Жанр: Фэнтези » Дэйв Волвертон » Властители рун (страница 112)


52. Лучший день жизни

Ордин очнулся от боли, понятия не имея, сколько прошло времени. Кровь на губах еще не засохла, от нее на языке ощущался привкус меди. Сейчас, подумал Манделлас Ордин, Радж Ахтен ударит меня снова, забьет до смерти.

Но ничего не происходило. Ордин лежал без сил, в полубессознательном состоянии, ожидая смертоносного удара, который так и не последовал.

Обладая множеством даров жизнестойкости, Ордин был способен выжить, получив даже очень серьезные ранения. Во всяком случае, сейчас жизнь его находилась вне опасности, возможно, на выздоровление понадобятся недели, но смерть ему не грозила.

Именно этого он и опасался.

Он открыл здоровый глаз и попытался осмотреться. Высоко над головой сквозь облака тускло светило солнце; потом небо потемнело.

Поляна, на которой он лежал, была пуста.

Ордин сглотнул, напряженно пытаясь понять, что происходит. Перед тем, как потерять сознание, он услышал слабое треньканье. Наверно, оцепенело осознал он, этот звук издавала кольчуга Радж Ахтена, когда он убегал отсюда.

Ордин оглядел поляну, прилегающую к подножью холма. Ветер негромко посвистывал в соснах, трава вокруг была сильно примята. Всего в пяти пядях от него, словно пух чертополоха, в воздухе порхала стая скворцов. Однако благодаря ускоренному восприятию, и их движения, и покачивание ветвей казались Ордину замедленными.

Радж Ахтен убежал.

Он не стал добивать меня, понял Ордин, потому что догадался, что я часть «змеи». Он не стал добивать меня, чтобы я не мешал ему атаковать замок. Издалека до Ордина донесся шум, похожий на рев бушующего моря. Достаточно громкий, точно огромные волны то вздымались, то опадали. И тут, наверно, измененное восприятие сыграло с ним шутку.

Скорее всего, это были крики, обычно сопровождающие сражение. Опираясь на одну руку, он с трудом приподнялся и с вершины Тор Ломана бросил взгляд на Лонгмот.

То, что он увидел, ужаснуло его.

Завеса из дождя или, может быть, мокрого снега полускрывала огромный костер, пылающий перед замком. Пламяплеты и саламандры вытянули ужасающую энергию из этого потустороннего огня, и сейчас гигантская волна зеленого пламени с ревом катилась в сторону замка. Фрот великаны подтаскивали к нему огромные осадные лестницы. Еще одна, на этот раз темная волна, хлынула в сторону Лонгмота — это мчались боевые мастифы в своих железных ошейниках и устрашающих масках.

Во тьме, окутывающей замок, со всех сторон к нему бежали «неодолимые» Радж Ахтена, размахивая мечами и подняв высоко щиты, чтобы защититься от стрел.

Все прислужники Радж Ахтена, точно смерч, обрушились на Лонгмот. По мере того, как Пламяплеты притягивали к себе солнечный свет, небо становилось все чернее;

Король Ордин с Тор Ломана видел все, что происходило внизу. С его метаболизмом, небеса, казалось, темнели медленно, и так же медленно скользили вниз солнечные пряди, вспениваясь и свертываясь спиралью, словно захваченные торнадо.

И он ничем не мог помочь защитникам замка. Не мог принять участие в битве, не мог даже ползти.

Он заплакал, тихо, без единого звука. Радж Ахтен лишил его всего, и прошлого, и настоящего. Теперь настала очередь будущего.

Менделлас с трудом повернулся и пополз по каменным ступеням, ведущим на обсерваторию.

Чтобы не думать о боли, терзавшей его переломанные конечности, он попытался вспомнить что-нибудь хорошее. Праздники во дворце в Мистаррии, в самой середине зимы, на День Милосердия.

Всегда в эти дни по утрам с болотистых низин поднимался такой густой туман, что человек, стоя на главной башне и глядя вниз, чувствовал себя как Небесный Владыка, плывущий по облачному морю, — таким тонким, просвечивающим был этот туман. Сквозь него проступали очертания более низких башен в гавани, далеких сосновых лесов на западных холмах и мерцающее в южной стороне море Кэррол, в котором отражалось небо.

В эти утренние часы ему всегда нравилось стоять в башне своей собственной обсерватории и наблюдать, как ниже него летят на юг темные клинья гусей.

В его памяти всплыло давнишнее воспоминание об одном из самых лучших дней его жизни, когда на рассвете он, бодрый, полный жизни, спустился со своей башни и отправился в спальню жены.

Он собирался отвести се в обсерваторию, чтобы показать восход солнца. За несколько недель до этого от раннего мороза в саду погибли вес розы, и Ордин хотел показать жене, как солнце медленно поднимается над горизонтом, окрашивая небо и полупрозрачный туман в мягкий розовый цвет.

Но когда он оказался у нее в спальне, жена лишь улыбнулась и сказала, что может предложить ему кое-что поинтересней.

Они занялись любовью на тигровой шкуре перед камином.

К тому времени, когда они закончили, солнце стояло уже высоко. На улицах Мистаррии перед замком собралось множество бедняков — в этот день всегда раздавали милостыню.

Весь остаток дня король и королева разъезжали по городу в огромных повозках, раздавая нуждающимся мясо, репу, сушеные фрукты и серебро.

Это

была нелегкая работа. Время от времени Ордин и его жена делали небольшую передышку, с улыбкой глядя друг на друга.

Ордин не вспоминал об этом дне годами, хотя в памяти сохранилось все — и картины, и звуки, и запахи. Обладая двадцатью дарами мудрости, Ордин мог по желанию вызывать такие воспоминания во всей их полноте. Это был волшебный день. И именно в этот день, как стало ему известно спустя несколько недель, его жена забеременела их первенцем, Габорном.

Ах, как страстно он хотел ее до сих пор!

Когда Ордин полз по ступеням Очей Тор Ломана, в небесах снова появился свет, и король в ужасе увидел, как приближается к замку чудовищная волна огня, созданная тварями Радж Ахтена. В небе плыли странные разноцветные облака из разных порошков — серые, черные, красноватые, желтые от серы.

На таком расстоянии и учитывая скорость восприятия Ордина, казалось, что безбрежная волна зеленого огня накатывает на замок медленно. Пока Ордин полз по каменным ступеням, он, кроме всего прочего, ломал голову над тем, с какой целью приходил сюда Радж Ахтен. Уж наверно не для того, чтобы полюбоваться на Лонгмот. Ничего нового для себя он отсюда не увидел бы.

Нет, Лорда Волка беспокоило что-то еще.

Забравшись наверх, Ордин оглянулся. В восточном направлении над равнинами клубилась пыль, словно дым от огромного костра, и сверкали щиты, отражая солнечный свет. Со стороны замка Гровермана надвигалась какая-то армия.

Как ни велико было пыльное облако, Ордин рассудил, что армия не могла быть большой. От силы тысяч тридцать простолюдинов, впервые взявших в руки оружие. С «неодолимыми» Радж Ахтена им не справиться.

Но Ордин не сомневался, что возглавляет эту армию его сын.

Конечно, У Габорна хватит ума не нападать на Радж Ахтена. Нет, это просто какая-то военная хитрость. Ордин улыбнулся. Когда имеешь дело с таким человеком, как Радж Ахтен со всеми его дарами мудрости, попытка сбить его с толку может рассматриваться как оружие. Каждый сражается как может и его сын не исключение.

Почти во всех столкновениях победа остается за теми, кто отказывается подчиниться. Принц смиряться никак не желал.

Отлично задумано, сказал себе Ордин. Радж Ахтен не сомневался, что возьмет Лонгмот за два дня. Теперь ему стало ясно, что все не так просто и придется иметь дело еще с одной армией. Король Ордин очень надеялся, что уловка его сына сработает.

И все же в глубине души его терзал страх. Габорн, конечно, не станет атаковать Радж Ахтена. Или все же нападет на него?

Да, именно так он и сделает, больше Ордин не смог себя обманывать. Если будет убежден, что таким образом сможет спасти отца.

Страх нарастал. Мальчик рискнул собой, чтобы спасти Посвященных врага. Защищая женщину, мальчик стал лордом, Связанным Обетом.

У Ордина не осталось никаких сомнений. Конечно, Габорн ввяжется в бой с Радж Ахтеном, даже зная, что наиболее вероятным исходом будет смерть!

Как раз в этот момент гигантская волна захлестнула замок, взметнув в небо столбы испепеляющего пламени. Люди падали со стен, словно горящие птицы. Великаны, боевые псы и «неодолимые» ворвались в ворота.

И все же связанные с Ордином Посвященные были, по-видимому, живы, иначе он непременно почувствовал бы связанные с их гибелью внутренние изменения. Адское пламя не добралось до них.

Внезапно Ордин ощутил сильнейший толчок где-то глубоко внутри. Ударь. Ударь сейчас, если можешь!

И тут до него дошло, что фиаско, которое грозит защитникам замка, может подтолкнуть их к действиям и что ключ к победе находится у него. Если положение в замке станет безвыходным, люди, входившие в «змеиное кольцо», будут вынуждены сражаться, не имея возможность прибегнуть к метаболизму, который был их общим достоянием. Рано или поздно один из них погибнет и «змея» заработает. Но кто станет ее новой головой?

Уж конечно, не Дрейс, надеялся Ордин.

Нет. Это должен быть Шостаг. Могучий и на свой собственный грубоватый лад достойный уважения. Сильный воин.

Надо дать им шанс до того, как дело станет совсем плохо.

Ордин подполз к краю обсерватории и заглянул вниз. Очи Тор Ломана стояли на мысу, с западной стороны под ним торчали вверх острые скалы. Здесь, подумал Ордин. Самое подходящее место.

Не раздумывая больше, он бросился вниз. «Змеиное кольцо» должно быть разорвано. Пусть Шостаг-Дровосек потрудится, зарабатывая право на земли и титул. И пусть Габорн живет, чтобы унаследовать то, что принадлежит ему по праву рождения.

А я возвращаюсь в объятия женщины, которую люблю.

Со всеми его дарами метаболизма, Ордину казалось, что он падает медленно, почти плывет навстречу своей смерти.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать