Жанр: Научная Фантастика » Андрей Николаев » Таро Бафомета (страница 43)


-- Вот, Игорек, сберегли от огня. Жизнью, можно сказать, рисковали, а уберегли, - гордо объявил дядя Сережа хриплым пропитым голосом. - Я ведь засек, как ты картины прятал, а как увидел, что Жучила к тебе пошел, ну, той ночью, как пожар случился, так и вытащил их. К сожительнице, стало быть, своей отнес - она дворничихой в девятом доме работает. Так у нее и стояли, тебя дожидались.

-- Спасибо, мужики, - растроганно сказал Корсаков, - век не забуду. Ну, давай к столу!

Картины прислонили к стене возле кровати, откуда-то возникли табуретки, лавки. Первый тост сказал Сема. Говорил он долго и цветисто и чувствовалось, что может говорить до бесконечности, но его прервали, устав держать наполненные стаканы и тогда он коротко сказал:

-- Ну, с новосельем!

Все выпили и навалились на закуску. Анюта, сидя через стол от Корсакова, смотрела на него счастливыми глазами. Ее наряд казался совершенно невозможным среди неопрятных завсегдатаев Арбатских задворок с пропитыми небритыми лицами, которые однако были сейчас Корсакову ближе, чем кто бы то ни был на свете. Он улыбнулся девушке.

Справа ему что-то бубнил в ухо Сема, кажется, насчет старинных монет, Сашка-акварель, устроившийся в центре стола, клялся, что за три сеанса сделает из любого дилетанта мастера акварельной живописи, дядя Сережа обстоятельно рассказывал, как он прятал картины в подсобке, прикрывая их метелками и лопатами. Кто-то уже завел песню, но пока еще в полголоса.

Корсаков, пользуясь тем, что каждый занят своим: кто наливал, кто закусывал, кто слушал, а кто рассказывал, выскользнул из-за стола и позвал Анюту, показывая на соседнюю комнату.

-- Сотовый у тебя с собой? - спросил он.

-- Сейчас принесу.

В зале царил полумрак, мерцали свечи. Корсаков отошел к лестнице. Анюта принесла ему телефон. Он поцеловал ее в шею, ощущая нарастающее желание. Она прильнула к нему всем телом, он почувствовал, как ее язычок скользнул к нему в рот. Время исчезло, были только жадные губы и судорожные объятия.

-- Погоди, - он нашел в себе силы оторваться от нее, - мне надо позвонить.

-- Потом позвонишь, - девушка просунула руки ему под майку. Он ощутил, как острые коготки царапнули грудь, - я так по тебе соскучилась.

-- Девочка моя, у нас все еще будет, - прошептал он, - но чуть попозже. Хорошо?

-- Мне уйти? - она вздохнула и отпустила его.

-- Да. Извини, это деловой звонок.

Девушка послушно ушла к гостям, которые встретили ее взрывом энтузиазма.

Корсаков набрал семь семерок, переключился в тоновый набор, нажал кнопку ноль. Гудков не было, где-то на пределе слышимости играла органная музыка. Он уже решил, что ошибся и хотел снова набрать номер, как в трубке раздался голос магистра.

-- Слушаю вас, Игорь Алексеевич.

-- Я нашел то, что вам нужно, - сказал Корсаков.

Он представил, как магистр удовлетворенно улыбается, откинувшись в старинном кресле. В кабинете полутьма, тускло отсвечивают деревянные панели на стенах, на столе перед магистром стоит бокал с коньяком. Он не спеша протягивает руку, берет бокал и отхлебывает темный напиток.

-- Очень хорошо, Игорь Алексеевич. Я не ошибся в вас. Где мы встретимся?

-- Если вы такой ясновидящий, то знаете, куда ехать.

В трубке послышался глухой смешок. Затем, после недолгого молчания снова возник низкий голос.

-- Знаю. Через пятнадцать минут выходите на Гоголевский бульвар.

-- Не опаздывайте, уважаемый Александр Сергеевич, - решил съехидничать Корсаков, - а то меня здесь люди ждут.

-- Будьте спокойны, не опоздаю. А вы, Игорь Алексеевич, не забудьте захватить картины. Мы дадим за них хорошую цену, - магистр отключился.

-- Хорошую цену... - пробормотал Корсаков, вспоминая, как торговался с Жучилой, призвав на помощь заезжего провинциала, - да я с вас за эти картины семь шкур сдеру и не хрюкну.

Он вернулся в комнату, прошел к кровати и присел на корточки возле картин. Краски в темноте казались выцветшими, а фигуры на полотнах размытыми, призрачными. Он осторожно снял полотна с рам и скатал в рулон. Шум за столом то нарастал, подобно волне, то стихал, когда гости в очередной раз приникали к стаканам. Игорь вернулся к двери и критически оглядел пирующих.

На него уже не обращали внимания - праздник дошел до того момента, когда каждому уже неважно, где виновник торжества, кто и что говорит, лишь бы не мешали ему. Сема требовал, чтобы Сашка-акварель написал портрет безвинно убиенного коммунистами Николая Второго, а в качестве модели взял царский золотой десятирублевик, дядя Сережа пел про трамвай номер девять, в котором "ктой-то помер", двое бомжей уже спали в объедках. Пиршество напомнило Корсакову картины старинных голландских мастеров - такие же разгоряченные лица, бутылки вина среди объедков. Мятущийся свет только усиливал впечатление это впечатление. Не хватало только собак, жадно глодающих кости на полу.

-- Сплошное средневековье, - пробормотал Корсаков, поймал взгляд Анюты и поманил ее к себе.

Она незаметно покинула гостей.

-- Девочка, мне надо уйти. Всего на час, не больше, - поспешил добавить Корсаков, видя, что Анюта уже готова броситься ему на шею, - обещаю, в этот раз только на час.

-- Я с тобой.

-- Пойми, не могу я тебя взять на эту встречу.

-- Если не возьмешь, я все равно прокрадусь за тобой и буду рядом, видно было, что на сегодня Анюта сдаваться не намерена. Глаза ее были серьезны,

губы сжаты так, что превратились в побелевшие полоски.

Корсаков было разозлился, но вдруг ему стало смешно - столько детского упрямства было в ее лице.

-- Ты прямо так пойдешь? В этом платье?

-- Мне переодеться две минуты, - Анюта вернулась в комнату и через мгновение вышла, неся в руках свою одежду, куртку и шляпу Корсакова.

Корсаков проверил, на месте ли карты надел "стетсон" и, забросив куртку на плечо, стал наблюдать за девушкой. Она завела руку за спину, вжикнула молния и Анюта, проделав несколько сложных движений бедрами, освободилась от пышного платья. На ней остались только белые трусики, которые больше открывали, чем прятали. Игорь невольно залюбовался ее фигурой. Анюта быстро натянула майку, влезла в джинсы, сунула ноги в кроссовки и, подхватив в руку джинсовую куртку, выпрямилась, раскинув руки.

-- Ап! - воскликнула она, как артист цирка, закончивший смертельный номер, - я готова. Время засекал?

-- Вот отдадим карты и поедем к тебе, - сказал Корсаков, перед глазами которого все еще стояла полуобнаженная фигура девушки, - бросим гостей к черту - им уже все равно и поедем к тебе. И залезем вместе в джакузи, а потом пойдем и ляжем на ковер, а потом...

Анюта бросилась ему на шею.

-- А что потом, я придумаю сама.

Глава 13

Спускаясь по лестнице Корсаков чутко прислушивался, опасаясь нарваться на конкурентов магистра, но в особняке, похоже , уж никого не было. Правда под лестницу он заглядывать не стал.

Оказывается, уже наступил вечер: в окнах зажгли свет, небо потемнело и казалось багровым от отсветов рекламы. С Арбата доносилась музыка, он был залит огнями и казалось, что там солнечный день еще продолжается.

Корсаков подумал, что показываться на Арбате не стоит- к вечеру милиции там, естественно, прибавилось. Он взял Анюту под руку и они дворами, не торопясь, направились к Гоголевскому бульвару.

За последние несколько дней он настолько привык прятаться или убегать, что не мог поверить в то, что наконец сможет пожить спокойно, не шарахаясь от каждой тени, не вглядываясь в лица прохожих, со страхом ожидая окрика или нападения.

Анюта была шла рядом притихшая, молчаливая. Вот еще одна проблема. Небольшая, приятная, очаровательная проблема, которую тоже предстоит решить. Александр Александрович спокойной жизни не даст - не таким он представляет будущее дочери, во всяком случае не с полузабытым художником, злоупотребляющим алкоголем и живущим в выселенных домах. Интересно, воспримет Александр Александрович нормальный мужской разговор, или начнет орать, топать ногами и натравливать охрану? Отнимет у дочери квартиру, машину? Да и черт с ним, уедем к Пашке, поживем там. Буду ходить на этюды, писать пейзажи.

-- Поедешь со мной в деревню? - спросил Корсаков, заглядывая девушке в лицо.

-- Поеду, - не раздумывая ответила она, - далеко? В Сибирь, на Дальний Восток? Как жены декабристов? Поеду.

-- В Сибирь... - задумчиво повторил Корсаков. Ему словно послышался звон кандалов, скрип снега под полозьями тюремного возка. - Зачем так далеко. В Подмосковье, к моему другу. Он тебе понравится. Он вырезает из коряг страшилищ и реставрирует старинный княжеский особняк. С ним живет чудесная женщина и осенью они поженятся. Мы будем жарить шашлык и бродить в старом парке, где еще сохранились вековые липы. Кстати, двести лет назад это было родовое имение князей Белозерских. Я покажу тебе могилу нашей пра-пра-прабабки и расскажу удивительно романтическую историю, связанную с этим поместьем.

-- Про любовь?

-- И про любовь, - кивнул Игорь.

Они вышли к Малому Афанасьевскому переулку. Из ресторана "Арбатские ворота" неслась разухабистая музыка, в летнем кафе под зонтиками коротали вечер завсегдатаи и туристы. Корсаков узнал нескольких знакомых и отвернулся, ускоряя шаг - увидев Игоря, те могли, по широте душевной, заорать на всю улицу, приглашая к столику, а откажешься - разорутся еще больше от обиды.

Тучи рассеялись и в небе робко зажигались первые звезды.

Дождавшись, пока в сплошном потоке автомобилей будет просвет, они перебежали проезжую часть Гоголевского бульвара. На пятачке возле памятника Николаю Васильевичу обжимались парочки, тут же выпивали и закусывали, тут же, в кустиках, справляли малую нужду. Гоголь взирал на это с философским выражением на бронзовом лице - за то время, что обитал здесь, Николай Васильевич навидался всякого.

Корсаков приметил чуть ниже памятника пустую скамейку. Они присели на нее. Анюта положила голову ему на плечо.

-- Нам долго ждать? - сонно спросила она.

-- Надеюсь что нет.

-- А потом поедем ко мне. Я машину возле "Праги" оставила.

-- А если милиция остановит? Ты же выпила.

-- Сань-Сань отмажет, - равнодушно сказала Анюта.

-- А без папочки ты жить сможешь? - раздражаясь, спросил Корсаков.

-- С тобой смогу. Поцелуй меня, мне грустно.

-- Почему?

-- Не знаю. Вот мы вместе, а мне грустно. Как будто перед долгой разлукой. Поцелуй скорей, а то заплачу.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать