Жанр: Триллеры » Роберт Ладлэм » Иллюзии «Скорпионов» (страница 91)


Глава 29

Сначала Хоторн ощутил острую, ноющую боль, потом почувствовал, что по лицу стекают струйки крови. Жадно хватая ртом воздух, он попытался поднять голову, но только еще больше расцарапал при этом голову колючками. Он лежал в глубине кустов роз, шипы со всех сторон впивались в одежду, как будто кто-то специально ногой вдавил их в его тело. Наверное, так и сделал неизвестный убийца, оборвавший жизнь Ричарда Ингерсола, отца «Скорпиона-3».

Медленно, пошатываясь, продираясь сквозь колючие ветки, Тайрел поднялся на ноги, внезапно обнаружив, что сжимает в руке пистолет. Но это был не его пистолет, уж больно большой и тяжелый. В слабом свете фонаря у бассейна Тайрел осмотрел пистолет — это был «магнум» 38-го калибра с перфорированным глушителем на стволе, и именно из этого пистолета был застрелен старший Ингерсол. Хоторн подумал о том, что ему подстроили ловушку, но в этот момент почувствовал под пиджаком электрические импульсы: один, два, три... один, два, три — это Пул посылал ему сигналы срочного вызова. Однако ему сейчас было не до разговоров с Пулом.

Тайрел выбрался из кустов на дорожку сада, пытаясь сосредоточиться, вытащил из брюк рубашку и ее вытер кровь с лица. Рядом никого не было, только труп Ингерсола с размозженным черепом и лицом, превратившимся в кровавую маску. Инстинкт подсказывал Тайрелу, что действовать нужно быстро. Он опустил тело Ингерсола с белой скамейки на землю и оттащил под высокие кусты. Потом обшарил карманы старика: в них ничего не было, кроме бумажника с деньгами и кредитными карточками. Тайрел оставил все на месте, забрав только чистый носовой платок. Что-то сверкнуло со стороны бассейна — вода!

Хоторн бросился к бассейну, внимательно глядя по сторонам и сжимая рукоятку заткнутого за пояс «магнума». Никого. Со стороны дома донеслись приглушенные голоса, он видел, как несколько десятков человек прохаживались за раздвижными стеклянными дверями гостиной. Намочив в бассейне платок, он обтер лицо и голову. Если бы он сейчас смог тихонько проскользнуть через заполненную слугами кухню, то очутился бы в холле, всего в нескольких шагах от кабинета младшего Ингерсола. Ему это так нужно было сейчас! Следовало связаться с Джексоном, выяснить причину срочного вызова и рассказать, что произошло. На спинке стоявшего рядом шезлонга Тайрел заметил полотенце, он машинально схватил его, хотя и не знал еще точно, для чего оно может пригодиться, кроме как прикрыть грязную одежду. Он снова почувствовал слабые электрические импульсы, посылаемые пластмассовой зажигалкой, и вдруг понял, что именно эти сигналы привели его в чувство. Если бы не это электронное устройство, то его нашли бы в нескольких футах от окровавленного тела Ингерсола и отправили бы в полицию, обвинив в убийстве. Таким образом они избавились бы сразу от двух человек, возможно единственных, не считая террористки Бажарат, которые знали о «Скорпионах». Надо действовать!

Прикрывая лицо полотенцем, Тайрел быстро прошел по вымощенной дорожке к двери кухни. В кухню, заполненную слугами в белых фартуках, он вошел с таким видом, как будто был одним из присутствующих на поминках и здорово перебравшим с горя. Те из "луг, кто заметил его присутствие и жалкий вид, отвернулись, потому что у них было полно работы. Выйдя в холл, он подошел к кабинету, проскользнул внутрь, запер за собой дверь и задернул шторы на окнах. Рана на голове снова начала кровоточить, но, слава Богу, не разошлись швы на бедре благодаря дополнительной повязке, наложенной Пулом. К кабинету Ингерсола примыкала ванная, дверь в нее была открыта, и Тайрелу следовало бы как можно быстрее заняться раной на голове. Но в первую очередь надо было связаться с Джексоном Пулом, лейтенантом ВВС США.

— Где ты был? — с тревогой воскликнул Пул. — Я уже сорок пять минут пытаюсь связаться с тобой.

— Об этом потом, Джексон. Сначала сообщи, что у тебя срочного? Это касается Кэти?

— Нет. В больнице говорят, что по-прежнему никаких изменений.

— Тогда в чем дело?

— Не хотел говорить, Тай, но тебе лучше узнать об этом... Генри Стивенс убит ударом большого ножа в грудь. Его тело обнаружила полиция позади гаража. — Лейтенант помолчал, потом продолжил:

— Думаю, тебе надо знать, что миссис Стивенс буквально вырвала у госсекретаря Палиссера мой номер телефона, она оставила для тебя сообщение, я записал его и поклялся честью передать его тебе. Слушай: «Тай, сначала Ингрид, теперь Генри. Как долго это может продолжаться? Ради всех святых, брось все, Тай.»... Что это значит, коммандер?

— Она связывает одно событие с другим, хотя между ними и нет связи. — Тайрел не мог позволить себе сейчас дуумать о горе Филлис Стивенс. У него не было для этого времени! — Полиция что-нибудь раскопала в связи с убийством Генри?

— Сказали только, что очень необычная рана, и все. Убийство держится в секрете, полиция получила приказ ничего не сообщать ни прессе, ни вообще кому бы то ни было.

— А что насчет раны?

— Они сказали, что рана очень необычная, нанесена большим и толстым лезвием.

— Кто они? Кто тебе это сказал?

— Госсекретарь Палиссер. После того как с директором ЦРУ Джиллеттом случился сердечный приступ... или что там еще... Палиссер все взял в свои руки, тем более что ты действуешь сейчас от имени госдепартамента.

— Значит, ты говорил лично с ним?

— Понимаю, что это необычно для простого лейтенанта, но так оно и есть, я говорил лично с ним. Он дал мне номера своих личных телефонов: служебного и домашнего.

— Слушай внимательно, Джексон, делай записи и останавливай меня, если тебе что-то будет непонятно. — Хо-торн подробно рассказал Пулу о том, что произошло в доме

Ингерсола в Маклине, штат Вирджиния, особенно детально остановившись на своем разговоре с Ричардом Ингерсолом и на убийстве бывшего судьи в саду.

— Ты здорово ранен? — спросил лейтенант.

— Добавится еще несколько швов, но ничего, проживу. А теперь свяжись с Палиссером и расскажи ему все, что я тебе сообщил. Передай, что я прошу его организовать, мне немедленный доступ к досье ЦРУ на всех сенаторов из комитета по разведке, а также на всех высших чинов Пентагона, на таких, кто имеет право принимать решения.

— Я все записал. Господи, да что же такое творится!

— Все понял?

— К счастью, коммандер, я обладаю так называемой акустической памятью. Госсекретарь услышит все, что ты мне сообщил... Кстати, опять звонил твой брат Марк. Он расстроен. — Это его обычное состояние. Что на этот раз?

— Звонили эти ребята, Джонсы, ну те самые пилоты из имения ван Ностранда, Они дали тебе двенадцать часов, иначе обо всем сообщат журналистам.

— Ну и черт с ними, пусть сообщают. Это вызовет панику среди «Скорпионов», один из которых находится прямо здесь, в этом доме! Он видел, как я вышел из дома со стариком, отцом «Скорпиона-3». Троих «Скорпионов» уже нет: ван Ностранда, О'Райана и Ингерсола, значит, из руководящей пятерки осталось только двое. Они уже запаниковали.

— Тай, как голова?

— Слегка разбита и чертовски болит. — Найди где-нибудь бинт и потуже перевяжи голову, а сверху надень шляпу.

— Чек я вышлю по почте, доктор... Отсюда мне надо убираться. Скажи Палиссеру, что я еду в Лэнгли, это займет у меня по крайней мере двадцать минут, так что у него достаточно времени распорядиться, чтобы они пропустили меня в свои секретные комнаты с компьютерами, в которых содержатся досье. Передай ему, чтобы побыстрее шевелил своей задницей.

Я приказываю тебе передать ему эти слова.

— Любишь похаять власть, да?

— Одно из немногих еще оставшихся у меня удовольствий.

В тщательно охраняемой судебной лаборатории госпиталя «Уолтер Рид» два врача, работавших с телом капитана Генри Стивенса, удивленно переглянулись. На стерильном столе из нержавеющей стали, стоявшем рядом с операционным столом, было разложено тридцать семь самых различных ножей — от садового ножа средних размеров до самого громадного тесака.

— Да, это был штык! — воскликнул один из врачей.

— Как будто этот псих специально подает знак, — согласился другой.

Бажарат пробралась сквозь толпу к управляемым фотоэлементами дверям аэровокзала. Войдя в зал, она свернула вправо от регистрационных стоек и направилась к ячейкам камеры хранения. Она расстегнула «молнию» бокового кармана сумочки, вытащила оттуда небольшой ключ, полученный в Марселе. Найдя ячейку с номером 116, Бажарат открыла ее, сунула внутрь руку и нащупала заклеенный конверт. Баж вытащила конверт, разорвала его, достала хранившуюся в нем квитанцию и быстро сунула ее в сумочку на место ключа, который остался торчать в открытой дверце ячейки.

Вернувшись в зал, она прошла в камеру хранения, где достала из сумочки квитанцию и протянула девушке за стойкой.

— Один из ваших пилотов должен был оставить для меня посылку, — с любезной улыбкой обратилась Бажарат к девушке. — Чем старше мы становимся, тем больше нам требуется косметики из Парижа, не так ли?

Девушка взяла квитанцию и удалилась. Прошло несколько минут, и Байарат начала беспокоиться. Наконец девушка вернулась.

— Прошу прощения, но ваш друг пилот перепутал страны, — пояснила девушка, протягивая Бажарат плотно перевязанную коробку. — Она не из Парижа, а прямиком из Тель-Авива... Между нами, мы храним посылки из Израиля в отдельном помещении. Люди опасаются приходить сюда за посылками. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Не совсем, но благодарю вас. — Бажарат взяла коробку, оказавшуюся довольно легкой, и потрясла ее. — Этот греховодник пилот сначала, наверное, залетел домой и отдал половину моей косметики другой женщине.

— Все мужчины такие, — согласилась девушка за стойкой. — Разве можно им доверять, а в особенности пилотам?

Бажарат взяла коробку и направилась к выходу. Она была довольна, все прошло как по нотам. Если уж эта новая пластиковая взрывчатка прошла контроль израильской службы безопасности, то пройдет и через все ловушки, которые могли придумать в Белом доме! Осталось менее двадцати четырех часов! Ашкелон!

Она вышла на улицу и не увидела лимузина, который наверняка отъехал на стоянку. Бажарат недовольно поморщилась, но мысли ее тут же вернулись к посылке, которая благополучно миновала все системы контроля. Взрывчатку не обнаружило даже специальное оборудование, установленное там после взрывов в аэропорту Тель-Авива в 70-х годах. Всего несколько человек знало, что в нижнем шве вечерней сумочки, находящейся в коробке, зашита стальная проволочка не более полудюйма длиной. Если вытянуть эту проволочку, то заработают миниатюрные литиевые батареи, а если затем перевести стрелкн часов с бриллиантами на двенадцать и три раза нажать головку, раздастся взрыв, равный по мощности взрыву нескольких тонн динамита. Сейчас Бажарат снова почувствовала себя десятилетней девочкой, вонзающей охотничий нож в горло испанского солдата, грубо и безжалостно насилующего её. Смерть всем властям!



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать