Жанр: Научная Фантастика » Андрей Николаев » Таро Бафомета (страница 21)


-- А вот и могила, о которой я вам говорила, - Марина отвела в сторону ветки бузины с едва распустившимися листьями.

Корсаков шагнул вперед. За кустами возвышался каменный крест. Время и непогода скруглили острые углы на мраморе, съели краску на буквах, но они все равно читались. "Анна Александровна Белозерская. 1807 - 1827". Разобрав надпись он замер: его удивило совпадение - Анюта тоже по отчеству была Александровна, и не сразу понял, о чем ему говорит Марина.

-- ...какая-то темная история. По официальной версии она умерла от воспаления легких, но в краеведческом музее я обнаружила дневниковые записи ее отца, Александра Петровича Белозерского. Он писал собственным шифром. Не слишком сложным и поэтому мне удалось кое-что понять. Судя по этим записям Анна Александровна умерла при родах. В имение ее привезли, чтобы скрыть от общества нежелательную беременность. Сами понимаете - в то время ребенок, появившийся вне брака бросал тень не только на мать, но и на всю семью. Отцом ребенка был офицер, лишенный дворянства, разжалованный в солдаты и сосланный в Сибирский корпус за участие в восстании декабристов. Александр Петрович, отец Анны, по одному ему ведомым мотивам записал ребенка, как собственного незаконнорожденного, а умирая, завещал ему большую долю наследства. Более точных сведений об отце ребенка найти не удалось, в бумагах он фигурирует под литерами А. К.

-- История, достойная пера Шекспира. Дюма, по крайней мере, уж точно, пробормотал Корсаков. - Скажите, Марина, а есть потрет этой женщины?

-- Есть коллекция портретов князей Белозерских, но я, честно говоря, не обращала внимания, есть ли там Анна Александровна.

-- Я смогу увидеть коллекцию?

-- Полагаю, это возможно... - как бы сомневаясь, сказала Марина.

-- Что-то вас не устраивает?

-- Не то, чтобы не устраивало... - она тряхнула головой так, что хвост на макушке разлетелся веером, - вы могли бы мне кое-что обещать?

-- Увы, я помолвлен с другой, и как благородный человек... - со слезой в голосе начал Корсаков.

-- Да ну вас, - Марина махнула на него рукой, - я серьезно.

-- Смотря что.

-- Игорь, если я попрошу вас не настаивать, чтобы Павел Викторович с вами выпивал?

Корсаков приподнял бровь.

-- Чего угодно ожидал, но только не этого. Ему же бутылка водки, как слону дробина!

-- В последний раз его еле выходили. Сердце.

-- Черт возьми, - выругался Корсаков, - я всегда считал, что Пашка здоров, как бык. Конечно, в таком случае клянусь, что буду пить исключительно в одиночку. Пусть мне будет хуже!

-- Вот и договорились, - кивнула Марина, - однако пойдемте. Павел Викторович, наверное уже вернулся. Коллекцию я вам покажу вечером. Все равно делать будет нечего - ни телевизора, ни радио здесь нет.

-- И выпить не с кем, - проворчал, следуя за ней, Корсаков.

-- Сабля, водка, конь гусарский

С вами век мне золотой!

Я люблю кровавый бой,

Я рожден для службы царской!

Закончив пассаж бравурным аккордом, Воскобойников подкрутил усы и залпом, как водку, махнул стакан чая. Марина, смеясь, зааплодировала, Корсаков тоже несколько раз приложил ладонь к ладони. Павел раскланялся и отложил гитару.

-- Да, были когда-то и мы рысаками, - произнес он.

-- Не наговаривайте на себя, Павел Викторович, - сказала Марина.

-- Нет, дорогая моя, все не то, все не так. Сердчишко пошаливает, одышка, да и годы - четвертый десяток.

-- Ага, - кивнул Корсаков, - я и на себе почувствовал: после пяти бутылок водки кошмары снятся.

-- После пяти бутылок вообще можно не проснуться, - сказала Марина, что вы все на выпивку разговор поворачиваете? Павел Викторович, мы же договорились!

-- Все, все. Уговор - есть уговор.

Они сидели на кухне, за окнами под ночным ветром шумели липы. В камине пылал огонь.

Пашка встретил их на крыльце, когда они возвращались с кладбища. Сбежав по ступеням он облапил Корсакова, приподнял, потряс и только после этого поставил на землю.

-- Приехал, сукин кот! А я думал, как всегда: наобещаешь и забудешь.

-- Когда это такое было? - возмутился Корсаков.

-- А помнишь, обещал прекратить водку пьянствовать?

-- Ну... такие обещания можно только с похмелья дать. Ладно, расскажи, как ты тут? Меня Марина покормила уже, кладбище показала.

-- Ну да, посещение кладбища способствует пищеварению, - усмехнулся Воскобойников в усы, - у нее пунктик по захоронениям девятнадцатого века. Так, Марина?

-- Никаких пунктиков у меня нет, уважаемый Павел Викторович, возразила она, - просто надо знать родную историю. Вполне естественное желание.

-- Естественное желание - это вовремя покушать, - поправил ее Павел, кстати, именно такое желание меня уже давно гложет. Предлагаю в честь приезда дорогого гостя сбацать шашлычок. По-моему, свинина еще осталась.

-- Хорошо, - кивнула Марина, - с меня шашлык, с вас огонь.

-- Годится, - кивнул Воскобойников и хлопнув Корсакова по плечу, заявил, - пойдем-ка со мной, надежда русской живописи. Покажешь мне, как надо живописно дрова рубить.

Марина ушла в дом, а они обошли усадьбу. Здесь, под липами, в землю был вкопан стол со скамейками, из булыжников был сооружен мангал, рядом кучей лежали березовые поленья. За мангалом стояли грубо вырезанные из коряг не то идолы, не то оборотни.

-- Это что ж за ужас такой? - спросил Корсаков.

-- Не ужас, а былинные персонажи, - поправил

Воскобойников, любуясь корягами.

-- А это автопортрет? - Игорь указал на кошмарное создание с выпученными глазами и длинными вислыми усами.

-- Я попрошу без грязных инсинуаций! Это - леший. А вот супруга его кикимора болотная, а вот детки ихние - игошки и ичетики. Плаваете вы, Игорь Алексеевич, в национальном эпосе, - Воскобойников выдернул из колоды топор и протянул его Игорю. - Давай, приступай.

-- Вот это, я понимаю, гостеприимство, - сказал Корсаков, снимая "стетсон", - здравствуй, гость дорогой. Поруби-ка дров, разведи огонь, на стол накрой. Надеюсь, свинина у вас действительно осталась, а то чего доброго и шашлычок из меня сделаешь.

-- Давай, давай, - Павел присел на скамейку, оглянулся на усадьбу, слушай, у тебя сигареты есть?

-- Есть.

-- Угости, будь другом.

Корсаков протянул ему пачку и поставил на колоду первое полено. С непривычки удар пошел вкось и топор застрял. Игорь чертыхнулся, перевернул топор и, ударив о колоду обухом, располовинил полено.

-- Это тебе не кисточкой по бумажке водить, - усмехнулся Павел, со вкусом закуривая, - ну, рассказывай, как житье-бытье у вольных художников?

-- Жизнь, как шкура у зебры: белая полоса - черная полоса. Вот в черную я и попал.

-- Неприятности?

-- Еще какие. Сначала сосед мой трахнул не того, кого надо. Заявился папа этой девчонки с охраной, набили нам морды.

-- Вижу, - подтвердил Павел, - глаз еще красный и синяк не прошел.

-- Вот-вот. Потом - еще хуже, а под конец и вовсе дом сгорел. Так, что мне теперь даже жить негде.

-- Ну, жить, предположим, можно и здесь, - Павел забросил окурок подальше в лес и вытащил новую сигарету. Заметив недоуменный взгляд Корсакова, пояснил, - впрок накурюсь.

-- Тебе что, и курить не позволяют?

-- Слава Богу, нет, но уговорились на пять сигарет в день. Меня месяца полтора назад так прихватило, - Воскобойников похлопал по груди, - мотор отказывать стал.

-- Вот черт, - огорчился Корсаков, - рановато вроде. Что, ни с того, ни с сего?

-- С работягами, что здесь крышу крыли, посидели. А они мужики деревенские, подначивать стали: мол, вы в Москве пить разучились. Пришлось показать, кто пить разучился. Они все в лежку, а я песни пою. Правда наутро пришлось скорую из Яхромы вызывать. Марина неделю за мной в больнице ухаживала. Слушай, Игорь, - Павел наклонился к Корсакову и понизил голос, может, охмуришь ее, а? Чую я, виды она на меня имеет.

-- А что, - усмехнулся Корсаков, - девушка приличная, симпатичная, деловая, - он поставил на колоду очередное полено, - не пора ли тебе о семье подумать, кстати говоря?

-- В тридцать лет жены нет, и не будет, - напомнил Воскобойников старую пословицу, - привык я уже один.

-- Она тебе хоть нравится?

-- М-м... она добрая, хорошая. Красивая, - Павел задумчиво подкрутил ус, - но уж больно следит за мной. В смысле - водку нельзя, курева поменьше. Во, идет, ну-ка, держи, - он сунул окурок в рот Корсакову.

-- Так, - сказала появляясь из-за дома Марина, - мальчики, шашлык готов, где огонь?

-- Сейчас добудем, - пообещал Корсаков, расправляясь с очередным поленом. Демонстративно затянувшись, он выплюнул окурок, - работаем без перекуров.

-- Здесь кушать будем?

-- Здесь, на воздухе, - прогудел Воскобойников, - а потом у камина посидим, чайку попьем. Эх, и люблю я чаек!

Марина с подозрением посмотрела на него.

-- Да, с недавних пор полюбили. Павел Викторович, а вы не курили сейчас?

-- Как можно, Мариночка. Мы же договорились! Вот - Игорь не даст соврать.

Корсаков сделал честные глаза.

-- И соврать не дам и сам не стану. Ложь противна человеческой природе! - провозгласил он

-- Приятно слышать, - заметила Марина, - Павел Викторович, пойдемте, поможете посуду принести. Игорь, я жду огонь.

-- Уже зажигаю, - успокоил ее Корсаков.

От работы он вспотел и скинул куртку. Сложив в мангале колодец из щепок, он сноровисто запалил огонь, с удовлетворением отметив, что это не разучился делать, хотя последний раз разжигал костер для шашлыка еще будучи студентом.

Шашлык удался на славу. Корсаков, приступая к выполнению просьбы Воскобойникова - приударить за Мариной, расточал ей комплименты. Однако, перехватив ее взгляд на Павла, осекся и круто переменил тему - слишком многое прочел он в ее глазах. Так на Корсакова смотрела только одна женщина - бывшая жена, еще когда они только начали встречаться и про которую Игорь знал, что она влюблена в него до безумия.

Под вечер похолодало, из заросшего парка потянуло сыростью. Воскобойников принес самовар и мешок шишек. Самовар он раскочегарил профессионально, раздувая шишки старым кирзовым сапогом. Поднялся ветер, самовар перенесли в дом, разожгли камин.

Марина с Корсаковым выпили по рюмке коньяку. Павел спел пару романсов на стихи Дениса Давыдова. Разговор зашел о бывших хозяевах усадьбы и Марина принесла несколько папок с бумагами из краеведческого музея. Разложив их на столе, она нашла фотографии с портретных миниатюр.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать