Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Шань (страница 41)


— Ты хочешь, чтобы я занял место Питера и внедрился в дицуй? — промолвил он с легкой дрожью в голосе. — Именно этого тебе хотелось с самого начала?

— И да, и нет. Прежде чем выходить из себя, выслушай меня до конца. Затем, если твой ответ окажется отрицательным, иди на все четыре стороны, и делу конец. Буду с тобой откровенен. Мне действительно нужен человек, не состоящий в штате Управления, который способен продолжать это расследование. Однако мне и в голову не приходило предлагать тебе занять место Питера. Но незадолго до смерти он выкинул одну штуку, и теперь мне понадобился ты.

— И что же он выкинул?

— После того как Питер отбыл на выполнение своего последнего задания, стало известно, что определенные...э-э-э... документы весьма серьезного содержания пропали из наших архивов.

— Каррен прихватил их с собой?

Порывы ветра, налетавшего с реки, заставили Треноди поднять воротник.

— Да, похоже на то.

— Ты можешь сказать мне, что туда входило?

— Имена, даты, места, агентурные сети.

— Черт побери!

— Хорошо сказано, Тони. Наши друзья с Капитолийского холма с радостью вцепятся нам в горло, пронюхав про эту историю. Подкомитеты Конгресса живут исключительно за счет вот таких ошибок. Симбал изумленно взглянул на него.

— Ошибка? Вот, значит, как это называется?

— Как бы ты ни назвал это, положение должно быть исправлено, — отрезал Треноди. — И исправлено с величайшей осторожностью. Если какая-то информация просочится даже в другое Управление, то нам не поздоровится.

Симбал понял, что речь идет прежде всего о Доноване.

Откуда-то сзади донесся вой сирены. Когда машина скорой помощи промчалась мимо, и остановившийся было поток машин вновь тронулся с места, Симбал сказал:

— Мне понадобится неограниченный доступ к компьютерному банку данных УБРН.

Треноди кивнул.

— Ты получишь все, что тебе нужно, Тони, — он протянул руку своему бывшему подчиненному, и тот крепко пожал ее. Дождь за окном прекратился.

* * *

В палате было так тихо, что ритмичный шум аппарата искусственного дыхания резал слух. Цунь теребил в руках шнур от жалюзи и с тоской вглядывался в серую мглу сквозь щели в шторах.

— Эти врачи не знают ни черта, — в отчаянии повторял он. — Они совершенно беспомощны и потому отмалчиваются, не желая говорить правду. Блисс может умереть в любую минуту, а они даже не поймут, что с ней.

— Успокойся, дядя, — промолвил Джейк. — Врачи же сказали, что рентгеновские снимки у нее хорошие, а энцефалограмма показала отсутствие внутренних травм.

— Тогда зачем им понадобились новые анализы? Зачем они мучают мою дочь своими дурацкими приборами?

— Потому что, как выразился доктор, они обнаружили некоторые отклонения в сигналах головного мозга”.

— Я не понимаю, что это означает.

— Я думаю, они тоже.

— Вот видишь! А что я говорил?

— Ерунда, дядя. Эти отклонения не опасны для жизни. Просто они сбивают их с толку.

— О, Будда! — Цунь Три Клятвы обессиленно рухнул на стул, стоявший возле высокой стойки. — Что за злая судьба преследует нас, Джейк? Какие прегрешения мы совершили в предыдущей жизни, что заполучили таких злобных и могучих врагов в этой?

— Прежде всего, — возразил Джейк, — следует установить, кто они, наши враги.

Цунь взглянул на племянника.

— Ты утверждал, что Блисс видела татуировки.

— Да, — подтвердил Джейк. — Она сказала, что они из якудзы.

Ничего не понимаю. — Цунь недоуменно развел руками. — У нас ведь нет врагов в Японии.

— Если она права, стало быть, теперь есть. — Джейк встал и подошел к окну. — В Японии идет война, — сказал он, не поворачиваясь. — Война кланов. Мой друг Микио Комото находится в тяжелом положении.

— И ты думаешь, что вот это, — Цунь показал на Блисс, — имеет какое-то отношение к вашей дружбе?

— Почему бы и нет? — Джейк пожал плечами. — Возможно, они искали меня и, не найдя, со злости убили отца.

Его слова не убедили Цуня Три Клятвы.

— Они были профессионалами, хорошо знавшими свое дело. Это твои собственные слова, племянник. Ты сказал, что они — дантай.Работая в Куорри, ты сам лично создал две такие группы. Я не ошибусь, если скажу, что члены дантай всегда отличаются исключительным бесстрашием и дисциплинированностью. Тогда у меня к тебе два вопроса. Во-первых, неужели дантайне смогли бы установить твое местонахождение? Во-вторых, стали бы они совершать бесполезное, с их точки зрения, убийство и производить беспричинные разрушения просто со злости?

Джейк промолчал в ответ. Он смотрел в окно, вспоминая женщину-шпика, севшую ему на хвост и задержавшую его вдали от джонки ровно настолько...

Ему наверняка удалось бы разгадать планы врагов при помощи ба-маака. Тогда бы события приняли совсем иной оборот. Его отец остался бы жить...

Идиот! —мысленно обругал он себя. — Ты снова рассуждаешь как западный человек. Вспомни, чтоты китаец. Что случилось, то случилось. Судьба. Лучше подумай о том, что следует предпринять в сложившейся ситуации.

Как бы там ни было, я уезжаю в Японию, — сказал он после долгой паузы.

— И бросишь на произвол судьбы Блисс! А что будет с “Южноазиатской”?

— Блисс не поправится быстрее оттого, что я останусь здесь, — возразил он. — Что же касается “Южноазиатской”, то этой проблемой займется весь йуань-хуань.

Не забывай, что еще предстоит достойно похоронить твоего отца, — резко заметил Цунь Три Клятвы. Ему на ум пришли слова, сказанные Неон Чоу в ресторане, о том, что его старший сын вполне подходит на роль Чжуаня. — Сыновний долг...

Джейк повернулся к нему, точно ужаленный.

— Не надо учить меня, в чем состоит мой долг. Я Чжуань. Я хорошо знаю свои

обязанности. Тело будет кремировано сегодня же. Ты, я и Т.И.Чун будем присутствовать на церемонии завтра на рассвете, когда прах моего отца, согласно его желанию, будет развеян над Южно-Китайским морем.

— Теперь о деле, — сказал он уже спокойнее. — Уезжая, я оставляю вам одно поручение. — Он достал из кармана маленький сверток и вручил его дяде. — Выбери кого-нибудь из своих сыновей, кого сочтешь нужным. Посмотрим, что он сумеет разузнать об этом.

Цунь Три Клятвы развернул грязные обрывки газетной бумаги и увидел неограненный опал. Старик вертел камень в руках, любуясь игрой красок.

— Где ты нашел его?

— В кармане человека, у которого хватило глупости следить за мной.

— Когда это было?

— Просто было и все, — грубовато отрезал Джейк.

Любое воспоминание о той женщине-шпике заставило его вновь переживать боль утраты. Ба-маак...Джейк сосредоточился, пытаясь почувствовать пульс. Ничего не выходило. Он помолчал, собираясь с мыслями.

— К тому времени, когда я вернусь, необходимо узнать, где, когда, а главное, кем он был куплен. Цунь Три Клятвы спрятал камень в карман.

— Будет сделано, — пообещал он. Его взгляд упал на бледное лицо дочери. — Она такая же часть меня, как и мои собственные дети. Даже больше. Она часть Ши Чжилиня. Моя боу-сек!

Когда он вновь поднял голову, его голос зазвучал совершенно по-другому.

— Сейчас я хочу, чтобы ты сходил на осмотр к врачу. Раз ты настаиваешь на избранном тобою плане и собираешься действовать в соответствии с ним, то я хочу быть уверенным, что твое здоровье в полном порядке. Не ради себя, пойми меня правильно, а ради йуань-хуаня.

Да, конечно, — согласился Джейк, однако напряжение, возникшее между ними, не спадало. Все не так, как планировал отец, —подумал Джейк. — О Будда, я не могу поверить в то, что его больше нет. Дай мне силы выполнишь намеченное. —Я рассчитываю на то, что вы сумеете сохранить в тайне ситуацию в “Южноазиатской”.

— Завидую твоей стойкости, племянник. — Цунь Три Клятвы сидел совершенно неподвижно. Он сделал паузу, однако тон, которым он произнес это замечание, предупредил любые комментарии со стороны Джейка. — Возможно, в конечном счете мой старший брат был прав, полагая, что тебе следует быть Чжуанем. Надо быть по-настоящему холодным и бесчувственным, чтобы вынести на плечах тяжесть такой организации, как йуань-хуань. Язнаю, что мой хребет не выдержал бы этой ноши.

Слова дяди тронули Джейка. Вытащив из кармана запечатанный пакет, он хрипло заговорил:

— Дядя, я не знаю, где окажусь в самое ближайшее время, и что со мной приключится. Поэтому я предпринял кое-какие меры предосторожности. — Он держал конверт перед собой в вытянутой руке. — Здесь ты найдешь настоящее имя Аполлона, нашего резидента в Москве. В мое отсутствие ты должен поддерживать радиосвязь с ним. Необходимо, чтобы он чувствовал, что его дорога жизнииз России по-прежнему остается абсолютно надежной. Я не могу ставить под угрозу его сотрудничество с нами. Малейший риск здесь должен быть исключен. Ты понял?

Цунь Три Клятвы посмотрел на племянника. Гордость переполняла его сердце.

— Я все понял, Чжуань, — ответил он.

Значит, Неон Чоу все-таки была неправа, —подумал он. Впрочем, в глубине души он и раньше верил в это. Тем не менее, было чрезвычайно приятно получить такое весомое доказательство уважения, которым он все еще пользовался.

— Ровно через сорок восемь часов после моего отъезда, — продолжал Джейк, — ты вскроешь конверт и, следуя изложенным в письме инструкциям, выйдешь на связь с Аполлоном. В дальнейшем ты будешь продолжать переговоры, соблюдая двухдневные паузы, до моего возвращения.

— Когда оно состоится, племянник?

— Когда на то будет соизволение Будды.

С этими словами Джейк отдал конверт дяде.

* * *

Маккена появился в “Белой Чашке” точно в назначенное время. Доклад о происшествии в порту, относившийся к компетенции Специального подразделения, лежал у него на столе, и капитан с неподдельным интересом прочитал эту бумажку. Цунь Три Клятвы являлся совладельцем “Южноазиатской”, и потому Маккена спрашивал себя, уж не связано ли нападение на джонку с финансовыми проблемами в корпорации, о которых ему рассказал Белоглазый Гао.

Увидав, что Большая Устрица Пок уже находится за своим обычным столиком, Маккена стал решительно проталкиваться к нему через толпу посетителей, главным образом матросов и второразрядных шлюх. Скоро я получу ответы, на свои вопросы, —думал он.

Большая Устрица Пок сидел в одиночестве. Заметив полицейского, он помахал рукой.

— Присаживайтесь, — пригласил он. — Выпьете? — и тут же, хихикнув, добавил. — Или вы сегодня на дежурстве?

Решив пропустить шутку мимо ушей, Маккена уселся, налил себе щедрую порцию “Джонни Уокера” и одним махом опрокинул содержимое стакана себе в глотку. Он надеялся, что это придаст ему уверенности в разговоре с китайцем. Ему было в общем-то плевать на то, как Большая Устрица Пок относится к нему, но в настоящий момент он не мог открыто демонстрировать это. Во всяком случае, до тех пор, пока я не получу то, чего хочу от этого желтого ублюдка. —Маккена ухмыльнулся. — Ничего, скоро я преподам ему урок хороших манер. Он научится с уважением относиться к человеку в форме офицера полиции.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать