Жанр: Альтернативная история » Шамиль Идиатуллин » Татарский удар (страница 10)


— Слава, — мягко сказал Ренат.

— Не, ну Ренат Салимзянович, — взмолился Славян, но поперхнулся фразой, развел руками и шагнул в сторону.

Старлей кисло глянул на него, на Рената, на подоспевших Тимура с Саньком, потом посмотрел на сержанта:

— В чем дело, сержант? Почему не начали досмотр машин?

Так, подумал Ренат. Какая сука стукнула?

— Товарищ старший лейтенант, — снова затянул сержант, — я их знаю, это наши люди… из Тольятти… то есть теперь не наши, но у них все в порядке…

— Сержант, неприятности нужны? — с той же равнодушной интонацией справился старлей.

С бодуна он, что ли, подумал Ренат и сказал:

— Простите, я так понимаю, вы собираетесь нас обыскивать.

— Не обыскивать, а досматривать. И пока не вас, а машины.

— Хрен редьки… А в связи с чем, простите?

— В связи с оперативной необходимостью, — сообщил старлей и отвернулся к сержанту: — Права и документы на машину.

— Товарищ старший… Я еще не… — сержант потерялся, как первоклассник перед завучем, и даже втянул голову глубоко в плечи.

— Сержант, — с выражением сказал старлей, еще секунду смотрел на него — тот совсем умер, — затем обернулся к уставившемуся в небо Славке и равнодушно стоящим в сторонке Саньку с Тимуром.

— Права и документы на машины, — как заведенный повторил старлей, протянув руку.

Парни посмотрели на Рената. Ренат вздохнул и попросил:

— Товарищ старший лейтенант, можно вас на минутку?

— Товарищ пассажир, я не с вами, кажется, разговариваю, — не отводя взгляда от водителей, сказал мент. — Вы, я так понимаю, не за рулем были? Так что не мешайте, пожалуйста. Сейчас во всем разберемся.

— Но это мои машины, — Ренат попытался еще раз решить все по-хорошему. — Давайте я за них и отвечу.

— Спасибо, я вас не спрашиваю. Не мешайте, — отрезал старлей и еще демонстративнее протянул руку за документами.

Ренат опять вздохнул и полез во внутренний карман. Реакция на столь невинное движение его удивила: сержанты положили руки на автоматы, а лейтенанты так и вовсе откровенно направили стволы на самарских гостей.

Тут уже напряглась братва.

Ренат усмехнулся:

— Тшш… Спокойнее, друзья.

Извлек заветное удостоверение — то самое, что брал с собой только в дальние поездки, но и там старался не светить, и в итоге применил только раз, в Москве, когда в «Шереметьево-2» встречал немецких гостей и должен был миром избавиться от пары в дугу пьяных омоновцев.

В документе было написано, что Рахматуллин Ренат Салимзянович является подполковником Федеральной службы охраны. Это заверялось личной подписью самого начальника службы. Удостоверение выглядело как настоящее. Оно и было настоящим. Правда, Татарин до сих пор не любил вспоминать, каких трудов стоило сделать эту ксиву. Труды, впрочем, окупились: шереметьевские омоновцы, например, растаяли в аэропортовском воздухе со скоростью падающего самолета. Того же Ренат ожидал и от не в меру ретивых земляков. Но унижать их не желал совершенно. Поэтому, позволив гаишникам всласть налюбоваться корочками, включил почти извиняющийся тон:

— Ребята, сами понимаете, мы просто так не ездим. Вы уж простите, что сразу все не объяснил. Счастливо!

Показал своим — по машинам, мол, развернулся сам. И застыл.

Потому что старлей тем же скучным тоном сказал ему в спину:

— Не торопитесь так, товарищ подполковник. Не надо.

Ренат медленно повернулся и посмотрел старлею в лицо. Лицо обыкновенное — красная от раннего загара кожа, короткий нос, серые глаза, комариный укус на скуле. Староватое разве что — мент выглядел Ренатовым ровесником, стало быть, было ему слегка за тридцать. В этом возрасте люди в капитанах-майорах ходят, Ренат, вон, до подполковника неожиданно для себя дослужился, а этот все старлей. В принципе, понятно, почему.

— В чем дело, старший лейтенант?

— Товарищ подполковник Федеральной службы охраны Российской Федерации, — продекламировал старлей, и Ренат понял, что издевка в голосе ему все-таки не почудилась, — вы уж извините глупого милиционера, но у меня приказ досматривать все проходящие машины, а в случае нужды — водителей и пассажиров. Вы ведь знаете, что такое приказ?

— А у меня приказ не подвергаться досмотру, — хладнокровно сказал Ренат. — И что теперь? Будем приказами мериться?

— Извините, не будем, — ответил старлей. — Губайдуллин, Степанов, приступайте.

Сержанты, воткнув глаза в землю, решительно двинулись к машинам.

Водители

вопросительно уставились на Рената. Ренат воскликнул:

— Лейтенант, вы с ума сошли! Вы не имеете права! Как ваша фамилия?

— Закирзянов. Старший лейтенант Закирзянов, с вашего разрешения. Права я, может, не имею, а приказ имею. Губайдуллин, чего встали?

— Стоп! — сказал Ренат.

Сержанты послушно застыли, опасливо поглядывая то на начальство, то на молодого подполковника в дорогом летнем костюме.

— Старший лейтенант, я хочу поговорить с вашим начальством. Как ему позвонить? — Ренат вытащил мобилу.

— Звонить ему лучше всего с КПМ. Там офицер сидит, он все подскажет. А мы пока приступим… Губайдуллин, Степанов, заснули? Вперед.

— Назад, — сказал Ренат, развернулся к Закирзянову и на всякий случай перешел на татарский: — Земляк, я тебе как другу советую — не надо. Я приказа не ослушаюсь.

— Я тоже, — по-татарски ответил старлей. — Отойдите от машины и не мешайте, — и по-русски добавил: — Последний раз прошу, вы трое ко мне с документами. Степанов, у вас столбняк?

— Так, товарищ старший лейтенант, мы же не можем сами открывать. Водитель должен, — сказал молчавший до сих пор сержант.

— Водитель пока что не может мне даже права передать, — сказал старлей. — Товарищи фэсэошники или кто вы там теперь. Вы что, решили в оказание сопротивления поиграть? — В голосе Закирзянова наконец прорезалось какое-то чувство, которое, впрочем, не понравилось Ренату.

Ренат развернулся к своим, чтобы задавить саму возможность ответа, но не успел.

— А если решили? — спросил Славка неприятным голосом.

— Класс! — сказал Закирзянов. — Все подошли к первой машине, руки на капот, ноги расставили, — предложил он и передернул затвор автомата.

Следом за ним заклацали сохранявший молчание старлей и сержанты — Степанов с безмятежным выражением лица и чуть не плачущий Губайдуллин. Этот начнет стрелять первым, отстраненно подумал Татарин и оглядел своих. Они были в порядке — даже Славян наконец перешел от вредоносной своей болтливой фазы к боевой, в которой действовал всегда грамотно. Вот и сейчас он, приподняв руки, неторопливо двинулся, как было приказано, к Ренатовой «семерке», не слишком пристально поглядывая на ощерившихся стволами ментов. Менее инициативные Санек и Тимур посмотрели на Рената, дождались легкого кивка и последовали за Славкой. Ренат помедлил, обдумывая диспозицию. Она, как ни крути, выходила хреновой. Позволять обыскивать машины никак нельзя. Оставались два выхода. Один плохой, второй отвратительный. Или прыгать в машины и со стрельбой прорываться обратно в Самарскую область, где можно спрятаться, а главное, избавиться от груза. Или устраивать гасилово, валя четверых ментов (это не считая того или тех, что внутри КПМ). Которые, ясное дело, не будут стоять и ждать, когда же самарские гости их загасят.

— Ну? — Закирзянов направил автомат персонально на Рената.

Ренат задумчиво посмотрел на кружок дульного среза и пошел к братве. Как ни крути, приходилось выбирать отвратительный вариант.

Он встал слева, так, чтобы сразу перепрыгнуть через капот и укрыться за корпусом машины, положил руки на остывающую черную полировку и, не отрывая от них взгляда, буркнул себе под нос:

— Пять. Отсчет пошел. Четыре.

Птицы орали все истеричнее.

Три.

Ренат чуть наклонился вперед, напружинивая руки. Ему было и проще, и сложнее, чем парням. Проще, потому что он в случае удачного прыжка хотя бы на несколько секунд уходил из зоны обстрела. По собственному опыту Татарин знал, что «Калашников» лимузин BMW седьмой серии насквозь пробить не способен. Братве же предстояло валиться на спины или бросаться ласточкой в стороны, паля по движущимся мишеням с лету. Сложнее, потому что он не знал, как успели переместиться гаишники, — а парни, выстроенные вдоль дверец, следили за отражением в стеклах. Ладно, пофиг.

Два.

Ренат набрал в грудь воздух перед прыжком и не спеша выпустил его через ноздри. Стоявший на правом фланге Славка громко и протяжно сказал:

— А что, командир, их ты тоже обыскивать будешь?

Со стороны Самары к КПМ подходила колонна военной техники. На переднем БТР развевались флаги России и спецназа ВВ.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать