Жанр: Боевики » Андрей Воронин » Утраченная реликвия... (страница 29)


На его глазах один из оперативников в штатском отодвинул слесаря в сторону и толкнул дверь. Дверь приоткрылась сантиметров на десять, после чего по ней нанесли мощный удар изнутри, вслед за которым последовал новый взрыв яростного лая пополам с хриплым ненавидящим рычанием. Дверь захлопнулась с пушечным гулом, оперативник отскочил в сторону, бледнея и хватаясь за пистолет, понятые как по команде попятились вверх и вниз по лестнице, в зависимости от того, кто где стоял.

– Вот зараза, – слегка дрожащим голосом проговорил опер. – Хорошо, что дверь вовнутрь открывается!

– Товарищ капитан, – обратился к нему сержант, который привел Юрия, – вот этот гражданин утверждает, что пришел в тридцатую.

– Сержант! – почти взвизгнул оперативник. – Мать твою через семь гробов в мертвый глаз! Ты что, совсем обалдел?! Кто разрешил пускать посторонних?! Увести немедленно!

– Я пока что не под следствием, чтобы меня сержанты уводили, – вмешался в эту содержательную беседу Юрий. Внутри у него все ныло, как больной зуб, и вся эта бодяга с выяснением личности, проверкой документов, допросами, протоколами и объяснениями, вся эта нудная и бесполезная чепуха была ему сейчас не в жилу. Он уже догадался, что произошло, но никак не мог понять почему, и выяснять отношения с нервными сотрудниками следственных органов было выше его сил. Однако обходного пути не существовало, потому что внутри квартиры был заперт Шайтан. – Да и стоит ли меня уводить, раз я все равно уже здесь? Одним понятым больше, одним меньше – какая разница?

– Сержант! – не глядя на Юрия, процедил опер. – Ты что, оглох? Я сказал – увести! Кулаков, – повернулся он к другому сержанту, – оружие к бою. Стреляй, как только я открою дверь.

– А может, прямо через дверь? – предложил осторожный и рассудительный Кулаков, снимая с плеча автомат. – Полотно хлипкое, враз пробьет. И никакого риска.

– Риска сколько угодно, – сказал Юрий, аккуратно высвобождая локоть из захвата своего сопровождающего. – Первому, кто выстрелит в эту собаку, я сверну шею к чертовой матери, а потом… В общем, там видно будет. Начнете палить – покрошите и друг друга, и своих понятых, а голыми руками… В общем, не буду зря хвастаться. Знаю я, как вас на занятиях по рукопашному бою обучают. Давай, Кулаков, не стесняйся, открывай огонь. Прямо через дверь, так действительно спокойнее.

Возглавлявший собравшееся на площадке стадо капитан снизошел наконец до непосредственного общения с посторонним, мешавшим нормальному ходу следственных действий.

– Это еще что за хрен с бугра? – поинтересовался он, с недобрым прищуром оглядывая Юрия с головы до ног. – Документики предъявите!

Документики у Юрия были с собой – как же, он ведь, как-никак, на работу шел устраиваться! – и он их предъявил, отлично зная при этом, что будет дальше. Капитан невнимательно пролистал его паспорт и сунул его во внутренний карман плаща.

– Уведите задержанного, – сказал он.

– Погоди, капитан, – запротестовал Юрий. – Не горячись. В чан с дерьмом нырнуть всегда успеешь. Я тебе судом грозить не буду, хотя и мог бы. Поверь, в моих силах тебя без погон оставить, но речь сейчас не об этом.

Речь о том, что я тебе помочь хочу, а ты меня гонишь.

Не знаю, что тут у вас происходит, но собака-то уж точно не виновата. Зачем же в нее стрелять? В квартиру тебе надо, а пес не пускает? Ну так ведь он для того там и сидит, чтобы посторонних в дом не пускать. Давай, я его уведу, и стрелять ни в кого не придется – ни в собаку, ни в меня. А меня тебе придется вместе с псом завалить, это я тебе клятвенно обещаю.

– Пройдемте, задержанный, – сказал стоявший позади Юрия сержант.

– Отвяжись, – отмахнулся Филатов. – Ну, так как, капитан?

– Отставить, сержант, – сказал капитан. – Кулаков, отставить. Вы, собственно, кто? – обратился он к Юрию.

– Мой паспорт у вас в кармане, что, кстати, абсолютно незаконно. Я пришел в гости к знакомому, к Валерию Бондареву, хозяину вот этой самой квартиры номер тридцать и вот этого самого пса по кличке Шайтан, который вас в эту квартиру не пускает. Пес меня знает, и хозяин меня тоже знает…

– Ну, хозяин-то роли не играет, – пробормотал за спиной Юрия сержант, и Филатов едва успел сдержаться, чтобы не выбить ему зубы.

Шайтан продолжал гулко лаять за дверью, и, чтобы слышать друг друга, Юрию и капитану приходилось кричать. Из-за этого волей-неволей получалось, что они не беседуют, а орут друг на друга, и Юрий очень опасался, что эта глупая случайность окажет самое негативное влияние на исход переговоров. Однако оперативник, даром что капитан, оказался не так уж глуп. Что-то прикинув в уме и переглянувшись с коллегами, он отступил от двери и сделал в сторону Юрия приглашающий жест:

– Прошу! Только без фокусов.

– Я не Дэвид Копперфилд, – огрызнулся Юрий, – а у вас тут шесть стволов. Самая та обстановка для фокусов… Чего ты боишься, капитан, – инструкцию нарушить?

– Прошу, –

повторил капитан, явно задетый за живое упоминанием об инструкции, и отошел подальше от двери.

Юрий встал на его место, вздохнул и для начала позвал пса по имени. Шайтан ответил новым взрывом яростного лая, но Юрий не отступал, звал его ласковым голосом, и постепенно пес начал успокаиваться. Через пару минут вместо бешеного лая из-за двери послышалось вопросительное поскуливание и энергичное царапанье – пес просился на волю. Тогда Юрий толкнул дверь и вошел.

В квартире почему-то было прохладно, чтобы не сказать холодно, и, заглянув в комнату, Юрий увидел открытое настежь окно и работающий телевизор. Теперь он начал кое-что понимать: если Бондарев погиб, то произошло это не здесь, а на улице. Он либо выпал из окна и разбился (десантник!., с третьего этажа!..), насмерть! – либо выпрыгнул, спасаясь от какой-то угрозы, и угодил прямиком в лапы преследователей.

– Черт знает что, правда, Шайтан? – сказал он собаке, присаживаясь на корточки и озираясь в поисках поводка. Поводка нигде не было видно, и Юрий решительно потащил с шеи галстук. – Но ты не волнуйся, пес, я во всем разберусь. Вместе разберемся, правда?

А пока то да се, поживешь у меня. Мы с твоим папашей знаешь как дружили? 0-го-го, как дружили! Буквально не разлей вода… Да и хозяин твой… М-да… Ну, насчет хозяина мы сейчас все узнаем.

Продолжая нести чепуху ласковым, успокаивающим голосом, он осторожно протянул руку к собачьему ошейнику. Пес негромко зарычал, показав очень белые и чертовски крупные, прямо как у льва, клыки, но Юрий не убрал руку, потянулся еще дальше и медленно, осторожно ухватился за ошейник.

– Тихо, Шайтан, – приговаривал он, – тихо, мальчик. Пойдем, дорогой, пойдем, хорошая собака. Я свой, ты ведь меня помнишь, правда? Конечно, помнишь! Если бы не помнил, давно бы на ленточки порвал своими зубищами… Зубищи у тебя, брат, прямо как у крокодила, ей-богу. Пойдем гулять, Шайтан. Гулять! Ты ведь воспитанный пес и привык делать свои дела на улице, да?

Слово «гулять» подействовало – пес хоть и очень неохотно, но все-таки встал и дал привязать к ошейнику галстук. Юрий намотал свободный конец шелковой тряпицы на кулак, гадая, выдержит ли этот импровизированный поводок, если Шайтан все-таки решит посмотреть, что внутри у сотрудников славной московской милиции. В принципе, шелк – материал прочный, да и толщина у скрученного жгутом галстука приличная, так что, по идее, должен выдержать…

Он стукнул в полузакрытую дверь и крикнул:

– Мы выходим! Кто не спрятался, я не виноват!

"Господи, что я несу, – подумал он, открывая дверь и выводя собаку на площадку. – Что я несу! Кто не спрятался, я не виноват… Бондарь не спрятался. Я не виноват?

Посмотрим, посмотрим…"

Увидев сгрудившихся на ступеньках между третьим и четвертым этажами посторонних, пес присел на пружинистых лапах и глухо зарычал. Шерсть у него на загривке поднялась дыбом, треугольные уши плотно прижались к черепу.

– А намордник? – возмутился кто-то из оперативников.

– Если найдешь, принеси, – ответил Юрий. – А заодно поводок. Это не моя специальность – по чужим квартирам шарить. Капитан, я буду в своей машине. Серая «Вольво» – там, на углу. В общем, найдешь. Принесешь мой паспорт, а заодно и потолкуем.

– Разбежался, – сказал капитан. – В смысле, слушаюсь. Будет сделано. Ты кто такой, чтобы я с тобой разговаривал?

– Гражданин России. А не хочешь разговаривать, гони обратно мой паспорт. Подойди и отдай, как взял – из рук в руки. Пойдем, Шайтан. Фу, не трогай! Кусать милицию – очень нездоровое занятие. Мало ли какую заразу подхватишь…

Протащив рычащего, упирающегося пса сквозь пугливо расступившееся кольцо зевак, Юрий прошелся с ним по частично оттаявшему газону, дал ему сделать свои дела и не без труда загнал на заднее сиденье машины. Здесь Шайтан, похоже, смирился с судьбой, перестал вырываться и покорно улегся на сиденье, положив тяжелую голову на лапы и испустив напоследок протяжный, совсем человеческий вздох.

Юрий сел за руль, опустил оконное стекло и закурил.

– Вот такие дела, брат, – сказал он, не поворачивая головы. – Выходит, осиротели мы с тобой, Шайтан. Привыкай, друг, такая наша солдатская доля – все время терять хороших ребят. Эх ты, собака… Ну, что молчишь?

Ведь ты же все видел, все знаешь…

Пес снова вздохнул, тихонько заскулил и отвернулся от Юрия, упершись мокрым носом в обивку сиденья.

Юрий тоже вздохнул, откинулся на спинку, выставил в окно локоть и стал ждать капитана: ему нужно было наконец выяснить, что произошло с Валерием Бондаревым.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать