Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Плавучий город (страница 4)


— Теперь у вас появился реальный повод не доверять мне...

Так вот оно что! Николас понял, что его желание выяснить для себя кое-какие вопросы Синдо воспринял как недоверие к нему со стороны работодателя.

— Если бы дело обстояло так, — сказал Николас, — я бы немедленно разорвал контракт.

Синдо оторвал плечо от стены и спросил:

— А что вы сами знаете о войне?

Николас на мгновение задумался, потом ответил:

— Война сильно травмировала психику американцев — об этом много писали, но появилось и другое, более страшное зло. Молодые ребята из предместий и маленьких городишек научились на этой войне пользоваться автоматами, реактивными гранатометами, другим страшным оружием. Им внушили, что убивать — нормально, этого от них и ждут. И я убежден, некоторым убивать понравилось. Они испытывали при этом нечто вроде кайфа, который появляется под воздействием сильного наркотика. Война и стала для них этим наркотиком, и теперь они не могут обойтись без нее. Жить в обществе, где властвует закон, они просто не могут, ибо на войне им дали право самим решать, кого казнить, кого миловать. Вот они и продолжают этим заниматься...

Синдо посмотрел на Николаса, прищурив глаза от дыма и нахлынувших чувств.

— Да, — произнес он, — именно так все и есть. У меня был любовник. Когда-то он служил здесь авиатехником. После войны он не смог, не захотел больше жить. И по его просьбе я сам застрелил его...

Николас удивился, что Синдо рассказал ему то, что люди обычно держат в тайне, и никак не отреагировал на его слова. Собеседники какое-то время сидели молча, прислушиваясь к воплям и стонам за стеной — парочка в соседнем номере все еще продолжала трахаться. Наконец Николас произнес:

— Он скоро придет, если придет вообще. А вам пора уходить.

— Я все же считаю, что с вашей стороны было бы ошибкой встречаться с этим человеком один на один.

— Но ведь только я знаю все особенности микросхемы нейронной сети. Если он начнет задавать вопросы вам и вы ничего не сможете ответить, это вызовет подозрение, — тогда нам конец.

— Мы могли бы вместе...

— Нет. Мне сказали, что встреча должна быть с глазу на глаз. Если человек, которого я жду, увидит, что нас двое, он немедленно смоется. На его месте я бы тоже так сделал.

Николас снова принялся наблюдать за улицей. Она была очень оживленной, то и дело по ней проносились трехколесные велотакси и старые грузовики советского производства, испускающие ядовитые выхлопные газы. В толпе сновали стайки оборванных мальчишек, солдаты в форме цвета хаки двигались плечом к плечу с буддистскими монахами, полуодетыми проститутками и искалеченными войной людьми. Во Вьетнаме теперь было полно инвалидов — бывших солдат и детей, обезображенных ядовитыми химическими дефолиантами вроде «оранжевого агента», с помощью которого американцы уничтожали посевы рисовых полей мирных жителей. И мысли Николаса, как это уже бывало неоднократно, возвратились к Микио Оками. Оками был кайсё — старшим оябуном якудзы и близким другом отца Николаса, полковника Дэниса Линнера; они подружились во время американской оккупации Японии в конце 40-х годов. Николас пообещал своему отцу помочь Оками, если кайсё когда-нибудь попросит его об этом.

Теперь этот момент настал. Оками серьезно поссорился с членами своего тайного совета. По-видимому, они окончательно порвали с ним из-за того, что Микио объединился с Домиником Гольдони. Тайный совет был частью системы, которую создал сам Оками. Возглавляла систему группа, известная под именем «Пять континентов» (Годайсю), в состав которой входили тщательно подобранные представители кругов якудзы, японского правительства, мафии и правительства США. Группу эту можно было назвать международным уголовным конгломератом. В его руках сосредоточились огромные суммы денег, получаемые от торговли оружием и законного бизнеса.

Росли прибыли, росли и аппетиты. Вскоре совет попытался освоить и грязный бизнес — торговлю наркотиками. Оками и Гольдони воспротивились этому и скрытно разработали собственный план, но их предали:

Гольдони был зверски убит, а Оками из своей резиденции в Венеции обратился за помощью к Николасу. В Венеции Николас встретился с сестрой Доминика Гольдони Челестой, которая также обещала помочь кайсё. В конце концов Оками был вынужден скрыться. Теперь, пока Николас был во Вьетнаме, его давний друг лейтенант Лью Кроукер, бывший сыщик, занимавшийся делами об убийствах в нью-йоркском департаменте полиции, находился в Нью-Йорке. Он следил за другой сестрой Гольдони, Маргаритой, надеясь выйти через сеть нишики, организованную Оками, на самого кайсё: детектив знал, что рано или поздно Маргарита, унаследовавшая от брата мантию власти, вступит в контакт с сетью, которая помогла семейству Гольдони вознестись на высшие ступени иерархической лестницы американского преступного мира.

Николас сочувствовал своему другу. Он знал, что Лью любил Маргариту и ему было тяжело шпионить за каждым ее шагом, но делать это было необходимо.

Линнер был уверен, что Оками залег глубоко на дно и найти его будет трудно. В свое время именно Микио подсказал Николасу, что в истории с компьютером Тинь играл совсем незначительную роль, и Николас снова ломал голову над вопросом: кто же его партнер?

Тело Тиня забрал человек, назвавший себя его братом. На самом деле у Тиня не было родственников и, как обнаружилось впоследствии, востребовавший тело был

якудза. Не был ли этот человек членом одного их семейств, входящих в состав тайного совета кайсё?

Любопытно, что он назвал своим местом работы «Авалон лтд.», загадочное международное объединение по торговле оружием. В банке данных тщательно охраняемой компьютерной системы Николас обнаружил упоминание о каком-то «Факеле-315». Что же это могло быть? Лью Кроукер предположил, что «Факел» — это какой-то вид нового оружия, а 315, возможно, означает дату — 15 марта. Хотя трудно было доказать, что их догадка верна, тот факт, что сам Оками направил их на «Авалон лтд.», вселил в них уверенность в своей правоте.

Николас знал, что Оками хотел бы, чтобы он выследил и уничтожил тех, кто пытался его убить. Предположительно эти люди находились в Сайгоне, поэтому Линнер и приехал сюда. К тому же он не мог отделаться от мысли, что Оками, привлекая внимание к «Авалон лтд.», одновременно обращал его внимание и на «Факел-315». Короче, кайсё загадал ему загадку, которую Николасу и предстояло разгадать.

Наконец он заметил человека, который торопливо шел по улице Нгуен Трай к гостинице «ан Дан». Поставив на стол бутылку с пивом и отвернувшись от окна, Николас взглянул на часы.

— Полночь, Спорить уже некогда. Выметайся отсюда, Синдо. Мой человек идет.

* * *

Наохиро Усиба, приняв привычную позу, оказался лицом к лицу с массой юпитеров, камер и журналистов, Пресс-конференции вошли в традицию его министерства с тех пор, как скандалы 1992 года разорвали в клочья плотно сотканное полотно японской политической, экономической и бюрократической инфраструктуры.

Усиба был дайдзин, главный министр министерства внешней торговли и промышленности, которое являлось самой мощной политико-экономической силой в Японии. Именно МВТП было движущей и направляющей силой, сотворившей в послевоенной Японии экономическое чудо. Это произошло благодаря проводимой им политике ускоренного развития. Именно МВТП выявляло отрасли, которые, по его мнению, могли принести Японии наибольшую пользу. Этим отраслям надо было помогать — предоставлять скидки, льготы, создавать налоговые стимулы. Но по мере того как почти еженедельно разражались все новые скандалы, политическая, деловая и финансовая инфраструктура Японии стала расползаться по швам.

С тех пор как 39 лет назад была создана Либерально-демократическая партия, мир существенно изменился. В момент создания она была символом будущего Японии: в оппозиции к ней были только коммунисты и социалисты. Последовательно сменявшиеся премьер-министры от ЛДП объединяли силы с дайдзинами МВТП в деле превращения Японии в экономического колосса современности. Но ЛДП под бременем почти четырех десятилетий единовластного правления ожирела и коррумпировалась, и теперь, на последних выборах, потерпела поражение. Правда, Усиба считал, что это давно должно было случиться.

Теперь произошло неизбежное: публично начали трясти и грязное белье МВТП. Двое из его старших министров оказались замешанными в неблаговидных махинациях с компьютерным программным обеспечением. В этих махинациях участвовало несколько производителей, на их долю кое-что перепадало с барского стола министерства.

Усиба, который был твердо намерен оставаться оплотом морали в огненном кольце скандалов и тяжб, быстро выгнал виновных в правонарушениях министров. Даже пресса, которая всегда жаждала крови и расправ, была приятно поражена быстротой и тщательностью проведенного им внутри министерства расследования. Однако авторитет министерства был подорван, над ним все еще сгущались тучи, о чем свидетельствовали многочисленные передовицы в газетах и очерки в журналах.

Нелегко приходилось Усибе и на пресс-конференциях с журналистами. Ему без конца надо было отвечать на их каверзные вопросы. На этих конференциях часто говорилось и о том, что якудза все чаще вторгается в работу некоторых крупных акционерных и финансовых фирм. Все это делается под руководством Акиры Тёсы, который после исчезновения Микио Оками стремится возглавить клан. На это дайдзин отвечал, что доля истины в этих утверждениях есть, и заверял, что МВТП и Управление прокуратуры Токио прилагают все усилия к тому, чтобы раз и навсегда положить конец незаконным связям.

После таких конференций дайдзин очень уставал. На этот раз он почувствовал себя особенно плохо, прошел в ванную комнату, принял таблетку, протер волосы махровым полотенцем и ополоснул лицо холодной водой. Затем вернулся в офис. Звонил внутренний телефон. Его секретарь сказал, что с ним хотел бы встретиться Юкио Хадзи, молодой министр, которым дайдзин лично руководил.

— В чем проблема? — спросил Усиба, когда Юкио вошел.

— Сегодня я хотел снять со своего счета деньги, чтобы заплатить за квартиру, но обнаружил, что денег у меня недостаточно. — Хадзи протянул Наохиро сложенный листок бумаги. — Пожалуйста, примите мое заявление об отставке. Я покидаю службу в министерстве. Совершенно ясно, что хоть я и работал напряженно, но мало чему научился, поэтому мой труд оценивается так низко.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать