Жанр: Документальное: Прочее » Вокруг Света » Вокруг Света # 7-2005 (2778) (страница 5)


Четыре из тех гитлеровских деревьев каким-то чудом дожили до наших дней, и останутся на бульваре как минимум до 2008 года, когда предполагается устроить генеральную санацию всего липового хозяйства. А также, возможно, подреставрировать некоторые здания, которые выходят фасадом на бульвар, – например, Государственную библиотеку, расположенную в самом его начале, на южной (академической) стороне. До 1904 года здесь стояло одно из колоритнейших зданий Унтер-ден-Линден – Прусская Академия искусств и наук. Точнее, Академия занимала только второй этаж, а на первом разместилась конюшня лейб-гвардии кирасирского полка. Узнав об этом оригинальном решении короля Фридриха I, ироничный Лейбниц предложил ему выбить на фронтоне: Mulis et Мusis: «Для мулов и муз». Сейчас в скучном на вид доме начала ХХ столетия, построенном на месте «конюшни муз», царит, однако, большое оживление. Студенты со всего Берлина, естественно, валом валят в лучшую библиотеку города. Здесь я, по ходу дела, снова убедился, что «гений места» – не пустое словосочетание. Вдоль всего первого этажа в специальных стойках стоят «стальные кони» посетителей – велосипеды. Время от времени какая-нибудь лихая читательница вскакивает на своего «Россинанта» и срывается с места по направлению к Бранденбургским воротам. Союз мулов и муз сохраняется.

Новые времена под липами: жвачка вместо «правды»

Разделение на Академическую и Дворцовую стороны оставалось актуальным до превращения Берлина в столицу Германской империи.

А затем патриархальной «семейной» жизни на бульваре настал конец. Унтер-ден-Линден превратилась в «плавильный котел» Второго рейха. Жители с улицы не исчезли совсем (как сейчас), но их впервые потеснил Турист. Уютные домики и небольшие гостиницы вроде «Санкт-Петербурга» или «Русского двора» сменились громадинами с неоренессансными и необарочными фасадами. Роскошь, к которой практичные пруссаки не считали нужным стремиться, стала, однако, имперским «знаком качества» на знаковом проспекте. А еще – разгорелась страсть к зрелищам. На месте «Русского двора» (северная сторона) выстроили Кайзеровскую галерею. Кроме роскошных магазинов с витринами, полными драгоценностей и деликатесов, в ней открылись паноптикум и фотопанорама. Про паноптикум, гвоздем которого неизменно служила коллекция половых органов, горожане немедленно придумали грубоватую«репризу» в своем духе: «Что первым делом надлежит увидеть в Берлине? Унтер-ден-Линден. Что первым делом надлежит увидеть на Унтер-ден-Линден? Паноптикум. Что вы увидите в Паноптикуме? Тссссс…»

В общем, на бульваре началось формирование общества потребления и развлечения. Скромные берлинские кондитерские вроде заведения Фукса по соседству с гофмановским «Заброшенным домом» уступили свои помещения блистающим зеркалами венским кафе. На перекрестке с Фридрихштрассе их было сразу три: «Кранцлер», «Бауэр» и «Виктория». Люди часами просиживали за чашкой кофе с газетой в руках. Выражение «кофейный треугольник» в кайзеровском Берлине означало примерно то же самое, что теперь «бермудский»…

Реминисценция VIII

1983 год. У магазина кубинских товаров на первом этаже здания, построенного на месте разрушенного в войну кафе «Кранцлер», стоит обычная восточногерманская очередь. На перекресток со стороны Фридрихштрассе выезжает роскошный «мерседес» поверенного в делах ФРГ. Неожиданно сбоку на огромной скорости в него врезается военный газик Западной группы войск СССР, следовавший по Унтер-ден-Линден к Бранденбургским воротам (за ним гнались машины ГДРовской полиции и советской комендатуры). Из газика выскакивают два сильно помятых в аварии дезертира и начинают поливать проспект из «Калашниковых».

Очередь у кубинского магазина залегла. После ожесточенной перестрелки преступники были арестованы. До вожделенного Запада они не доехали метров триста. Говорят, что один из них позже умер от ран. Нескольких человек из очереди тоже задело, и их увезла «скорая помощь». Остальные тихо, дисциплинированно отряхнулись и в прежнем порядке выстроились за сигарами. Дипломат отделался легким испугом и на радостях согласился замять инцидент. Все-таки надежная машина – «мерседес».

Кафе на сегодняшней Унтер-ден-Линден хватает, но по-настоящему любимых в городе и замечательных – два. Одно, у Оперы, известно еще со времен ГДР – там часто собираются берлинские русские из среднего класса. Другое, «Эйнштейн», – на бульваре. Именно это последнее хранит старую традицию чтения свежих газет под липами. Кстати, о газетах. На том месте, где было кафе «Виктория», рядом с самой известной восточногерманской гостиницей «Унтер-ден-Линден» – странная торговая точка из красного мрамора. Это открытый в 80-х в присутствии нашего посла и Эриха Хонеккера Киоск № 1 для продажи советской прессы. Сейчас он торгует напитками и жвачкой.

А советское (ныне – российское) посольство занимает целый квартал на южной стороне бульвара. Полковник Меджидов зря в 45-м запретил артиллеристам расстрелять его. Все равно пропало. Вероятно, зданию не простили «предательства»: с 1941 по 1945-й в нем помещалось Имперское министерство по делам восточных территорий, то есть оккупированной части СССР. Сразу после войны его взорвали и, прихватив соседние участки, в 1951 году выстроили громадину, которая даже сейчас поражает воображение. У тех, кто видел интерьеры, особенно Зал приемов, не хватает выражений, чтобы описать пышность сталинского

ампирного размаха. Муниципалитет робко выступал тогда против сноса и предлагал отреставрировать старый дом. Но «вождь народов» отметил на карте, что советское посольство стоит на «острие» Унтер-ден-Линден, нацеленной как стрела в сердце Западного Берлина, и потребовал «показать класс».

Сквозь решетку забора несколько моих соотечественников разглядывают странный неряшливый квадрат на безупречном газоне посольского двора. «Раньше тут Ленин стоял, зачем своротили?» – посетовал один. «Зато доску про Горчакова повесили», – утешил его другой. Доска сообщает, что великий русский дипломат, который помог России «сосредоточиться» (именно так) после поражения в Крымской войне, действительно работал в старом здании Посольства Российской империи.

Память под липами: цена свободы

Около последнего перекрестка на бульваре с Вильгельмштрассе так и кажется, что сейчас из-за угла покажется Штирлиц. Ведь если спуститься по этой улице, попадешь как раз на ПринцАльбрехтштрассе, где его заставил трудиться Юлиан Семенов. Высокопоставленные офицеры разведки часто посещали ресторан аристократического отеля «Адлон», где собиралось высшее общество. Недавно отстроенный на прежнем месте, он готовится вновь взять на себя роль флагмана цен и мод, «берлинского Гранд-отеля в квадрате», как любил острить английский гость немецкой столицы, писатель Джером Клапка Джером. А я тем временем, к слову, попадаю в Квадрат.

Так берлинцы называют Парижскую площадь – Паризерплац. Она действительно представляет собой идеальный квадрат: 120 метров на 120. Это царство чиновников и дипломатов (туристы, разумеется, не в счет), «окопавшихся» за углом (в бундестаге) и на самой площади – в нескольких посольствах. Самое крупное из них – конечно, должно быть американское. Ему отведен участок прямо у Бранденбургских ворот. Однако пока оно не построено, представители дяди Сэма уже несколько лет препираются с городскими властями о мерах безопасности при строительстве.

Частные граждане США тем временем не теряют ни минуты, а активно осваивают пространство Паризерплац, разбавляя тем самым ее официальность. Знаменитый Фрэнк Гери возвел здесь банковское здание в авангардном духе. Немец Гюнтер Бениш «вторит» ему своей новой Академией искусств, возведенной, как водится на Унтерден-Линден, там же, где стояла старая, а в ней с конца 30-х годов вынашивал свои грандиозные планы по обновлению германской архитектуры Альберт Шпеер, любимец Гитлера.

Реминисценция IX

В 1939 году было официально объявлено, что рейхсканцлер Адольф Гитлер поручил Альберту Шпееру переустройство Берлина, который должен быть переименован в город «Германия». Столица лишалась не только имени, но и главной улицы – Унтер-ден-Линден. Ее должна поглотить так называемая Восточно-Западная ось длиной 12 000 и шириной 200 метров. Она прорежет сердце рейха от Франкфуртских ворот до Шарлоттенбургского шоссе. Чтобы дать место колоннам пехоты и техники, участок Под Липами тоже подвергнется расширению. Часть домов – отодвинуть, часть – снести! И так далее.

Огромная модель г. Германии хранилась в Бюро Шпеера на Паризерплац, и Гитлер часто приходил сюда, чтобы вдвоем со своим архитектором насладиться созерцанием будущей красоты. Работы были начаты в 1942 году, но очень скоро остановлены, а сам Шпеер сделался министром вооружений. В 1943 году в здание Бюро попала бомба, и модель сгорела. От гитлеровской Германии остались только чертежи.

Бранденбургские ворота, как уже готовый и подходящий символ военной славы, нацисты собирались оставить на своей Оси. Хотя за два века существования символический смысл этого монумента, увенчанного медной квадригой работы Иоганна Шадова, много раз менялся на прямо противоположный.

Изначально названные Воротами мира, они были призваны отметить окончание бурной эпохи фридриховских войн. Но после того как, разгромив всю прусскую армию в один день, под ними торжественно проехал Наполеон, ворота превратились в символ, скорее, позора, тем более что несентиментальный император французов снял медную Нику вместе с ее четверкой лошадей и увез в Париж как трофей.

Возврат квадриги и парад победоносных союзных войск 1814 года вновь приободрил пруссаков и стал прообразом всех немецких военных парадов будущего. Особенно много их состоялось в кайзеровские времена.

В день прихода к власти Гитлера свое победное шествие под Бранденбургскими воротами устроили нацисты.

После раздела Германии, правда, торжественные мероприятия здесь стали невозможными – как раз по линии Ворот прошла граница между двумя Германиями и двумя Берлинами. Зато не возникал вопрос, что они теперь символизируют, – «холодную войну», конечно.

Теперь немцы считают их символом Объединения и новой ФРГ.

…Мне повезло: один парад на Паризерплац я видел своими глазами. Это было шествие хоккеистов берлинского клуба, одержавшего победу в чемпионате Германии. Все прошло весело и не по-немецки бестолково. Пили пиво, горланили что-то кто в лес, кто по дрова…



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать