью, после того как в городке их побывал некий золотоискатель. Болезнь свела ее в могилу. Жители города потужили над загубленной молодой жизнью и похоронили беднягу. Прошло несколько дней, и она стала приходить к своим постоянным клиентам во сне. Трое мужчин заболели и в итоге умерли. Тогда и они тоже стали приходить к своим спящим знакомым. Шериф смотрел на жизнь трезво и реально, не веря в мистические бредни. Он приказал своим подчиненным дежурить и днем и ночью. Трупы погибших от таинственного заболевания он распорядился эксгумировать, а головы отрезать, трупы сожгли дотла, после чего «духи» перестали тревожить жителей и заболевших больше не было.

Джордан перескочила к следующей главе, где шла речь о серийных убийствах на Среднем Западе в середине пятидесятых. Убийца — белый мужчина, возраст около тридцати, женатый, имел одного ребенка, менеджер среднего звена — считал себя вампиром. Жертвы его подвергались пыткам, изнасилованию и, как правило, при обнаружении были совершенно обескровленными. Убийца пробирался в дома через застекленные двери. Жертвами выбирались те, кто жил один на первом этаже тех домов, возле которых росли густые заросли.

Он писал в полицию письма, в которых сообщал, будто «голоса» говорили ему, что он преемник графа Дракулы, что вынужден пить кровь для того, чтобы выжить. В итоге полиция разослала потенциальным жертвам предупреждение, чтобы они развесили у окон и дверей связки с чесноком, большие церковные кресты и всегда держали под рукой сосуды со святой водой. В конечном итоге преступника поймали, и он рассказал полиции, что в самом деле несколько женщин спасли себе жизнь тем, что воспользовались советами полиции: преступник не смог войти в их дома из-за запаха чеснока.

Джордан откинулась на спинку стула, недоверчиво уставившись в книгу. Хотелось бы знать, считают ли себя итальянские потенциальные вампиры невосприимчивыми к чесноку. Джордан поймала себя на том, что думает о Рагноре. Она никогда не встречала его утром или в первой половине дня. Он имел странную привычку появляться там, где она меньше всего ожидала его встретить, и исчезать тогда, когда ей казалось, что он должен находиться где-то поблизости. И он так и не сказал ей ничего о своем прошлом.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать