Жанр: Природа и Животные » Джеральд Даррелл » Мясной рулет. Встречи с животными (страница 44)


Мы не жалели сил на приготовления, и не только потому, что любили Мартина, — мы радовались, как дети перед новогодней елкой. Я был единственным человеком, которого жизнь баловала интересными и неожиданными впечатлениями, ведь никогда не знаешь, какие сюрпризы преподнесут выловленные в лесу звери, остальные же члены общества влачили, на мой взгляд, однообразное и унылое существование в самом что ни на есть неприятном климате на Земле. Так что, хотя мы для виду и досадовали на предстоящий визит начальства, и осыпали его проклятиями, в душе каждый радовался этому развлечению. Конечно, это не касается Мартина — он-то к наступлению торжественного дня вконец извелся от страха.

Когда же роковой день наступил, мы все, будто случайно, собрались под развесистым деревом саур-саур, откуда были отлично видны подступы к резиденции Мартина. На нервной почве мы непрерывно болтали — о повадках животных, о росте цен на мануфактуру, а Мэри даже прочла нам целую лекцию о тонкостях кулинарного искусства. При этом никто не обращал внимания на то, что говорят другие; все то и дело прислушивались, затаив дыхание, не едет ли окружной инспектор.

Наконец, к нашему глубокому облегчению, элегантный просторный лимузин лихо подкатил по аллее и остановился перед домом.

— Слава богу, чертовы колдобины выдержали! — сказал Макгрейд. — Пронесло! А я-то боялся!..

Мы видели, как Мартин вышел на крыльцо, а инспектор вылез из машины. Издали он смахивал на маленького червячка, выползающего из большого черного кокона. Зато Мартин выглядел безукоризненно. Он проводил инспектора в дом, и мы облегченно перевели дух.

— Я уверена, что авокадо ему понравятся, — сказала Мэри. — Представляете, я перебрала сорок три штуки и выбрала самые лучшие.

— А мои-то колдобины выдержали! — гордо заявил Макгрейд. — Никому, кроме ирландца, это дело не по плечу!

— Вот погодите, пусть он до икры доберется! — сказал Робин. — Это будет, я думаю, самый торжественный момент.

— А про моих копченых дикобразов забыли? — возмущенно вмешался я.

— А про мои букеты и вазы? — Напомнила Мэри. — Можно подумать, что вы все сделали единолично, Робин.

— В сущности так оно и есть, — сказал Робин. — Я делал все с умом и все продумал.

Тут мы разошлись по домам: давно пора было завтракать.

До вечера мы томились бездельем. Теперь все зависело от Мартина, но за него можно было быть спокойным: без сомнения, окружной инспектор не найдет никаких недочетов во вверенном Мартину районе.

Ровно в пять часов у меня за спиной словно из-под земли появился Пий — как раз в ту минуту, когда сумчатая крыса, возмущенная моими бесцеремонными попытками проверить, не беременна ли она, вцепилась мне в палец.

— Сар, — сказал Пий.

— Чего тебе? — проворчал я, высасывая кровь из укушенного большого пальца.

— Фанна готов, cap.

— Какого черта ты налил мне ванну средь бела дня? — спросил я, совершенно позабыв о торжествах по поводу приезда важного гостя.

Пий удивился:

— Вам надо быть у районного начальника в шесть часов, cap.

— Черт возьми! — сказал я. — Начисто забыл. А одежду приготовил?

— Да, cap, — ответил Пий. — Мальчонка брюки гладил. Рубашка чистая, cap. Пиджак и галстук готоф, cap.

— Господи! — сказал я, пораженный внезапной мыслью. — Кажется, у меня нет ни одной пары носков!

— Я купил носки, cap, на рынке, cap, — произнес Пий. — И ботинки я чистил.

Неохотно оставив в покое крысу — я так и не выяснил, беременна она или нет, — я пошел принимать ванну и влез в нечто напоминающее брезентовый саркофаг, наполненный тепловатой водой. И хотя жара уже спала, с меня, несмотря на ванну, ручьями лился пот, разбавленный водой. Я плюхнулся в кресло, надеясь немного остыть, и стал думать о предстоящем вечере…

Одевался я очень тщательно, хотя белоснежная свежевыстиранная рубашка почти мгновенно намокла и потеряла белизну. Приобретенные Пием носки, как видно, копировали боевые цвета какого-нибудь полудикого шотландского клана и ослепительно ярким сочетанием цветов непримиримо спорили с моим новым галстуком. Пиджак я не стал надевать, а просто перекинул через плечо: поднявшись в гору к дому Мартина в пиджаке, я рисковал предстать перед окружным инспектором в виде тюленя, только что вынырнувшего из морских волн. Меня сопровождал Пий.

— Ты уверен, что все в порядке? — спросил я.

— Да-а, cap. Но у инспектора слуги — очень плохой слуги.

— Сам знаю, — сказал я. — Поэтому и поручил все тебе.

— Да, cap. Виноват, cap, Иисус стал не такой, cap. «Господи, — подумал я, — что там еще стряслось?»

— А что значит «не такой»?

— Ему хороший человек, — проникновенно сказал Пий. — Но ему — старик, и, когда надо делать важный вещи, ему сразу стал не такой.

— Трусит, что ли? — спросил я.

— Да, cap.

— Значит, ты думаешь, он сделает очень плохой обед?

— Да, cap.

— Что же нам делать?

— Я посылал наш повар туда, cap, — сказал Пий. — Ему помогать Иисусу, и тогда Иисус будет опять такой, как надо.

— Молодец, — заметил я. — Отлично придумано. Пий просиял от гордости. Мы немного прошагали молча.

— Виноват, cap, — вдруг произнес Пий.

— Чего еще? — нетерпеливо бросил я.

— Я и нашего мальчонку послал, cap, — сказал Пий. — Их мальчонка хороший, только Амос его совсем не учил.

— Превосходно! — сказал я. — Я тебя внесу в почетный список к Новому году.

— Благодарю вас, cap! — ответил Пий, который ничего не понял, но догадался по моему тону, что я полностью одобряю его самостоятельные действия.

Наконец

мы пришли к Мартину. Пий, выряженный в свою лучшую форму, которая вместе с медными пуговицами обошлась мне неслыханно дорого, мгновенно испарился и, как видно, сразу очутился на кухне.

Дверь была открыта, а возле нее красовался мой «мальчонка».

— Пливет вам, cap! — воскликнул он, сияя белозубой улыбкой.

— Пливет вам, Бен! — сказал я. — Ты смотри работай сегодня хорошо, а то я с тобой знаешь как разделаюсь!

— Слушаю, cap! — ответил он, улыбаясь еще шире.

Оказалось, что, пока я неспешно принимал ванну, а затем долго облачался в одежды, совсем не подходящие для здешнего климата, гости собрались и сидели на веранде.

— Ах! — воскликнул Мартин, вскакивая и подбегая ко мне. — А я боялся, что вы уже не придете!

— Дорогой мой, — прошептал я, — я не из тех, кто бросает друзей в беде.

— Разрешите вас представить, — сказал Мартин, вводя меня на веранду, полную народа. — Мистер Фезерстоунхау, окружной инспектор.

Инспектор оказался маленьким человечком с физиономией поразительно похожей на непропеченный пирог со свининой. У него были жидковатые седеющие волосы и выцветшие голубые глазки-буравчики. Он встал со стула и пожал мне руку — рукопожатие оказалось неожиданно цепким, что трудно было предположить по его вялому виду.

— А, Даррелл! — произнес он. — Приятно познакомиться.

— Извините за опоздание, сэр.

— Пустяки, пустяки, — сказал он. — Присаживайтесь. Уверен, что наш хозяин припас что-нибудь и для вас, а, Бьюглер?

— О, да, да, да, сэр, — засуетился Мартин и хлопнул в ладоши. Хоровое «Иду, cap!» донеслось из кухни.

Я с облегчением увидел Пия, явившегося во всем своем блеске: начищенные медные пуговицы так и сверкали в свете ламп.

— Сар? — обратился он ко мне, словно видит меня впервые в жизни.

— Виски с водой, — коротко приказал я, подражая холодному высокомерию множества белых, принятому в разговорах со слугами. Я знал, что инспектор, прибывший из Нигерии, оценит мои манеры, достойные истинного британца. Я быстро оглядел собравшихся. Мэри, округлив глаза, ловила каждое слово инспектора. Даже неоновая реклама над ее головой со словами: «Надеюсь, мой муж получит повышение по службе» — ничего не объяснила бы лучше, чем выражение ее лица. Робин метнул в меня быстрый взгляд, приподнял брови и снова впал в обычный транс, похожий на дремоту. Макгрейд, чем-то очень довольный, благосклонно улыбнулся и мне.

На длинном диване уже громоздилась кучка пиджаков и галстуков, а с реки налетал прохладный ветерок.

— Простите, сэр, — обратился я к окружному инспектору, — вы не возражаете, если я, по местным обычаям, сниму галстук и пиджак?

— Конечно, конечно, — сказал окружной инспектор. — Никаких формальностей. Я как раз говорил Бьюглеру: это все для порядка, как положено. Заглядываю сюда разок-другой в год, чтобы проверить, как вы тут себя ведете. За вами глаз да глаз нужен, а?

С огромным облегчением я освободился от своего радужного галстука и от пиджака, швырнув их на диван. Пий подал мне стакан, а я и не подумал его поблагодарить. В Западной Африке почему-то считалось дурным тоном благодарить слуг за что бы то ни было — это просто не было принято. Имена им давали христианские, но звать по имени — упаси боже! Вы просто должны были крикнуть: «Бой!»

Тем временем разговор окончательно иссяк. Было ясно, что окружной инспектор — единственный, кто может себе позволить разглагольствовать, остальные не смеют и рта раскрыть. Я задумчиво потягивал виски и размышлял, что у меня общего с этим инспектором и удастся ли мне к концу вечера не впасть в полный маразм, если я вообще не помру со скуки.

— Чин-чин! — сказал инспектор, когда я поднес стакан к губам.

— За ваше здоровье, сэр, — откликнулся я.

Окружной инспектор уселся поудобнее в кресле, пристроил свой стакан на подлокотнике, обвел взглядом окружающих и, убедившись, что все ловят каждое его слово, заговорил.

— Я как раз говорил перед вашим приходом, Даррелл, — лучше, конечно, поздно, чем никогда, а? — что я весьма доволен образцовым порядком, который навел тут Бьюглер. Сами понимаете, нам, старым служакам, приходится иногда налетать врасплох — надо же убедиться, что во всех районах все в порядке.

Тут он в высшей степени непривлекательно хихикнул и шумно отхлебнул из стакана.

— Спасибо вам за такие добрые слова, — сказал Мартин.

Тут он поймал полный страдания, умоляющий взгляд Мэри и поспешно добавил:

— Конечно, я ничего не смог бы добиться без помощи своего замечательного помощника.

— Не скромничайте, Бьюглер! — сказал инспектор. — Все знают, что помощь может стать и помехой, смотря какой помощник.

— О, я вас уверяю, что Стендиш — просто чудесный помощник! — заверил его Мартин, по привычке размахивая руками, и перевернул большую миску с жареным арахисом на колени инспектору.

— Виноват, cap! — хором закричали Пий, Амос и оба мальчугана, которые стояли в тени у стен, готовые в любую секунду выполнить распоряжение. Они всем скопом налетели на инспектора и, приговаривая «Виноват, cap», «Виноват, cap», счистили жирную ореховую массу с его брюк обратно в миску и унесли на кухню.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать