Жанр: Триллеры » Роберт Ладлэм » Иллюзии «Скорпионов» (страница 30)


— Простой удар в область спинномозгового нерва, — уточнил лейтенант.

— Ладно... Тихо! Он что-то услышал и идет к красному ящику, который стоит на столе. Пошли!

Две фигуры в черных костюмах обогнули закамуфлированную сторожку, ворвались в дверь и предстали перед изумленным мужчиной, который, улыбнувшись им, выключил трещавший аппарат на столе.

— Это сигнал для меня, чтобы я выпустил собак, — неуверенно произнес он. — В таких случаях мне всегда подают сигнал, — добавил он, подходя к рубильнику на стене. — Мне надо немедленно сделать это.

— Нет! — крикнул Хоторн. — Это ошибочный сигнал!

— О, сигнал никогда не бывает ошибочным, — задумчиво сказал мужчина. — Никогда не бывает ошибочным. — Он потянул за рычаг. Через несколько секунд раздался оглушительный лай собак, проносящихся мимо сторожки к дому. — Побежали, — улыбнулся полоумный сторож. — Хорошие ребятки.

— Как ты получил этот сигнал? — перебил его Тайрел. — Откуда?

— Кнопка сигнала в кресле падроне. Мы часто тренировались, бывают случаи, когда падроне выпивает и нечаянно задевает кнопку рукой. Вот сейчас, несколько минут назад, был сигнал, но он очень быстро оборвался, и я подумал, что великий падроне ошибся, а его телохранитель исправил ошибку. Но сигнал раздался во второй раз, и тут уже ошибки быть не может. Мне надо идти и быть со своими друзьями, это очень важно.

— По-моему, у него не все дома, — заметил Пул.

— Вполне возможно, лейтенант, но нам надо вернуться в дом... Ракеты.

— Что?

— Кроме реакции на запах, собаки будут реагировать на взрывы и свет. Достань несколько ракет, спрячь их под костюм и тщательно натри под мышкой. Только три хорошенько.

— Очень забавно, — бросил Пул, выполняя приказ.

— Три, три.

— Я и тру.

— Теперь зажги одну ракету и швырни ее влево от сторожки как можно дальше, а потом кинь туда же несколько незажженных.

— Вот они! — Через несколько секунд собаки промчались мимо сторожки в сторону внезапно вспыхнувшего огня. Они взахлеб лаяли, толпясь вокруг горящей ракеты и улавливая человеческий запах от незажженных ракет. В растерянности они облаивали друг друга.

— Послушайте, сэр. — Хоторн повернулся к полоумному сторожу. — Это все просто игра. Падроне ведь любит игры, да?

— Да, да, любит! Иногда он всю ночь играет в гостиной.

— А это просто другая игра, и она всем нам доставляет удовольствие. Вы можете вернуться к своему телевизору.

— О, спасибо. Большое спасибо. — Сторож уселся в шезлонг и, весело смеясь, продолжил просмотр мультфильма.

— Правильно, Тай, — одобрил Джексон, — а то мне очень не нравится бить таких стариков...

Тайрел сделал знак лейтенанту следовать за ним. Они побежали назад к дому и вернулись к старому итальянцу и бесчувственному телохранителю.

— Ну ладно, ублюдок! — крикнул Тайрел. — Я хочу знать все, что тебе известно.

— Я ничего не знаю, — огрызнулся старик, на его лице вновь появилась злобная усмешка. — Можешь убить меня, но ничего не добьешься.

— Тут ты ошибаешься, падроне... Ты ведь падроне, да? Так называет тебя тот бедный полоумный из сторожки. Ты что, сделал ему операцию на мозге?

— Это Господь сотворил его верным слугой, а не я.

— Мне кажется, что в твоем понятии Господь и ты довольно близки.

— Ты богохульствуешь, Коммандер...

— Коммандер?

— Так называла тебя твой напарник и женщина по рации, не так ли?

Хоторн внимательно посмотрел на сатану-калеку. Почему у него мелькнула мысль, что падроне давно знает о нем?

— Лейтенант, проверь в доме всю эту электронику, в которой ты так хорошо разбираешься. Посмотри...

— Я знаю, где смотреть, — оборвал Хоторна Пул. — Правда, у меня нет времени, но очень хочется повозиться с программами. — Офицер ВВС быстро направился в кабинет падроне.

— Я скажу тебе кое-что, — начал Хоторн, стоя перед старым итальянцем. — Мой напарник является секретным оружием правительства. Не существует компьютеров, в которых он не смог бы разобраться. Это он нашел тебя я этот остров. По линии связи из Средиземного моря через японский спутник.

— Он нечего не найдет... ничего!

— Тогда почему в твоем голосе звучат нотки сомнения? О, кажется, я знаю. Ты озадачен, и это видно по тебе.

— Это бессмысленный разговор.

— Не совсем так, — сказал Тайрел, доставая из кобуры пистолет. — Я просто хочу объяснить тебе твое положение, и то, что я собираюсь сказать, имеет большой смысл. Как загнать собак обратно в клетки?

— Я не знаю...

Хоторн нажал курок, пистолет выстрелил, пуля оцарапала падроне мочку правого уха, и струйка крови потекла по шее.

— Можешь убить меня, но ничего не добьешься! — закричал старик.

— Но если не убью, то все равно ничего не добьюсь, не так ли? — Тайрел снова выстрелил, и на этот раз пуля задела левую щеку падроне, забрызгав лицо кровью. — У тебя есть еще один шанс. Я многому научился в Европе... Если собаки выпускаются из клеток по команде, то и загоняться в клетки они должны по команде. Дай эту команду, или следующая пуля вонзится тебе прямо в левый глаз.

Не говоря

ни слова, калека в трудом пошевелил связанной правой рукой, нажимая дрожащими пальцами на какие-то из пяти кнопок, расположенных полукругом на панели на ручке коляски. Потом он нажал пятую кнопку, и моментально раздался яростный лай собак, который постепенно стих, и наступила тишина.

— Они вернулись в клетки, — сообщил падроне, и в голосе его прозвучало презрение. — Ворота закрываются автоматически.

— А для чего предназначены остальные кнопки?

— Теперь они уже не имеют для тебя значения. Три первые для вызова моей личной служанки и двух помощников. Служанки больше нет с нами, а главного помощника вы убили. Последние две для собак.

— Ты лжешь. Один из сигналов поступает к этому полоумному в сторожку, и уже он выпускает собак.

— Он получает сигнал в любом месте, где бы ни был, и, если на острове присутствуют гости или новые люди, он должен находиться вместе с собаками, чтобы контролировать их. Обычно слабоумные люди гораздо лучше находят общий язык с животными, чем мы, люди с высоким интеллектом. Наверное, здесь дело в большем взаимном доверии.

— Мы не гости, так какие же здесь новые люди?

— Мои два помощника, включая того, которого вы убили. Они здесь меньше недели, и собаки еще не привыкли к ним.

Хоторн нагнулся, развязал старику руки и подошел к низкому мраморному столику, на котором стоял золотой стаканчик с салфетками. Вытащив несколько салфеток, он протянул их падроне.

— Вытри кровь.

— Неужели тебя беспокоит вид крови, которую ты пустил?

— Нисколько. Когда я вспоминаю о том, в чем ты замешан... вспоминаю Майами, Сабу и Сен-Мартен, и эту сумасшедшую суку... Я думаю, что вид твоего трупа доставит мне огромное удовольствие.

— Я ни в чем не замешан, меня заботит только продление жизни этого больного тела, — сказал старик, вытерев салфеткой правое ухо и приложив ее к левой щеке. — Я инвалид, который доживает свои последние годы в одиночестве и роскоши. Я не сделал ничего хоть сколько-нибудь незаконного. Иногда меня навещают близкие друзья, они связываются со мной по телефону спутниковой связи или прилетают сюда.

— Давай начнем с твоего имени.

— У меня нет имени, я просто падроне.

— Да, я слышал это в сторожке... и еще раньше на Сабе, где два мафиози подкупили рабочих на пристани и пытались убить меня.

— Мафиози? А какое я имею отношение к мафии?

— Один из этих двух бандитов, который остался в живых, многое рассказал, когда столкнулся с перспективой поплавать среди акул с простреленным плечом. Я думаю, что, когда мы проверим твои пальчики, в том числе и в картотеке Интерпола, мы все о тебе выясним. И я сомневаюсь, что ты окажешься просто добропорядочным стариком, который любит забавляться, с игральными автоматами.

— Неужели? — Падроне отложил салфетку, улыбаясь мерзкой, высокомерной улыбкой, и повернул обе руки ладонями вверх. При виде его пальцев Тайрел испытал как отвращение, так и изумление. Кончики всех пальцев были абсолютно белыми, кожа на них была давно сожжена и заменена гладкими кусочками, возможно, кожи животного. — Мои руки пострадали, когда я поджег немецкий танк во время второй мировой войны, и я очень благодарен американскому военному врачу, который с такой жалостью отнесся к молодому партизану, сражавшемуся вместе с вашими войсками.

— О, замечательно, — воскликнул Тайрел. — Тебя, наверное, даже наградили за это.

— К сожалению, никто из нас не мог позволить себе этого, чтобы не подвергнуться репрессиям со стороны фанатичных фашистов. Все наши личные дела были уничтожены, чтобы защитить нас и наши семьи. Вам следовало бы поступить так же после Вьетнама.

— На самом деле замечательно.

— Так что вы ничего не выясните.

Ни Хоторн, ни старик не заметили фигуру в черном костюме, стоящую возле арки. Пул подошел незаметно и стоял, прислушиваясь к их разговору.

— Вы почти правы, — сказал лейтенант. — Там почти ничего нет, но уж нельзя утверждать, что абсолютно ничего. Должен сказать, что у вас сложная система, но любая система хороша настолько, насколько опытен тот, кто ею пользуется.

— О чем ты говоришь? — спросил Тайрел.

— Оборудование многофункциональное, но используется для ерунды, его хозяин знает, как стирать банки памяти, что и было сделано недавно. На всех дисках пустота, за исключением трех распечаток на одной из дискет. С этой дискетой работал, наверное, кто-то другой, потому что «исключительная память» не тронута.

— Ты не мог бы говорить на английском языке, а не на компьютерном?

— Я выудил три телефонных номера и коды, а потом установил их местонахождение. Один в Швейцарии, и я готов поспорить, что это номер телефона банка. Второй в Париже, а третий в Палм-Бич, штат Флорида.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать