Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Кайсё (страница 97)


Лиллехаммер некоторое время восхищался длинными стройными ногами Веспер, когда она сидела за наборной клавиатурой компьютера, вычисляя сумму его бонусов[35] в бюрократическом лабиринте цифр, отражающихся на ее экране пульсирующими зелеными точками. Свое довольно странное имя она получила от отца, как однажды сказала ему она сама, который был большим поклонником Яна Флеминга. Веспер было имя первой любви Джеймса Бонда.

Васильковые глаза Веспер холодно смотрели на Лиллехаммера в то время, когда ее длинные пальцы с коралловыми ногтями танцевали по клавишам. Ее густые светлые волосы спускались по одной щеке персикового цвета. После леденящей оголенности кабинета Червонной Королевы было приятно находиться в ее комнате, выкрашенной в мягкие цвета американского запада. Более того, здесь была температура, достаточная, чтобы выжили млекопитающие.

Веспер нажала указательным пальцем на клавишу «Вход» и сказала, слегка нахмурившись:

— О, черт! Я не могу снять деньги со счетов, так как данные, введенные в компьютер, не содержат последних сведений. Черт побери эту устаревшую систему. Если бы мы были подключены к аппаратуре проекта «Хайв», я могла бы выдать ваши бонусы тут же.

Бонус выплачивался за операции, которые позволяли осуществлять незаконные сделки со спиртными напитками, сюда же поступали дополнительные деньги, получаемые Сетью за удачные устранения неугодных людей. Червонная Королева, занимая высокоморальные позиции, тем не менее защищал эту довольно корыстную практику, считая, что плата за риск является проверенным временем обычаем во многих отраслях. Почему же не в этой? Кроме того, это давало уверенность; что каждый Рыцарь будет всегда готов и в лучшей форме.

— Не беспокойтесь. Я подожду.

— Кстати, кажется, у него снова начинается приступ.

Лиллехаммер, переключая свои внутренние скорости, стал прислушиваться более внимательно.

— Сегодня утром в том кабинете паранойя была очень сильной. Он говорил по телефону с кем-то, кто назвался Лоти.

— Рената Лоти? — переспросил Лиллехаммер, удивляясь, что Червонная Королева даже не упомянул об этом. Антенна подозрения вытянулась вверх.

— Да, это имя. Я вам скажу, был далеко не дружественный разговор.

Это был не первый случай, когда Веспер делала намеки на то, что происходило во внутреннем кабинете. Она являлись для него золотыми песчинками, которые помогали зарабатывать уважение его загадочного босса.

— Фактически разговор превратился в сплошной крик. Я не знаю, о чем шла речь, но слышала имя Дуглас Муни и слово «шантаж». Тогда он и вышел из себя.

Лиллехаммер думал, что потеряет сознание. «Рената Лоти знала о нем и о Доуге? Спаси Христос!» Бессознательно он прислонил руку к своей щеке, почувствовал быстрый прилив крови к голове и тут же отдернул ее, как если бы обжегся о собственную кожу. «Но откуда она могла знать? Он был так бдителен в отношении безопасности, даже несмотря на постоянные жалобы Доуга, что его тщательно разработанные приготовления разрушают чувство самостоятельности у их сообщников и тем самым снижают их эффективность. Подозрения в гомосексуализме достаточно для дискредитации сыщика, что же касается случаев нарушения требований безопасности, то им нет числа. Были также дела, которые проворачивали вместе он и Доуг. Кто поймет или одобрят такое поведение, кроме преступников? Как все это случилось?»

И тогда он подумал с гневом: «Грязному ублюдку Доугу все это надоело, и он донес на меня!»

— В любом случае, — продолжала болтать Веспер, — мне совершенно ясно, что он хочет что-то предпринять в отношении нее.

— Я не знаю. — Инстинкт самосохранения боролся в нем с благоразумием. — Резонанс от падения может быть слишком сильным. У нее друзья на высоких местах.

— Правда? Интересно. Какие же слова произнес он, когда она бросила телефонную трубку? «Где-то эту женщину ожидает несчастный случай».

Лиллехаммер почувствовал внезапно нехватку воздуха.

— Как обстоят дела с моими деньгами по бонусам? — спросил он с невинным видом.

Веспер бросила взгляд на экран компьютера и одарила его ослепительной улыбкой.

— Наконец-то! Счета вошли в систему. Ваши чеки уже печатаются.

Через некоторое время чеки вышли из прорези в ее аппарате. Веспер ласково улыбнулась ему и передала чеки.

Лиллехаммер вышел в тихий, ничем не примечательный коридор за углом громадного и причудливого комплекса кабинетов.

* * *

Нанги подошел к частному зданию, разместившемуся между двумя огромными складами. Этот район около Сумиды выглядел совсем по-другому при дневном свете. На месте, где ночью безостановочно бродили облезлые, устрашающего вида собаки, теперь играли смеющиеся дети. Непрекращающаяся суматоха и шум деловой жизни, вероятно, скрывали или по крайней мере смягчали ужасающую бедность этого района.

Он постучал в дверь, ее открыла молодая женщина, коренастая, просто одетая, с густой гривой черных волос, которые она завила в модном, но непривлекательном стиле.

— Да? — спросила она, разглядывая его из-за толстой двери.

Нанги поклонился, передал ей визитную карточку, одну из дюжины различных карточек, которые он периодически заказывал на разные имена и профессии. Такие набеги инкогнито стали за многие годы неотъемлемой частью его жизни. Он обнаружил, что очень часто можно получить ценную информацию, спрятавшись за маску другой, анонимной

личности.

«Это действительно удивительно, — думал Нанги, дожидаясь ответа от молодой женщины. — То, что люди никогда не скажут Тандзану Нанги, председателю крупного кэйрэцу, они готовы доверить торговцу продуктами, механику или слесарю, любому, кто, по их мнению, стоит ниже них на общественной лестнице».

Сегодня утром он выступал как Сейдзо Абе, представитель министерства по жилищному строительству, якобы делающий обход зданий этого района, которым больше двадцати лет. Это была очень правдоподобная версия, дававшая ему почти мгновенный доступ в дом.

Его провели в маленькое овальное фойе с центральной лестницей и хрустальной люстрой. Преобладающими цветами были ярко-коричневый и густой желтый. Полосатая мраморная консоль поддерживала чашу с букетом свежих цветов, выращенных в это время года в оранжерее. Молодая женщина взяла его ботинки и провела в прихожую, стены которой были выложены панелями из вишневого дерева. С правой стороны было открыто несколько небольших дверей. Дальше Нанги увидел библиотеку с книжными полками от пола до потолка, хрустальной люстрой, уменьшенным вариантом люстры в фойе.

Молодая женщина жестом предложила ему войти. На полу лежал вытертый персидский ковер. С правой стороны стояла пара стульев, обшитых материей, с высокими спинками. Напротив них разместилась обитая бархатом софа. Вдоль противоположной стены располагался стеклянный шкаф, в который был помещен замечательный манекен с доспехами самурая начала XVII века. Рядом находился французский секретер, и каждый, кто садился на стул за столом секретера, мог видеть беспрепятственно этого самурая.

Оставшись один, Нанги огляделся вокруг. Это, без сомнения, была комната организованного, эрудированного ученого, который продумывал роль каждого элемента в жизни.

— Я вижу по вашей карточке, что вы изменили свою профессию.

Нанги вздрогнул, услышав мягкий женский голос, звучавший слева от него. Он повернулся.

— Простите?

— И не к лучшему, я могла бы добавить.

Он наклонился вперед, его лоб покрылся морщинами от напряжения мысли. Он знал этот голос, но был уверен, что не слышал его довольно долгое время.

— Итак, чего вы ждете? — продолжал женский голос. — Я приготовлю чай.

Нанги прохромал к стульям с высокими спинками. Когда он обогнул их, то заметил, что на том стуле, который был ближе к нему, сидела маленькая, аристократически выглядевшая женщина с бледной, просвечивающей кожей, плоскими скулами и черными жгучими продолговатыми глазами. Только потому, что он знал ее, он мог определить, что ей только что перевалило за семьдесят.

— Кисоко! — воскликнул он, не в силах скрыть удивления. — Я мог представить любого, но не вас, на этом месте.

— Я обнаружила, что часто реальный мир может быть удивительно похож на изображенный в «Алисе в Стране чудес»! — Послышался шелест тяжелой шелковой парчи, когда она сделала движение рукой и широкий рукав кимоно скользнул по ее фарфоровой коже. На груди и верхних частях рукавов кимоно художник рассыпал розовые, белые и коралловые цветы вишни, сорванные синим ветром.

Кисоко сохранила все очарование, которым она обладала много лет тому назад. Нанги был снова пронзен с ног до головы вспыхнувшим в нем желанием, как это было, когда он впервые увидел се десятки лет назад. Как он хотел бы узнать ее в великолепии се юности. Рот с полными губами бантиком, таивший скрытые обещания, простодушные глаза, в которых затаился огонь, точность и сдержанность движений, говорящие явно об изяществе и уме, — все это оставалось таким же, как он помнил. Но конечная привлекательность ее слегка асимметричного лица была в ее едва уловимом намеке на терпимость, снисхождение и благословение.

Часто Нанги, ворочаясь с боку на бок в лучах утреннего света, падающего на него через прозрачные занавески, представлял ее себе в виде католической монашки. Эта его тайная фантазия прошедших лет была для него запретной, но невыразимо прекрасной.

— Кисоко, — сказал он теперь, его голова все еще была полна воспоминаний, — я слышал, что пропал Микио Оками. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Пламенные черные глаза взглянули на него.

— У меня нет никаких сведений о брате, — ответила она сухо. — Сейчас, если ты подождешь, я приготовлю чай.

Он сел на стул слева от нее и зачарованно смотрел, как она готовила зеленый чай. Когда они выпили по первой чашке, Кисоко произнесла:

— Я не знаю, жив мой брат или нет, известно только то, что его враги выступили против него. Что произойдет дальше, я не могу сказать.

Она отставила свою чашку, положила указательный палец на визитную карточку, которую дала ей молодая женщина, и подвинула ее к нему через полированный стол черного дерева.

Не снимая с нее пальца, она обратилась к Нанги.

— Ты пришел под другим именем. Скажи мне, Нанги-сан, что я должна думать об этом?

— Я не знал, чей это дом, Кисоко. Ты знаешь мои приемы. Мое собственное имя слишком хорошо известно, и мне бывает в некоторых случаях трудно добиться правды.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать