Жанр: Альтернативная история » Шамиль Идиатуллин » Татарский удар (страница 54)


7

И боимся все мы, что дойдет до войны.

Юрий Шевчук


КАЗАНЬ. 10 АВГУСТА

Марсель Закирзянов в течение не слишком затяжной, но вполне насыщенной жизни успел позаниматься множеством бессмысленных вещей: участвовал в митингах в защиту Леонарда Пелтиера, получил диплом механика речного судна на подводных крыльях, подписывался вместе со всем личным составом на газету «Милиция. Законность. Правопорядок» и сажал картошку на тещином огороде. Но в столь оголтелый, активный и масштабный маразм он окунулся впервые. Впрочем, для развернутых размышлений на этот счет возможностей было немного. Рано утром он забросил своих к Абрамовым, а потом помчался, почти опаздывая к назначенному сроку, в институт физматнаук, где подхватил некоего мэнээса Радика Фархутдинова, довольно крепкого парня совершенно кавказской наружности — так что Марсель с удвоенным удовольствием изучил его документы.

Вместе они поскакали (наиболее подходящий термин для описания характерной манеры казенной «шестерки», выданной Закирзянову в честь прикомандирования к главштабу) за сорок километров в Зеленодольск — собирать на совещание руководство ПОЗИСа, более известного как завода имени Серго, и объяснять ему (руководству), что оно не ослышалось, и главштаб требует от крупнейшего в России производителя боеприпасов малого и среднего калибра немедленной поставки не боеприпасов и даже не сигнальных патронов, а СВЧ-печей, производством которых завод баловался десяток лет назад.

Гендиректор завода не пытался скрыть растерянности, лишь для проформы уточнил, не нуждается ли охваченная вражеским кольцом республика в более ликвидной и актуальной продукции завода — типа знаменитых холодильников «Мир» или недавно освоенных стиральных машин на 800 оборотов.

Марсель вздохнул, но Радик вполне серьезно объяснил, что все позисовские обороты всенепременно пригодятся республике в ближайшем будущем, а именно сейчас нужны только микроволновки и сохранившиеся излучающие элементы к ним.

Гендиректор, не теряя уныния, сообщил, что с этим никаких проблем не существует: за пару часов, прошедшие от звонка из Кремля до вашего, ребята, приезда, мы провели кратенькую ревизию и уже загрузили в заводские автобусы все СВЧ и агрегаты к ним, которые удалось найти. Правда, их, к сожалению, совсем немного — 172 печи и 35 агрегатов. Но и то хорошо, потому что все это добро могли пустить на выдачу долгов по зарплате или просто разворовать сразу после того, как микроволновки были сняты с производства как неконкурентоспособные. Этого, к счастью, не случилось, а теперь вот, видите, даже такие гробы пригодились, боюсь даже представить, зачем.

Ни Радик, ни тем более Марсель, по пути слегка введенный попутчиком в курс дела, не стали рассказывать главе ПОЗИСа, что выпускавшиеся его преемником СВЧ-печи помимо прочего имеют такую же тактовую частоту излучения, что и американские спутники системы NavStar, обеспечивающие не только работы глобальной навигационной системы GPS, но и точную наводку на цель крылатых ракет. Соответственно, жарящие во всю дурь микроволновки могли использоваться как обманки, сбивающие Tomahawk с цели. Подобные эксперименты проделывали, например, сербы в ходе ракетных обстрелов Белграда — и результаты оказывались на удивление неплохими. Что не делало подход к проблеме менее идиотским — по мнению Закирзянова, во всяком случае.

Марсель воздержался от любых замечаний по поводу происходящего и, сопроводив автобусы с зеленодольскими неликвидами до главштаба, разместившегося в бывших кремлевских казармах, в течение дня мотался вместе с Радиком по оптовым складам фирм, торгующих бытовой техникой, и реквизировал под расписку партии микроволновок из списка, с которым то и дело справлялся Фархутдинов. Фирмачи, ясное дело, психовали, но дальше пожеланий Магдиеву обожраться горячими бутербродами не продвигались.

К счастью, Закирзянова освободили от участия в следующей фазе гениальной операции, предусматривающей скрытное размещение и запитку микроволновок чуть поодаль от стратегических объектов (Кремля, батальонов милиции, спецназа и «партизан»-ополченцев, а главным образом десятка заводов как оборонных, начиная с авиационного и вертолетного, так и просто «стратегических», в первую очередь «Казаньоргсинтеза». За пределами Казани линиями защиты заштриховывались в первую очередь эксплуатируемые нефтяные месторождения, КамАЗ и нефтехимические комплексы Нижнекамска). Избавили капитана и от распространения прочих электронных обманок, наштампованных за последние трое суток на заводе «Электроприбор», а также незамысловатых установок, сработанных еще несколькими химзаводами и призванных выдавать аэрозольные, пылевые и сажевые облака особо крупных размеров, сбивающие лазерную и радиолокационную наводку бомб и ракет.

Но даже единственное увлекательное занятие сожрало весь день. Так что до Абрамовых Марсель добрался лишь вечером.

Абрамовы пять лет прожили в одном общажном блоке с Закирзяновыми, но в прошлом году умудрились получить однокомнатную квартиру от муниципалитета и переехали в Новые Кварталы, в спальный микрорайон, ураганными темпами построенный на пустыре, раскинувшемся через Казанку от Кремля и Национального культурного центра. С переездом общение семьями слегка сбавило интенсивность, но все равно раз в месяц-два то Абрамовы приходили сладко ужаснуться условиям, в которых они прозябали

до сих пор, то Закирзяновы нагрянывали оценить новую обувную полку и позлорадствовать по случаю повального отключения Новых Кварталов от горячей воды, хотя проржавевший Кировский район живет, как вполне себе белый человек.

На сей раз постылая верность Кировскому району открыла перед Закирзяновыми новые перспективы: общагу, как и прочие окрестности порохового завода, объявленного потенциальной мишенью агрессора, срочно эвакуировали из города — за счет республиканского бюджета либо предприятий, в которых трудились жильцы.

Марселю это казалось очередным проявлением показушной паранойи, направленной не столько на безопасность горожан, сколько на формирование общественного мнения: мол, Бьюкенен превращает мирных людей в беженцев. Но положение Закирзянова обязывало быть святее пророка. К тому же ему грех жаловаться: для семей сотрудников МВД был зарезервирован летний лагерь «Дзержинец», за последний год стараниями спонсоров доведенный до примерно четырехзвездочного состояния. Провести там недельку-другую всей семьей за казенный счет — подарок, который Закирзянов, честно говоря, заслужил, хотя давно никаких подарков ни от кого не ждал.

Марсель собирался подхватить с собой и Абрамовых. Хотя бы на выходные. Уж с начальством «Дзержинца» как-нибудь договорился бы. Но Гульназ, в соответствии с его инструкциями обрабатывавшая в течение дня Клаву, встретила Марселя сообщением, что Абрамовы не едут: у Олежки очередной аврал, опять что-то с полиэтиленом низкого давления, и без суперслесаря Абрамова крупнейший в Европе химкомбинат с этой бедой не сладит никогда и ни за что. Домой Олег вернется в лучшем случае сегодня, а может, и завтра к утру.

Клава злилась, но Марселя приняла как положено. И Марсель, как положено, растаял, разболтался. Разуваться, впрочем, не стал, принял обязательную чашку чая, присев на обувную тумбочку у входа, и после беглого обмена ритуальными вопросами предложил:

— Клав, а давай мы только Юльку с собой возьмем. Отдохнет, по лесу погуляет.

— Клещей половит, — продолжила Клава.

Марсель сказал «Uf allam»[18] и углубился в чай.

— Правда, Клава, давай, — подхватила Гульназ. — И она отдохнет, и нам повеселее будет. А то Чулпанка изнылась вся: да мне там скучно будет, да я там никого не знаю. Давай?

— Нет, спасибо, Гульназ. Мы папку не бросим. Потом, свекровь в понедельник нагрянет. Готовиться надо, генуборку там… Спасибо, Марсель, потом как-нибудь, ладно?

Гульназ, конечно, извела еще минут пять на уговоры. Марсель не вмешивался. Знал, что Клава озвученных решений не меняет. За то и уважал.

— Сами-то не собираетесь эвакуироваться? — спросил он, когда тема иссякла.

— Да куда мы с подводной лодки-то? Кварталы вывозить — это ж куда их потом распихивать? В каждый дом вплоть до Саратова? Опять же, чего нам бояться? Мы люди бедные, заводов под боком не держим, значит, спим спокойно.

— Здрасьте, а Кремль? — спросила Гульназ.

— Да ну… До Кремля, как до Китая раком… И вообще, чего мы прятаться будем? Это от нас все должны прятаться. Правильно, Марса?

— Так точно, Клавдия Леонидовна, — согласился Закирзянов. — А где вообще-то подрастающее поколение?

Подрастающее поколение свистало по двору, откуда и сообщило, что подниматься не будет, а здесь подождет. Гульназ хотела применить командирский голос, но Марсель попросил не кипешиться, потому что все равно ведь спускаемся.

Клава решила проводить гостей до машины, но уже от лифта услышала трезвон телефона и с криком «Меня внизу ждите!» бросилась обратно в квартиру. Через минуту спустилась и с явным облегчением сообщила, что Олег уже заканчивает и грозится быть к позднему ужину.

— Так давай мы подождем, сто лет его не видел, — предложил Марсель, прикрывая отворенную было водительскую дверь.

— Ой, да не надо. Он вдруг задержится, придет никакой, и толку от него — не мужик и даже не собутыльник. А еще низкое давление, говорят. Не выдумывайте, езжайте. Я привет передам. Так, а Юлька-то где?

— Она к Таньке побежала, в третий подъезд, — сообщила Чулпан, успевшая заползти на заднее сиденье (Галим топтался у левой двери и вполголоса ревел, потому что его не пустили порулить). — Сказала, чтобы вы не ругались, через полчаса дома будет.

— Вот лягушка-путешественница, — сообщила Клава. — Пока всю коробку не прочешет, домой ее не дождешься. Ну, пока, что ли?

— Нормально в гости съездил, — заметил Марсель. — Хозяина дома нет, запасной хозяйки дома нет…

— Меня, значит, тебе мало? — строго спросила Клава.

— Тебя, Клава, мне всегда мало, — галантно ответил Закирзянов и тут же воскликнул: — Вот черт, забыл совсем!

Он полез в карман за прикупленной для Юльки шоколадкой. Она, к счастью, совсем растаять не успела.

— Ты дураком заболел? — поинтересовалась Клава. — Утром же давал.

— Утром это утром. А сейчас вечер. На, отдашь от Марселя-абый. Скажешь, припомню ей, что меня на Таньку променяла. И Олегу привет пламенный. Жаль, не увиделись.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать