Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Кайсё (страница 40)


Тысяча и одна ночь

Вьетнам, осень, 1971

Научная фантастика — название этого литературного жанра прочно прилипло к войскам специального назначения Вооруженных сил США во Вьетнаме[22]. И эта шутка имела под собой основания: парни из спецназа выполняли всю ту грязную работу, о которой никто не желал даже говорить, сведения об их операциях не публиковались даже в еженедельных разведывательных сводках, рассылаемых по спискам в специальный отдел Пентагона, ведающий странами Юго-Восточной Азии, и в главный штаб американских войск, расквартированных во Вьетнаме. Занимались они НБО — такое сокращение закрепилось за их действиями среди армейских солдат и офицеров — необычные боевые операции, то есть действия с применением специальных видов оружия и техники.

Но даже и среди подобного рода головорезов До Дук являл собой исключение из правил. Официально он состоял в чине главного сержанта ВСРВ — Вооруженных сил Республики Вьетнам — и проходил службу в 3-м диверсионно-разведывательном отряде, где получил отличную практику как в молниеносных поисковых, так и в диверсионных операциях. Его усердие не осталось без внимания — и он, естественно, попал в поле зрения «Научной фантастики».

В ряды ВСРВ он вступил в шестнадцать лет, скрыв свой истинный возраст и смешанное национальное происхождение. Проще было сказаться чистокровным вьетнамцем, поэтому До Дук придумал себе другую фамилию. Проверять было некогда. Южный Вьетнам боролся за свое существование — нужны были солдаты, а не бумажки.

Чин главного сержанта являлся высшим неофицерским званием. По отношению к подчиненным он, несомненно, являлся старшим, однако в душе не испытывал абсолютно никакого удовольствия от этого превосходства.

В этой кровавой мясорубке выковывались новые черты его характера. Он не находил в войне чего-либо из ряда вон выходящего. Все вполне банально — мужчин посылают убивать себе подобных, а в перерывах между акциями, что же... женщины должны выживших ублажать в постели.

Нет ничего удивительного в том, что в этой адской атмосфере человеческое существование утратило всякую ценность. Жизнь свелась к предметам потребления: хочешь — покупай, не хочешь — продавай, нужно — оставляй, не нужно — выбрасывай. Здесь сердца затвердевали настолько быстро, что чье-то жалкое существование перестало стоить даже выеденного яйца.

Джунгли Вьетнама имеют удивительное свойство лишать человека всего человеческого, и среди всех ужасов, подстерегающих любого, оказавшегося там, постепенно утрачивается ощущение цивилизации и, подобно обнаженным нервам, начинает выползать наружу пакость и дрянь, скопившаяся в душах людей за всю их многовековую историю. Исчезает само понятие Добра, и в конечном счете человек начинает сомневаться: гуманность — это реальность или миф? Поэтому неудивительно, что любимой песней До Дука стал шлягер «Роллинг стоунз» «Симпатия к дьяволу».

Подобного рода размышления иногда сменялись полудремотным состоянием, и перед глазами возникало лицо командира, всегда требовавшего двигаться только вперед. А это означало продолжение новых стычек: неизведанные тропы в джунглях, где можно оступиться и лишиться ног либо заполучить из самострела в спину заточенную и отравленную нервно-паралитическим ядом стрелу. Солдаты в подразделении До Дука неоднократно жаловались ему, что эти стрелы преследуют их в ночных кошмарах.

И тем не менее рейды продолжались, и те же солдаты снова без особого страха забирались в джунгли — даже добровольно.

А что их ждало в перерывах между операциями? Их вопросами отдыха ведал командир. Можно было заняться сексом, но это надоедало, да и не всегда находился подходящий контингент; наркотики тоже давали какое-то временное успокоение, однако До Дуку требовалось большее... значительно большее.

И как раз в этот момент он натолкнулся на парня — странный случай даже в те странные дни его жизни.

Все началось с того, что в его подразделение определили капрала по имени Рок. Будучи рядовым усиленного взвода, входящего в Большую Смертельную — такое название получила 1-я пехотная дивизия, части которой первой вошли во Вьетнам, и он одним из первых ворвался на позицию вьетконговцев. За этот поступок получил звание капрала вне очереди. Он сжег сразу пятерых, прежде чем нарвался на пулю, угодившую ему в руку. Брошенная им граната позволила ему убежать. Таким вот образом он и удостоился повышения и личного знакомства с командующим.

Но все это произошло до знакомства с До Дуком, до того, как Рок лично попросил перевести его в подразделение До Дука. Мотивировалось это стремлением чаще принимать участие в боевых операциях подразделений «Научной фантастики».

Парни из подразделений «Научной фантастики» еще называли себя «оборотнями». Они одевались, как простые крестьяне, следовали всем их обычаям, даже в еде, — их практически невозможно было отличить от обычных жителей севера. «Оборотни» являли собой отряд полуфанатиков, способный выполнять задачи, на которые не решилась бы группа самых тренированных рейнджеров. Деяний «оборотней», знай о них президент — До Дук был в этом уверен, — не вытерпел бы даже он.

Кем был отдан приказ о формировании подобного рода подразделений, До Дук не сумел выяснить, командовал же всей этой частью «оборотней» суровый полковник по имени Бад Пауэлл, родом откуда-то из центральных штатов. В 60-х он занимал должность профессора в одном из колледжей, потом ему, видимо, вся эта преподавательская рутина и

необходимость выслушивать чьи-то замечания надоела, и он предпочел военную стезю. В нем было трудно распознать бывшего учителя, впрочем, может быть, именно навыки психолога позволяли ему умело и без особого труда, какими-то хитроумными подходами, влезать в души новобранцев и бросать их добровольно в бойню. Недаром за ним закрепилась кличка Бауэл[23]. Именно Бауэл впервые свел До Дука с этим кисло-сладким Роком.

— Ты должен будешь раскусить этого парня, — шепнул Бауэл до начала операции. — Мне нужно знать, что он за птица. Я слышал, он в совершенстве владеет М-72, полагаю, тебе известен этот РПГ, ручной противотанковый гранатомет, разносящий вдребезги укрепленные сооружения вьетконговцев.

— Вроде парень-то свой.

Бауэл ухмыльнулся.

— Мне тоже так кажется. Вот и пройдитесь рейдом, чтобы не было сомнений.

Им двоим поручалось уничтожить патрульный отряд «вампиров», входящих в состав НФОЮВ — Национального фронта освобождения Южного Вьетнама, которые рыскали по ночам и вырезали спящих американских солдат. Подобные методы ведения войны в Пентагоне считались «нетерпимыми». Так говорил Бауэл, а ему можно было верить — связь с соответствующим отделом министерства обороны у него была отлажена.

Пентагон распорядился прекратить устрашающие акции, поскольку психологический эффект от них был адекватен соответствующей реакции с противоборствующей стороны.

Тем не менее, Бауэл приказывал им не просто ликвидировать патруль.

— Я хочу, чтобы вы ликвидировали их наглядно, в назидание другим. А как вы это сделаете, мне безразлично, сами решайте.

— Существуют ли какие-нибудь границы, в пределах которых мы должны действовать? — спросил Рок.

Бауэл повернулся к ним спиной и буркнул:

— Сынок, я не понимаю, о каком долбанном дерьме ты говоришь?

Вот так началась охота на «вампиров».

— Действительно ли Бауэл имел в виду то, что сказал? — спросил Рок после того, как они в серебристом свете луны вышли из расположения лагеря.

— Он всегда имеет в виду то, что говорит, — ответил До Дук. — И одновременно с этим — то, что не говорит.

Рок ухмыльнулся.

— Я смотрю, вы, парни, ведете здесь совсем иную войну, и, кажется, она должна мне понравиться.

Когда они углубились в джунгли, До Дук тихо сказал:

— Я не хочу тратить пули на этих ублюдков, понял меня?

— Успокойся, — ответил Рок. — У меня у самого в башке вертится тысяча и один способ, как лучше разделаться с ними без стрельбы.

Чередуясь — два часа сна, два часа бодрствования, они заночевали в джунглях.

«Вампиров» они засекли примерно за час до рассвета — четырех вьетконговцев, возвращавшихся после ночного патрулирования.

На временной базе отдыхала смена — еще четверо. Всех восьмерых До Дук с Роком ликвидировали без единого выстрела. Повесив их за ноги, они затем ножами распороли их тела от подбородка до низа живота — пусть другие полюбуются на силу людской ненависти и извращенность человеческой натуры, на разрушительное, но реальное воздействие войны на саму идею гуманности, вне зависимости от воюющих сторон.

Рок продемонстрировал абсолютное бесстрашие. Можно было даже подумать, что он просто равнодушен к собственной жизни. Как бы не так! Вскоре До Дук убедился — Рок схватывает все на лету, владеет уверенными навыками мгновенно оценивать обстановку и принимать тактически грамотные решения.

Правда же заключалась в том, что Рок был подобен огромному таракану — обитателю квартир в больших городах, готовому месяц существовать на протеине лишь раз укушенного им человека. Рок питался страхом. Убийства — основной фактор, мотивирующий действия «оборотней», он воспринимал как нечто само собой разумеющееся, просто не придавал этому никакого значения.

После рейда требовалась разрядка. Чтобы не тронуться умом или, по крайней мере, не слишком часто вспоминать о содеянном. Алкоголь успокаивал — двое суток беспробудного пьянства. Выход же из скотского состояния требовал новой операции.

До Дук развлекался с сухощавой вьетнамкой, которой на вид не было и четырнадцати лет. Он гладил ее иссиня-черные волосы и так нежно ласкал своими огрубевшими ладонями ее бархатистую кожу, что та, в знак благодарности, приподнявшись с циновки, все глубже запускала свой язык ему в рот.

Из соседней комнаты, где отдыхал со своей подружкой Рок, донесся какой-то странный шум.

"Это чарли[24]", — подумал До Дук и, схватив своё десантный нож, выскочил из двери.

От увиденного у него застыла кровь в жилах. Девушка Рока лежала, туго перетянутая гибким шпагатом, из-под веревок бесстыдно выпирала ее плоть. Тут и там на теле виднелись кровавые подтеки.

Прямо перед ней стоял Рок, обнаженный, с бамбуковой тростью в руке. Между ног алым светом сияла его мужская сила.

Наблюдая за происходящим, за тем, как он охаживает ее этой тростью, До Дук испытал чувство сродни тому, что испытывал в джунглях. Он стоял очень тихо — сквозь хлесткие звуки ударов бамбука о живую плоть ощущал даже биение собственного сердца.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать