Жанр: Современные Любовные Романы » Барбара Бреттон » День, когда мы встретились (страница 34)


Глава 17

Николь никак не удавалось заснуть. Она вертелась с боку на бок и даже пыталась засунуть голову под подушку, чтобы не видеть света, проникавшего из-под двери, и не слышать шума на кухне, но ничего не помогало. Наконец, отчаявшись заснуть, она зажгла лампу и стала листать журнал, но была слишком возбуждена, чтобы сосредоточиться. Строчки танцевали перед глазами. Она со злостью отбросила журнал и стала смотреть в потолок.

Мать и тетя Клер спорили на кухне вот уже два часа, и Николь готова была взвыть. Она хотела было присоединиться к ним — в конце концов, разговор шел о ней, — но мать строго приказала ей идти спать. Николь повернулась было к Клер, ища у нее поддержки, но та сказала: «Ты слышала, что говорит твоя мать?» — и отвернулась. От матери Николь еще могла такое стерпеть, но от тети Клер уж никак не ожидала.

Наверное, никому из них нельзя верить. Наобещают с три короба, а потом на попятную. Только и слышишь: «Это для твоего же блага, дорогая… Когда-нибудь сама поблагодаришь… Будешь в моем возрасте — поймешь…»

Сколько можно считать ее маленькой?! Она и сейчас все отлично видит. Видит, что мать думает только о себе. Это мать виновата в том, что они с папой больше не одна семья. Ей, видите ли, надоело мотаться за ним с места на место! А что думают дети — до этого ей никогда не было дела.

Можно подумать, ей не нужны деньги! Ведь лишней тряпки не может себе позволить, и машина такая, что давно уже пора в утиль. Почему бы не разрешить дочери самой зарабатывать себе на жизнь? Если тетя Клер права и Николь действительно станет супермоделью, то она сможет чаще быть с папой, как бы далеко он ни был. Она сможет летать к нему сколько хочет, даже первым классом, как рок-звезды и киноартисты.

Отец, возможно, даже не догадывается, как она скучает по нему, ибо всякий раз, когда он звонит, столько всего надо сказать, что не хватает времени даже на самое важное.

Николь знала, не его вина, что он так далеко от нее. Армия — дело подневольное, сегодня он дома, а завтра его могут послать куда-нибудь, куда даже семья не может за ним поехать. Вот почему он так торопился расписаться с этой Салли.

— Мне, конечно, хотелось бы, — сказал он тогда, — чтобы вы с Чарли присутствовали на нашей свадьбе. Но меня посылают на Ближний Восток, не знаю, когда вернусь, так что мы с Салли решили поторопиться… — Отец не сказал этого, но Николь поняла, что он может и не вернуться.

Николь не знала как следует, что делает отец на этом самом Ближнем Востоке, но знала, что обстановка там опасная. Как знала и то, что мать собирается сделать большую ошибку с этим Конором. Может быть, если бы мать хоть раз спустилась на землю с небес, она бы увидела, что он за птица? Ее тетки, кажется, что-то говорили о том, как погиб его напарник. Похоже, Конор просто подставил под пулю дружка, чтобы спасти свою задницу. И ему еще дали за это отпуск, словно он его заслужил! Николь так и сказала его родственничкам, вот они и накинулись на нее.

Впрочем, если им нет никакого дела до того, что она о них думает, то что ей за дело до них? Пусть отец женится на женщине, с которой знаком без году неделя, пусть мать выходит за придурка, подставившего под пулю лучшего дружка.

Николь решительно встала, включила компьютер и стала рыскать по сайтам. Не нужна ей помощь никакой тети Клер. Она и сама не пропадет, заявила Мэгги сестре.

— Оставь в покое мою дочь, и я от тебя отстану.

— Подумай хорошенько, Мэгги! — Клер налила себе чашечку кофе. — Эта девочка — золотая жила! Не пожалей потом!

— Эта девочка — моя дочь. И я не хочу, чтобы она стала такой, как… — Мэгги осеклась на полуслове.

— Как я? Договаривай, не стесняйся! — усмехнулась Клер. — Мы и так уже сказали друг другу массу нелицеприятных вещей.

Мэгги смутилась.

— У тебя была трудная жизнь, Клер, — осторожно сказала она. — Я не хочу, чтобы у Николь была такая же.

— Хорошо сказано, — одобрила Клер. — Жестко, но справедливо.

— Я не шучу!

— И я не шучу. У меня была дерьмовая жизнь, и ты хочешь уберечь от этого Николь. Кто посмеет осудить тебя за это?

— Я не говорила «дерьмовая». Я сказала «трудная».

— Это одно и то же. Послушай, разве ты не хочешь, чтобы твоя дочь стала блестящей сменой старушке Клер?

Мэгги усмехнулась, хотя ей было не до смеха.

— Только не это, — не сдавалась она. — Это уже было в нашей семье, пора попробовать что-нибудь новенькое.

— Мы уже говорили об этом весь вечер, — сказала Клер. — Моя звезда заходит, звезда Николь восходит. Я могу помочь ей, напутствовать ее, уберечь от ошибок. Я позабочусь о том, чтобы с ней обращались помягче.

— Понимаю, — заявила Мэгги. — Но мое решение остается тем же. Я не позволю, чтобы пятнадцатилетняя девочка становилась фотомоделью.

«Как и не отдам ее тебе, Клер, при всей моей любви к тебе».

— Ты совершаешь большую ошибку, Мэгги!

— Я так не думаю.

— Ты слишком самоуверенна, Мэгги. Это твой недостаток.

— Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои недостатки. Я знаю лишь одно: никаких тайных снимков больше не будет. Только через мой труп!

Клер посмотрела на нее:

— Ну да, конечно! Ты ведь всегда принимаешь только правильные решения! И когда бросила Чарлза, и когда вернулась в эту дыру, чтобы жить такой жизнью, от которой любой нормальный человек сбежит на следующий день. Неудивительно, что идеалы твоей дочери не совпадают с твоими!

— Разговор окончен, Клер.

— Что, правда глаза колет? Ты ведь всегда так любила

правду. Ты не можешь навязывать Николь свой образ жизни. Она не такая, как ты. Она любит путешествовать, а не торчать в Богом забытом городишке. Она скучает по Чарлзу. Она хочет от жизни большего, чем работа за гроши или брак с каким-нибудь неудачником.

— На себя посмотри, Клер! Я по крайней мере не затягиваю пятнадцатилетних девочек на путь порока. Я отлично знаю, что такое фотомодель. Мне ты можешь сказок не рассказывать!

— Может быть, я и действительно так плоха, как ты расписываешь. Но я по крайней мере не сплю с мужиками, по которым тюрьма плачет.

Звук пощечины эхом отдался в кухне. Ладонь Мэгги встретилась с холеной щекой Клер, но ни один мускул не дрогнул на лице знаменитой красавицы.

— Как это мило! — Клер осторожно дотронулась до щеки. — А мы, однако, больше похожи, чем я думала! Прекрасный пример для Николь…

Рука Мэгги опустилась.

— Прости, — пробормотала она.

— Ладно, что уж с тебя взять. Я вот что хочу сказать: помнишь того замечательного парня, за которого тогда вышла мать? Я думаю, тебя до сих пор тошнит от одного воспоминания о нем! А теперь подумай: хорошим ли отчимом будет твой ненаглядный Конор?

— Не твое дело.

— Вот погоди, скоро начнется суд, тогда станет видно, чье это дело!

Мэгги на минуту задумалась. С тех пор как она обнаружила у Конора фотографию Бобби, тот ни разу не заводил разговора об этом происшествии. Мэгги тоже — зачем бередить Конору душу? Она уже почти успела забыть об этом. Недавно, правда, Конор упоминал, что суд начнется за неделю до Дня благодарения и закончится, вероятно, в начале декабря, но при этом казался безразличным.

— К чему ты клонишь? — спросила Мэгги. Клер, казалось, была не на шутку удивлена.

— Ты знаешь к чему.

— Ей-богу, не знаю!

— Разве Элли тебе не говорила?

— О чем?

— Вообще-то это держится в строгом секрете, но защита, похоже, собирается облить твоего дружка дерьмом. — Клер выпалила это с каким-то злорадством. — Они считают, что он вполне мог бы помочь этому Бобби, но просто струсил.

— Не верю! — решительно заявила Мэгги. — Это не похоже на того Конора, которого я знаю.

— Лучше скажи — на того Конора, каким ты хочешь его видеть. Ты сейчас слепа, Мэгги. За тебя думают твои гормоны.

— Я знаю о Коноре все.

Она знала, что он добрый, умный, веселый и смотрит на нее как на богиню. Что еще нужно о нем знать?

— Ты не знаешь жизни, Мэгги. Ты всегда жила в своем мирке. Ты совершаешь все ошибки, какие только можно совершить, и сама того не замечаешь. Ты просто выбрала себе не того человека.

— Ты нарываешься на грубость, Клер!

— Ты говоришь, что заботишься о детях, и я тебе верю. Но если ты и вправду о них заботишься, почему не подыщешь им лучшего отчима?

— Разговор окончен, Клер!

— Боишься, что я разрушу твою мечту? — Мэгги тряслась от злости.

— Убирайся вон, Клер! — Клер собрала свои вещи.

— Подумай о моих словах, Мэгги! Он, может быть, и хорош в постели, но будет ли он хорошим отцом? Наша мать тогда об этом не подумала, а в результате расхлебывать пришлось мне.

— Мать тут ни при чем. Во всех твоих проблемах виновата ты сама.

— Откуда ты знаешь? Ты убежала из дома, как только представился первый же случай.

— Можно подумать, я убежала из дома так, как убежала ты в шестнадцать лет! Я вышла замуж, и, между прочим, вполне официально.

— Это был лишь повод, чтобы убежать из дома! — не собиралась сдаваться Клер. — Чарлз был высокий, красивый, собирался повидать мир. Вот ты и решила убежать с ним.

— Я любила его.

— И хотела убежать из дома.

— Да, хотела! Хотела иметь свой дом, семью. Что здесь плохого?

— Да я как раз и не осуждаю тебя за то, что ты хотела убежать из дома. Я ведь тоже хотела. Просто выбрала другой путь. А какой путь выберет Николь — решать ей самой.

Чарли наутро был весел и держался как ни в чем не бывало. Николь же по-прежнему продолжала дуться на Мэгги. Атмосфера в кухне казалась накалившейся до предела.

— Я бы посоветовала тебе поторопиться, — обратилась Мэгги к дочери. — Я не собираюсь везти тебя на машине, если опоздаешь на автобус.

Мэгги ожидала, что Николь, как обычно, просто буркнет что-нибудь в ответ. Но на этот раз реакция была более бурной. Николь проглотила, почти не жуя, бутерброд, одним махом опустошила стакан апельсинового сока, и, подхватив свои книги, пулей вылетела из дома, даже не попрощавшись. Через пару минут ушел и Чарли, и Мэгги осталась наедине с Тайгером, Дейтой и своими невеселыми мыслями.

У нее был еще час до работы. Посуду Мэгги вымыла за несколько минут, дом не требовал уборки. Чем бы заняться? Может, поискать в Интернете информацию об убийстве Бобби Ди Карло? Ей не хотелось идти в библиотеку и просить Карен, библиотекаршу, найти в газетах что-нибудь об этом деле, тем более что уже, казалось, весь город знал, что Мэгги встречается с Конором.

Мэгги чувствовала себя после вчерашнего так, словно она побывала в стане врагов. Это была настоящая война, хотя не падали бомбы и не рвались снаряды. Впрочем, ее родные встретили Конора не лучше.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать