Жанр: Боевики » Андрей Воронин » Утраченная реликвия... (страница 28)


Только все это суррогаты вроде бойцовского клуба, ими душу не обманешь. Ей, душе, подавай натуральный продукт, она к заменителям не привыкла".

Путь до дома, в котором жил Бондарев, был недалек, ехал Юрий быстро, так что сделать окончательный вывод из своих невеселых размышлений он не успел – не хватило времени. Высматривая номера домов, он свернул во двор и сразу же остановился. Внутридворовый проезд был наглухо перегорожен кавалькадой из трех автомобилей и окружившей их толпой, довольно редкой по случаю раннего часа и рабочего дня. Выработанный годами рефлекс, повелевавший держаться как можно дальше от милиции, сработал и сейчас.

Красно-белая «газель» медицинской службы, посверкивая синими проблесковыми маячками и выплевывая из выхлопной трубы облачка белого пара, ерзала из стороны в сторону, пытаясь выбраться из затора. Помимо «скорой помощи» здесь стояли сине-белый, сто раз перекрашенный и отрихтованный милицейский «уазик» и еще одна «газель», баклажанная, с затонированными до непрозрачности стеклами и выписанной белыми буквами надписью:

«Технологическая». Возле подъезда торчала парочка скучающих сержантов, обремененных бронежилетами и укороченными милицейскими автоматами – передовой заслон, призванный удержать любопытных аборигенов на приличном расстоянии.

Картина была до отвращения знакомая: «скорая помощь», вероятнее всего, была никакой не «скорой помощью», а обыкновенной перевозкой, предназначенной для транспортировки в морг клиентов, которым медицина уже не в силах помочь; фиолетовый кузов «технологического» микроавтобуса скрывал в своих прокуренных недрах работников прокуратуры, криминалистов с их оборудованием, медицинских экспертов – словом, следственную группу; что же до ментовского «уазика», то он был именно тем, чем казался, то есть ментовским «уазиком», и ничем больше.

Судя по маневрам, осуществляемым перевозкой, клиент уже лежал в ее кузове, однако, как ни странно, зеваки не спешили расходиться: вытягивая шеи, они с любопытством прислушивались к доносившимся из подъезда звукам и нетерпеливо переминались с ноги на ногу, явно ожидая продолжения бесплатного спектакля. Глядя на них, Юрий брезгливо поморщился: конечно, все люди в принципе одинаковы, но соотечественники все же бывают порой какими-то.., более одинаковыми, что ли. Вот так посмотришь-посмотришь на них, а потом плюнешь, махнешь на все рукой и купишь себе клочок суши где-нибудь в Тихом океане, куда уже лет двести не ступала нога человека. А к клочку суши прикупишь еще и крупнокалиберный пулемет – чтобы, значит, эта самая нога не ступала туда и впредь…

"Однако что же это они не расходятся? – подумал Юрий, закуривая сигарету. – Неужели там, в подъезде, кого-то вяжут по горячим следам? Да непохоже как будто. Задержание по горячим следам обычно происходит до прибытия экспертов, и делают это сержанты из ППС…

Черт, как все не вовремя!"

Тут до него мало-помалу дошло, что дом, возле которого собралась толпа, и есть тот самый, который ему нужен. Где-то здесь жил Валерий Бондарев – завтракал, наверное, или просто курил, стоя у окна и наблюдая за тоскливой суетой во дворе. Ему, как и Юрию, было не впервой видеть трупы, и все это копошение вряд ли вызвало у него интерес – одну только тоску, раздражение да еще, может быть, жалость в том случае, если он был знаком с покойным. А может быть, и не жалость, а, наоборот, удовольствие. Может, покойный был редкостной сволочью, и Бондарь сто раз желал ему сдохнуть – и мысленно желал, и вслух, прямо в поросячьи его гляделки.

Желал-желал, а потом взял и помог – отвернул тупую башку голыми руками, и весь разговор…

«Эй, эй, – мысленно прикрикнул на себя Юрий, – Тпру, родимый! Куда тебя занесло! Тьфу, тьфу, тьфу, пронеси, Господи! Оно, конечно, если менты там, внутри, пытаются повязать Бондаря, тогда понятно, почему народ не расходится. Бондаря вязать – дело затяжное, и не всякому оно по плечу. Да ну, чепуха! Солдат ребенка не обидит. Что он, с ума сошел? Здесь ведь все-таки не Ичкерия, и он это должен понимать…»

Однако беспокойство, закравшись в душу, не думало уходить. Юрий припомнил номер квартиры Бондарева – тридцатый – и произвел в уме нехитрый подсчет, исходя из того, что в стандартных хрущевских пятиэтажках на лестничную площадку, как правило, выходят двери четырех квартир. Получив результат, он не захотел ему верить и посчитал снова. Увы, сколько ни пересчитывай, получалось одно и то же: квартира Бондарева располагалась именно в том подъезде, возле которого толпился народ.

«Спокойно, – сказал себе Юрий, – не надо раньше времени поднимать пыль до неба. В подъезде двадцать квартир, так что суетиться действительно рано. Бондарь, по идее, только что вернулся с суточного дежурства, ему не до дебошей и драк с летальным исходом».

Он вышел из машины, запер центральный замок и не спеша двинулся к подъезду по сухому пыльному асфальту с узкими черными наледями, прятавшимися по краям, в тени бордюров. По дороге ему пришлось остановиться и отойти в сторонку, пропуская перевозку, которой наконец-то удалось вырваться на оперативный простор и даже развернуться на узком асфальтовом пятачке перед подъездом. Проезжая мимо Юрия, водитель микроавтобуса погасил проблесковые маячки – его клиенту больше некуда было торопиться.

Плечом вперед протиснувшись сквозь кольцо зевак, Юрий спокойно

подошел к подъезду, бросил окурок в осевший, покрытый черной коркой сугроб на газоне и начал все так же не спеша, как ни в чем не бывало подниматься по выщербленным ступенькам крыльца. Теперь ему стали слышны доносившиеся из темного жерла подъезда звуки, и от этих звуков Юрию сделалось не по себе: где-то там, наверху, за закрытыми дверями, бешено лаяла собака.

Один из карауливших дверь сержантов шагнул вперед, заступая дорогу. Сержант был молодой, с гладкой розовой физиономией и прозрачными нагловатыми гляделками под козырьком форменного кепи. Впрочем, держался он вполне корректно, не толкался, не хватал и даже разговаривал сравнительно вежливо.

– Туда нельзя, – вежливо сказал он.

– Простите, – не менее вежливо возразил Юрий, – но мне надо именно туда.

Собачий лай наверху действовал ему на нервы, заставляя торопиться и путая мысли. Лаял, скорее всего, Шайтан, и лаял не просто так, от нечего делать, а так, как лает серьезный, воспитанный, знающий себе цену пес, когда враг силен, а отступать некуда. Это было паршиво, и Юрий с огромным трудом преодолевал искушение просто расшвырять сержантов, как кегли, и устремиться вверх по лестнице.

– Вы здесь живете? – спросил сержант.

Юрий поборол желание ответить утвердительно и помотал головой.

– Нет, я пришел к знакомому. Мы договорились встретиться в это время.

Сержант окинул его профессиональным взглядом.

«Сопляк, – подумал Юрий. – Малолетний клоун. Это он пытается меня смутить и заставить пойти на попятную – дескать, я подъездом ошибся, извините, зайду попозже. Сначала заставить человека лепетать вздор, потом строго потребовать документы, потом задержать для выяснения личности, а после, промурыжив часов пять, отпустить, ничего не объясняя и, уж конечно, не извиняясь, – просто так, чтоб вперед неповадно было лезть, куда не ведено…»

Он твердо посмотрел прямо в глаза сержанту и коротко дернул уголком рта, обозначив нечто вроде улыбки, столь же сухой, сколь и оскорбительной. Тонкости его мимики, похоже, до сержанта не дошли, но он, по крайней мере, понял, что первый раунд закончился вничью.

Заметно посуровев, сержант значительно поправил на боку автомат, покосился на напарника (напарник наблюдал за этой сценой с деланным равнодушием, за которым скрывалась готовность броситься, заломать, скрутить и бросить в машину, как бы между делом пару раз подвесив клиенту по почкам), нахмурил белесые брови и спросил:

– В какую квартиру?

– В тридцатую, – честно ответил Юрий. Шайтан наверху продолжал гулко, на весь подъезд, лаять, и Филатов понял, что попасть под подозрение – единственный способ очутиться в центре событий. А в том, что упомянутый центр находится именно под дверями тридцатой квартиры, он уже не сомневался.

– В тридцатую? – с непонятным выражением переспросил сержант и бросил быстрый взгляд на своего напарника. Юрию показалось, что тот едва заметно кивнул и слегка подобрался, как будто и впрямь намеревался прыгнуть. – Что ж, проходите. Постойте, я вас провожу.

Юрий пожал плечами – дескать, я бы и сам нашел дорогу, но, если хочешь, провожай, – и ступил в воняющую кошками полутьму подъезда. Доносившийся сверху лай гудел в лестничном пролете, отдаваясь от стен, как внутри колокольни. Подошвы модельных туфель Филатова и сержантских сапог вразнобой стучали по узким бетонным ступенькам, и Юрий поймал себя на том, что помимо собственной воли пытается подстроиться под шаг милиционера, чтобы идти с ним в ногу.

– Что тут у вас за форс-мажор? – миролюбиво спросил он. – Обокрали кого-нибудь?

Сержант промолчал. Пристроившись Юрию в спину, он сразу начал вести себя как конвоир, он даже взял наперевес свой куцый автомат, чтобы воспрепятствовать возможной попытке побега подконвойного, и, если бы не обстоятельства, его поведение насмешило бы Филатова.

Он был готов подниматься по этой лестнице хоть сто лет, лишь бы оттянуть неизбежную развязку, но Бондарев жил всего-навсего на третьем этаже, и они с сержантом пришли на место быстро – намного быстрее, чем хотелось бы Юрию.

На площадке третьего этажа произошла какая-то заминка. Здесь стояла еще парочка сержантов, трое штатских с колючими глазами прожженных столичных оперов, полупьяный мужичонка в засаленном ватнике и с ободранным чемоданчиком в руке – похоже, слесарь из домоуправления, – а также кучка напуганных аборигенов в количестве четырех человек – надо полагать, понятые.

Из-за двери квартиры по-прежнему доносился бешеный лай Шайтана, сопровождавшийся душераздирающим скрежетом когтей по дереву, – пес рвался на волю, чтобы встретиться с противником в честном бою и на деле выяснить, кто тут мужчина, а кто – так, дерьмо овечье. Дверной косяк скалился длинными белыми клыками свежих щепок – дверь была взломана, но входить в нее почему-то никто не торопился. Юрий мог бы поспорить на все свои деньги, что знает причину этой неторопливости, но ему сейчас было не до пари.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать