Жанр: Контркультура » Александр Ильянен » Дорога в У. (страница 19)


* * *

Ветер Петроградской стороны. Метро: желтые и голубые вагоны. Еду в фирму Авеню. Ординарная улица, двор. Поездка в Ф, в снега. Дальняя дорога. Что может сравниться с дорогой, только дорога. Другая дорога как горы.

Друг, передняя, репетиция жизни. Приглашение к путешествию, пора собираться в дорогу. Поэзия в чистом виде. Женские имена, например: Эдит Пиаф и Эдит Седергран, на букву Э. Имена. Острова. Океан. Там угасал Наполеон. Поэзия от А до Я.

Дом, подворотня, офис. Желтая кофта, зеленые галифе с красным кантом. Желтая книга словно прирученная лежит в кресле, другая, белая с другой стороны. Сегодня ночью читал ее вслух. Стихотворение, которое люблю читать. С С. и Вадимом читал. Северная ночь, Венеция, Александрия. Трилогия об Александрии, мечта выучить английский и прочитать роман Даррелла. Разрушение беседки и моста ураганом. Поэзия.

Жизнь в ожидании потопа, случайностей, сбора в дорогу. Между снегами. Утренняя церемония. Вокзал, падение, тренировка полета. Гнездо кукушки, любимый роман среди любимых. Имена как огни в ночном небе. Валентина в платке, еще русская красавица, машет за стеклом вагона, мы уезжаем в желтом или голубом, Оля, Вадим и я.

Вчера, вчерашний снег, Невский проспект, где мы гуляем с Сережей. Кафе Северный ветер, после спектакля Мрамор Бродского. Двор, звезды, певица. Шелест, пух для подушки, зимние птицы. Шелка, яблочный пирог француженки-финки, прошлогодний снег. Валентина, Вадим, прихожая. Спускаемся вниз в лифте, по черной улице идем до метро. Вагоны как в романсе привычной линией. Вспомнилась песня про матросов и далеком океане здесь вдали от бурь, тревог, опасностей. Потом ты увидишь, что для кого-то опасность всегда рядом, океан везде, бури, ураганы обрушиваются неожиданно. Везде огонь, воздух, другие стихии.

Петербургский сезон, эта книга об этом. О ветре и страхе перед бурей, поднимаешься с бурей высоко высоко и видишь все внизу. Захватывает дыхание. Незабываемое. Минералы, птицы, ковры. Гостиный двор, виденное не раз в кино. Перчатки, женское ухо и мужское. Губы тянутся к ним. Желание речи. Лучшее невыразимо, поэтому улыбаясь молчу.

Фильм и строки, которые зреют как жемчуг на дне. Фильм о ныряльщицах, тех, кто моет золото грубыми руками у ручья.

Звонок, голос. Тело, читающее мне Идиота. Швейцария далекая и близкая. Теплая постель в декабре. Раздеваемся, будем читать роман. Страсть к картинам, которые рождаются как в воздухе из строк. Латинское, греческое, Белое индийское. Болезнь снегов, норманны, наши песни. Отрицание отрицания. Ни дня без. Его ягодицы и ноги. Возвращение ветра. Волнение. Песня о моряках. Руки мужчины. Певица в мехах.

* * *

Дом дружбы, св. место, мечта М. Пейзаж, дороги, после кафе Северный ветер. Мост и кони вместе с укротителем. Барон фон К. Рассказ как вчерашний снег, кафе Гостиного двора, о любовниках актрис. Об актрисах и их любовниках, всех троих. Вадим слушает телом, своим спинным мозгом о венских актрисах. Галерее кино подобен Большой гостиный д. Философ с раздутой щекой в Северном ветре, С. Все такое знакомое: рядом Мариинская больница. Судьба.

Дно. Ты сам с отражением, пруд, кино, темные аллеи. Розовый рассвет, обертка шоколада Гейша.

Французская библиотека, фильм Дети райка, лезанфан дю паради, об артистах, любовниках. Финская церковь, Рождество, печенье.

Желанье поджечь бумагу (не мое). Разорвать ее нежную кожу, скомкать. Вместо пруда ванна, вниз головой, держась за края, берега, не от любви к себе, а к искусству, к всеобщему, к Тебе.

Вместо Мариенбада Московский вокзал, ведь все пути ведут, все стальные с проводами, линии коммуникаций, все опутано. Небо над всем. Снег, любовь к кино, роман об этом. Персонажи как хор у стены: суворовец, молодой высокий господин из Капеллы в белых брюках, очках с черным портфелем. Как в армии состав постоянный и переменный. Рождество западных христиан, свечи.

Дом дружбы, беседа с Анной в готическом зале. Испанский снек-бар, вернее испанское название: каза Дон Кихота, первый этаж Дома дружбы. После премьеры беседа кино. Дно: огонь, ветер, вода, земля. После стихий подсчитывают ущерб, место опустошения. После вчерашнего дня, после ветра, воды, земли и огня, на выбор. Защита стихий. Идея связи, железных дорог, линий электропередач, телефонов, небесных трасс. Как в кино беседа о ветре, Ник. Искусство каллиграфии. Шелк, чернила, точнее тушь, анкр де шин, бумага, фарфор. Обычно в учебниках пишут еще о порохе. Дно, дым, дом.

Наш сон после этого кино прогулок. Вчерашний снег. Оставленные ладони. Ле мэн абандоннэ, слова из книги. Урок с Вадимом. Оставленные руки. Брошенные ладони. Покинутые руки.

Девушка Валя исчезла в метели. Кино и то, что перед ним, вся эта метель, и то, что после. Ум после случившегося, тепло воды, ее прохлада, жар тела и то, что внутри горит, вниз с головой в прохладу.

Дно, откуда видны звезды. Глаза, волосы, голос. Жизнь городского дна, пустырь французского фильма. Тьма спускается, пишут в книжках, зажигаются огни маленького кафе, идиллия уюта. После скитаний, прогулок, бреда пути этот приют.

Полузабытые слова, пение зимних птиц. Пение тех летних птиц. Парение, приземление. Дураки, дороги. Кинороман посвящается Гоголю. Найти эти строки, которые передал мне офицер Дима Петров. Двор вокзала, Римская империя, милиция моя. Один некрасивый с лицом после оспы, другой красавец с глазами и губами. Падение во дворе, но не как мага с башни. Звезда над вокзалом кино. Роза маленького принца, стеклянная дверь, ведущая во двор, сцена

книги, искусство кино. Воздух и воля святого П.

* * *

Звонок Лукреции вечером, вчера, после падения на вокзале. До этого: прогулка с дамой в шубе, с Татьяной Анатольевной до метро. Поездка с ней в метро. Русская красавица.

Кафе в доме Достоевского, Бедные люди. Дума о людях, их роскоши и нищете как куртизанок. Достоевский Бальзак. Дом, кафе, люди. Неореализм жизни. Призраки, отражения от реальности. Зимний пар жизни. Шаг как в балете или в армии. Па де де. Сцена жизни. Репетиции. Греческая эпоха, спираль, виток. Ля бель эпок. Белая Индия. Платки, шали, танцы. Церковь на площади, пение, свечи. Иконы. Люди на площади. Здание церкви, гравюра из книги Обломов, литературные памятники.

Корабль над водами, когда гора? Голубь с веточкой, добрая весть. Снега, сугробы, просторы. Полет над гнездом. Контекст киноромана. Автор и наш белый снег. Искрится как саван белый. Белая И. Воображение розовых от солнца слонов, зимнее утро. Наш караван. Женский голос, песня. Любезности милиции, моей на вокзале. Их язык и лица как на иконах.

Метро, Малибран, стансы. Станция метро, освещение под землей, это бывшая церковь. Два входа как в катакомбы, один с вокзала, другой с площади. Кожа и руки милиционеров, походка. Туалет вокзала, среди посетителей публичного места. Раздевание людей. Святость индийских коров в гирляндах. Свиньи и собаки Евангелий.

Откровение о милиции Третьего Рима, четвертой не бывать. Санкт-Петербург, московский вокзал. Отчаянные глаза милиции, ноги, губы, уши не выдают дрожь. Змеи, ящерицы, другие рептилии с вывески вокзала. Человеческие лица. Как в фильме Ночной портье. Ле портье де нюи. Игра чувств, роли. Защита стихий. Библейский город в клубах зимнего пара, огонь и вода. Необходимость театра. Исследование этого слова. Что оно значит? Птицы поющие и сгорающие от страсти. Их возрождение.

* * *

Возвращение из Ф. Это страна-призрак с реальными людьми и делами. Бассейн, дороги, свет. Пока ехали как цыгане с нашего курорта. Проезжали дым над домами. Снега и сосны. Финская иллюзия, фильм Ренуара о великой войне. Теплый хлеб продавали на дороге (между Куопио и Миккели). Все время задним фоном представлялась дорога из Нижнего в Арзамас, мимо нашей Криуши. Такие же дали. Мирная мордва, ставшая тайной, Христос в церкви в деревне Всесвятское, дорога полями, вдоль реки. Финляндия магазинов и автозаправочных станций, Ф. дорог как Россия, Куопио, каппа, мююмяля. Машины, огни курорта, проспекты (туристический буклет, брошюра). Финский Голливуд, русская мечта простерлась до сюда, до этих буклетов. Мой финский отдых, моя фамилия, голубое сияние с утра. Погружение в язык и сон. Продолжение фильма-романа другими средствами. Дума о Роб-Грийе, другие средства, дали, язык словаря. Сосны на горе наподобие книжной, священной. С высокой катятся люди на лыжах, мечта о прыжке с колокольни здесь оживает, кажется люди парят по белому, в голубом.

Bon Dieu.

Illusion du vol, c’est ca la Finlande. Le retour du pays des songes en car avec mes touristes.

La longue bouffe du peuple russe. Sa passion pour la vitesse du fast-food. Les fastes de F.

Que faire, je ne sais pas comment revenir.

Возвращение к родному языку, через финские розы, морозы. Влюбленный взгляд за окно.

Бунт, бал, бум.

Переливы финских бумажных денег. Фантастические марки. Ее озера подо льдом. Дети Ф., дискотека в канун Нового года в нашей гостинице Тахковуори. Наши дома-коттеджи, с названиями полевых цветов. Ландыш, незабудка, колокольчик. Дальняя поездка, по словам шофера шестьсот километров, от Москвы в другую сторону. Т.е. от Петербурга в другую сторону от Москвы. Непонятно. Проверка паспорта на границе. Холод за окном как будто в космосе, т.е. очень высоко от Земли. В голубом сиянии. Тепло у печки, рядом с водителем. Лошади и сани на озере курорта. Полет над гнездом. Бассейн в зимнем саду в тепле гостиницы. Зимний сад, можно ходить как до грехопадения среди зеленых кустов, взгляд за окно на зимнюю Ф., настоящий полет на корабле. В сиянии голубом. Вот мелодия, тема. Обещанная вода. Достигли. Погружайся с воспоминаниями. Зеленоватая, словно морская, вода океана. Баня. Номер гостиницы. Неожиданный уют. Возвращение через темноту, усталость и страх. Приближение к границе, вот мы и за границей, на родине. Кабак как в драме Борис Годунов. Настоящая опера. Буфетчица, шоферы, туристы. Мои думы, взгляд за окно, ухо слушающее речи в переливах света, на границе с тьмой. Происхождение Российского государства, чтение статьи, памяти Кавафиса, поэта из Александрии, любителя исторических этюдов. Лирика и эпос, пафос прошлого. Застигнутые в настоящем. Постижение через дорогу, вам открывается в пути, когда настигает тьма. На границе света и тьмы. Потом во Франции метро неожиданно выходит на свет, мимо домов, над улицами. Все в новогоднем ожидании. Иллюминация. Снова во тьму с пассажирами. С их речью, веселыми и усталыми лицами, думами. Здесь и там, сейчас. Бывшие норманны на быстрых и красивых машинах, мы в автобусе с нашими людьми. Временное состояние в пейзаже. Через ночь по голубой дороге к свету.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать