Жанр: Исторические Любовные Романы » Кэтлин Норрис » Чайка (страница 32)


Ах, зачем он приехал и усложняет все!.. Завтра последний день и завтра – сердце в ней запрыгало – она снова увидит Кента. Они будут говорить… о том или не о том, – но будут! А приезд Билли внесет сумятицу.

Она торопливо простилась с Билли у дверей буфетной, воспользовавшись приходом Рози. Но его заключительные слова беспокоили Жуаниту.

– Скажите, а не из-за меня ли мать хочет сплавить вас на Филиппины, а? – спросил он подозрительно.

Боже, а если он вздумает прямо спросить об этом мать! Какая неприятная и неловкая история может получиться из всего этого! Кент спросит миссис Чэттертон о Сидни Фицрой, а этот Сидни, может быть, ее старый поклонник или даже возлюбленный, – и это оскорбит ее. Потом Билли будет пытаться расстроить план отъезда ее, Жуаниты. Как миссис Чэттертон рассердится на всех них!

Она легла, но не могла уснуть от возбуждения. Сцены сегодняшнего дня проходили перед ней. Она снова вскочила в темноте и выглянула в окно. Окно библиотеки внизу еще светилось. Неужели они еще играют?

На другое утро, когда она работала с миссис Чэттертон в маленькой гостиной, Кент вошел и поздоровался с нею, как будто ничего не случилось.

Это поразило Жуаниту. Инстинктивно стараясь не выдать себя, она смотрела в бумаги, но буквы и цифры бешено плясали перед глазами, а дышать было трудно.

– Алло, Кент! – дружески встретила его миссис Чэттертон и снова обратилась к своей помощнице:

– Измените тут немного, Жуанита. Напишите, что миссис Чэттертон не может сейчас дать ответа.

– Мистер Чэттертон шлет вам сердечный привет. Он сейчас на пути в город вместе с Билли, – сказал Кент, опускаясь в кресло. – Приедут к пяти часам.

– Ну вот, уехать на весь день! – с хорошо наигранным сожалением отозвалась миссис Чэттертон, которой стоило немалых усилий устроить этот отъезд. – Что, Билли приглашен куда-нибудь сегодня вечером? – спросила она небрежно.

– Не знаю. Он как будто говорил отцу, что не поедет с вами обедать к Роджерсам, так как устал и ляжет спать рано.

– Вот как! – Она соображала. Жуанита должна уехать завтра утром. Через три дня она будет на море. Терпение. Терпение.

– Жуанита вам рассказывала, какое далекое путешествие мы совершили вчера к морю за Монтерей? – спросил он лениво. Горло Жуаниты сжалось. Он может таким легким тоном упоминать об этом?

– Да, я слышала. Ну, кажется, теперь все, Жуанита, – заметила ласково Джейн. – Что, чемодан уже уложен? – добавила она, когда девушка пошла к двери.

– Да, миссис Чэттертон.

Она проходила по коридору, словно слепая, вне себя от горького разочарования, когда Кент очутился возле нее.

– Пришлось снова идти в кабинет за списком для ее благотворительного бала. Она хочет, чтобы мы вместе его просмотрели, – сказал он вполголоса, поглядывая на одну из горничных, чистивших ковер в нескольких шагах от них. – Но я хочу еще увидеться с вами. Не погуляем ли часов в пять? К чаю будут гости, и мы можем отлучиться незаметно.

Снова прилив счастья. Жуанита неуверенно улыбнулась ему через плечо, близкая к слезам, благодаря этой быстрой смене приливов и отливов в сердце.

– Хорошо, – ответила она, покраснев.

– Мне тяжело из-за вчерашнего, – сказал Кент мрачно, с горечью. – Мне не следовало будить в вас чувства. Вы… Вы бы лучше забыли обо всем этом, Жуанита. Вот что я хотел вам сказать!

– Будить… во мне… – Пол закачался под ее ногами. Она заикалась: – Что вы хотите сказать этим «забыть»?

– Хочу сказать, что вам надо забыть все, что было, – повторил он упрямо, не поднимая глаз.

– Но, Кент… Так вы не…

– Что? – спросил он почти грубо.

Ужасное чувство стыда и одиночества охватило ее. В конце концов, что особенного было вчера сказано? Что изменилось? Он поцеловал ее после веселого долгого дня, вот и все.

– Вы… вы… – пыталась она что-то сказать, страстно желая уйти от него поскорее.

– Да что же? В чем дело? – спросил он жестко, пристально глядя ей в лицо.

Гордость взяла верх, осушила слезы раньше, чем они пролились. Жуанита отвернулась и стала подниматься по лестнице.

– Жуанита, – пробормотал он ей вслед, – ведь это ради вас. Я не могу… Это было бы нечестно.

Ответа не послышалось. Жуанита была уже на верхней площадке. Она открыла дверь и ушла, не кинув ему ни одного взгляда.

Кент невольно сделал шаг за нею, потом остановился. Он стоял неподвижно довольно долго, все еще хмурясь, глядя вниз на свои башмаки. Потом пошел обратно в гостиную к миссис Чэттертон.


Джейн разговаривала по телефону, когда вошел Кент. По глаза ее поверх трубки улыбались вошедшему.

– Вы прелесть, Луиза! – сказала она в трубку. – Я объясню вам при свидании, почему я так настаиваю. Вы позвоните в шесть? Он сейчас в городе с Кэрвудом, но он возвратится к вечеру. Попросите его энергично, и он не захочет вас обидеть. И я буду чрезвычайно вам обязана – я не хочу, чтобы он сегодня обедал один дома.

Она повесила трубку и повернулась в кресле. Кент сел на стул напротив и посмотрел на нее с восхищением.

– Это вы Билли пристраиваете? Ловко!

– Миссис Ивенс хочет пригласить его обедать у них… Вы знаете, ее девушки ему очень нравятся. Они постоянно встречаются летом.

Но его не обманул невинный вид, с которым она принялась разбирать письма.

Билли будет, ничего не подозревая, сплавлен на вечер из дому, а завтра Жуанита уедет, и дело будет кончено.

Кент занялся какой-то диаграммой, делая пометки карандашом.

– Чем это вы так прилежно занимаетесь? – спросила через некоторое время Джейн и наклонилась

над диаграммой. Их лица почти соприкасались. Она протянула руку, чтобы взять диаграмму, и на секунду эта рука легла на его руку. Она взглянула в такое близкое от нее лицо, тихонько посмеиваясь.

– Ведите себя прилично, Джейн, – сказал Кент мягко. Она невинно подняла брови.

– А разве я неприлична?

– Женщины, подобные вам, опасны в наше время именно тем, что они сами не знают, когда они приличны и когда – нет, – сентенциозно заметил Кент, отстраняясь немного и отодвигая диаграмму от соседки.

– Да, кажется, вы правы, – согласилась она с глубоким вздохом, глядя на него своими вызывающе красивыми глазами.

Трещали поленья в камине. День был холодный, без солнца, но здесь, внутри, было светло, тепло, красочно. Джейн шуршала страницами, бросала шарики из бумаги в камин, где они вспыхивали и исчезали. Кент у стола делал какие-то вычисления. Часы пробили полдень.

– Вам придется израсходовать тысячу четыреста, по меньшей мере, – заявил Кент, окончив подсчет.

– Бросьте это скучное занятие, садитесь сюда и давайте поболтаем, – скомандовала Джейн.

Он посмотрел долгим взглядом, немного покраснел и, пожав плечами, повиновался.

– О чем же?

– О чем хотите. Ну, хотя бы, обо мне. Я делаю глупости, Кент, но, если я всегда с честью выхожу из положения, и никто не страдает от этого, – то что же тут плохого?

– О чем вы говорите?

– Да все о том же, о чем мы говорили в последний раз. Я была глупа, когда две недели назад встреча с Жуанитой в моем доме потрясла меня. Не стоило беспокоиться из-за всей этой истории. Все уладилось как нельзя лучше. И Элиза Кольман, и девушка довольны; Билли, как я вижу, и не думал увлекаться ею.

– Так Билли не пал жертвой, а? – заметил Кент, вытянув длинные ноги и глядя в огонь.

– Очевидно, нет. У него просто не было к тому возможности.

– Не могу того же сказать о себе! – осторожно вставил Кент.

Она метнула на него быстрый, подозрительный взгляд, но он по-прежнему упорно смотрел в огонь.

– Не объясните ли вы, Кент, что вы под этим подразумеваете?

– Самую обыкновенную вещь, – отвечал он.

– Вы?.. – В ее голосе звучало удивление, нежелание поверить. Прошла целая минута в молчании.

Кент поднял голову, тяжело перевел дух и посмотрел ей в лицо.

– Да, – ответил он прямо. – Это овладело мной с некоторого времени, я был поражен, боролся целые недели… Но зачем обманывать себя? Я люблю ее.

Джейн помолчала. Опершись головой на руку, она смотрела на узор подушки.

– И вы это говорите мне, Кент! – промолвила она, наконец.

– Я ничего другого не могу сделать.

– А знаете ли вы, – Джейн вдруг перешла на легкий тон, – знаете вы, что я бы очень на вас рассердилась, если бы поверила тому, что вы сказали?

Кент не ответил. Через несколько минут женщина снова начала осторожно, но не серьезно:

– Если бы я вам поверила, милый мой друг, (а я в это не верю), я бы, вероятно, спросила вас, каким своеобразным кодексом морали вы руководствовались, делая мне это любопытное признание. Та… привязанность, которую вы мне выказывали, – ведь я не поощряла ее, не так ли, Кент? Не было ли скорее наоборот, я удерживала вас на расстоянии, твердила вам, что не жду от вас преданности на всю жизнь? Мне кажется, что…

– Зачем этот тон? – пробормотал Кент, скрестив руки и отвернув опечаленное лицо.

– Какой тон? – спросила она быстро. – Ведь мы говорили о несуществующих вещах, не правда ли? Я не верю, Кент, что мужчина способен прийти к женщине – к женщине, чувствующей к нему то, что я чувствую к вам, – и сказать ей серьезно такую вещь.

Кент оттолкнул свой стул и подошел к ее креслу у камина, глядя сверху вниз на ее неподвижное лицо.

– А что же, по-вашему, ему следовало сделать? – спросил он.

– Ах, Кент, – сказала она, не сдаваясь, с примирительной улыбкой. – Не будем делать друг другу больно подобными шутками.

– Но я говорю совершенно серьезно, – настаивал он. – Она мне всегда нравилась, а недавно это приняло иной характер. В воскресенье я убедился, что люблю ее, – вот и все. Я хочу иметь свою семью, жену и детей, взять от жизни свою долю любви, радостей и забот.

Джейн снова склонила щеку на руку.

– А как же я, Кент? – спросила она глухо. – Ей будет очень хорошо, и мне бы следовало радоваться за нее. Но я не могу радоваться, Кент, – прибавила она внезапно, глядя на него: глаза у нее были влажны и улыбались, губы дрожали. – Два месяца, даже две недели назад я ощущала только гордость, что такой человек, как вы, любите меня. Теперь… теперь оно немного иначе. Были минуты, когда вы мне были нужны, когда меня так радовало сознание, что… что у меня есть друг!

– Дорогая моя Джейн, он у вас всегда будет!

– Как верить этому, зная, что вы любите другую? – сказала она горячо.

Теперь и она подошла к камину, благоухающая, прелестная со своими увлажненными глазами и взволнованным лицом.

– Скажите, что вы шутите, что только хотели помучить меня, Кент! – зашептала она. – Все это так запутанно теперь, так жутко для меня… Я не могу отпустить вас… Только несколько дней назад вы были моим верным рыцарем…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать