Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Шань (страница 54)


Этот тунец, как и множество его собратьев, попался в рыбацкие сети и теперь был выставлен на продажу на громадном токийском рыбном рынке, раскинувшемся на берегах реки Сумидо.

Стрелки часов указывали на без четверти пять. Легкий ветерок весело резвился в небе, окрашенном в устричный цвет. Значительная часть города еще не пробудилась ото сна и пряталась под сенью предрассветных сумерек. Издалека казалось, будто в районе Синьдзюку высоченные башни из стекла и металла впивались в хмурое небо. Серебристые верхушки некоторых из них скрывались за низкими облаками.

На Цукиджи тунца привозили не только на всевозможных судах, но и на специально оборудованных грузовиках, ибо, как ни странно, часть его доставлялась по воздуху через Северный полюс из Монтаука. Лонг-Айленд.

Джейк помнил, как однажды летом он с причала на восточной оконечности острова наблюдал, как японские торговые представители неистово торговались с моряками глубоководных траулеров, пристававших к берегу под вечер.

Джейк с безразличным любопытством глазел на продавцов. Одни из них, в основном те, кто помоложе, с короткими баграми в руках расхаживали среди валявшихся на бетонных плитах тунцов и вертели здоровенные туши так и сяк, подцепив их крючком за жабры. Другие медленно бродили вдоль разложенных рядами рыбин и поливали их водой.

Без пяти минут пять вокруг поднялась суета. Продавцы стали поспешно складывать штабелями розовые и белые сасими, блестящие и исключительно свежие, ожидавшие среди прочей рыбы начала распродажи.

Рынок стал постепенно наполняться народом: покупателями, сонными зеваками и разным шатающимся людом, избравшим рыбный базар конечным пунктом долгого хмельного путешествия по ночному городу.

— Мэрок-сан.

Обернувшись, Джейк увидел маленького японца, вынырнувшего из-за высоченной горы моллюсков.

— Качикачи-сан!

Они поклонились друг другу, исполняя стандартный ритуал приветствия, принятый в якудзе.

Последний раз я видел вас связанным по рукам и ногам.

— И, кстати, связанным вами лично, Мэрок-сан.

— Тысяча извинений, обстоятельства... Качикачи кивнул.

— Впоследствии Комото-сан мне все объяснил.

— Из-за него я и приехал сюда, — поспешил перейти к делу Джейк. — Он здесь?

— Давайте позавтракаем, — вместо ответа предложил Качикачи. Они пересекли бетонный сток, в котором смешались морская вода и рыбья кровь, и двинулись к маленькой закусочной, состоявшей из стойки и полосатого тента.

Запивая куски сасими пивом “Кирин”, Качикачи как бы невзначай заметил:

— Комото-сан шлет вам свои приветствия.

Джейк в ответ промолчал.

— Он просит у вас прощения за неудобства, причиненные вам. Как вы сами изволили сказать, — обстоятельства...

— Война.

— Вы приехали в момент самых тяжелых испытаний, которые только можно представить, — промолвил Качикачи, вгрызаясь в толстый ломоть морского ужа, хитроумно завернутый в форме бабочки.

— Я знаю.

— Ходят разговоры об усилении войны. Будда всемогущий! —пронеслось в голове Джейка. — Тут и так уже идет настоящая бойня.

Настали очень тяжелые времена, Мэрок-сан. Прежде чем подойти к вам, я провел четверть часа на рынке, чтобы убедиться, что за вами не следят.

— Кто за мной может следить?

— В наши дни, — заметил Качикачи, макая моллюска в блюдце с соевым соусом, — вокруг много врагов. — Джейк подумал о том, что сам находится в схожей ситуации.

— Я боялся, что Комото-сан погиб, — признался он. — Сколько раз я пытался дозвониться до него, но безрезультатно.

— Безопасность превыше всего, Мэрок-сан, — Качикачи еще заказал каждому по порции сасими. — К тому же Комото-сан не хотел подвергать вас исключительной опасности.

Теперь слишком поздно, — возразил Джейк. — Я уже здесь.

Лицо Качикачи потемнело.

— Боюсь, что лучше всего будет, если вы уедете.

—Уеду?

Качикачи вручил ему небольшой пакет.

— Да, и немедленно.

Вскрыв пакет, Джейк обнаружил в нем билет до Гонконга в один конец.

— Что это?

В глазах Качикачи появилось грустное выражение.

— Это воля моего оябуна.

Комото-сан не мог прислать мне это. — Он положил пакет на стойку между собой и собеседником.

— Мне очень жаль, Мэрок-сан, но у вас нет выбора. — Качикачи опустил глаза. — Я знаю, что так не следует говорить с друзьями, но я получил однозначные указания. — Вытащив из кармана несколько банкнот, он положил их на стойку. — Пожалуйста, улетайте этим рейсом.

Он поднялся.

— Я хочу увидеться с Комото-сан.

— До свидания, Мэрок-сан.

— Я увижусь с ним, Качикачи-сан. Мне это необходимо.

Последние слова Джейка были обращены в пустоту, ибо Качикачи уже скрылся в утреннем тумане. Сунув билет в карман, Джейк вышел из-под тента и направился вдоль торговых рядов, внимательно оглядываясь по сторонам и стараясь затеряться в толпе. Последнее сделать было нетрудно, ибо уже перевалило за половину шестого. Покупателей с каждой минутой становилось все больше, и торговля шла уже довольно бойко.

Заметив Качикачи, Джейк тут же стал проталкиваться к нему, постоянно меняя направление, поскольку японец и так был настороже.

Добравшись до конца Цукиджи, Качикачи остановился и огляделся вокруг. Не заметив ничего подозрительного, он свернул вправо и торопливо зашагал по улице, поднимавшейся вверх. Джейк следовал за ним на приличном удалении, несколько раз переходил с одной стороны улицы на другую, используя для наблюдения за маленьким японцем витрины, а где была возможность — и

зеркала. Вместе с тем он нет-нет да и оглядывался назад, проверяя, нет ли там хвоста, который он или Качикачи могли подхватить на рынке. Насколько он мог судить, сзади все было чисто.

Качикачи углубился в Агасико. Он направился прямо к дверям “Хиоаку”, знаменитого ресторана, где посетители, как в былые времена, могли за обедом или ужином наблюдать выступления гейш, возраст которых, впрочем, был ближе скорее к шестидесяти годам, нежели к двадцати. Молодые представительницы древнейшей профессии предпочитали торговать своим телом на Гиндзе.

Покатая черепичная крыша и старинный облик делали ресторан похожим на храм. Однако архитектурные особенности здания, по всей видимости, мало волновали Качикачи, который, приблизившись к нему вплотную, нырнул в тень под нависшим карнизом.

Джейк остановился и внимательно огляделся вокруг. Вдоль тротуара тянулся ряд припаркованных машин, в одной из которых он признал “Мерседес”, принадлежащий компании Микио. Стекла автомобиля были матовыми, и понять, есть ли кто-нибудь в салоне или нет, не представлялось возможным. Зато в холодном и прозрачном утреннем воздухе Джейку удалось разглядеть тоненькую струйку, поднимавшуюся из выхлопной трубы “Мерседеса”.

Не спуская глаз с “Хисаку”, за дверью которого исчез Качикачи, Джейк вышел на проезжую часть и остановил такси. Стекло со стороны водителя опустилось, и Джейк, просунув голову в салон, быстро произнес несколько фраз на японском, сопроводив их достаточным количеством купюр крупного достоинства.

Водитель, кивнув, сунул деньги в карман. Джейк собрался было вернуться на свой наблюдательный пост, как дверь ресторана отворилась. Из нее показался Качикачи, а следом за ним здоровенный японец. Оставшись у входа, они стали озираться по сторонам. Вовремя заметив это, Джейк тут же отвернулся и пригнулся, навалившись на открытую дверцу такси.

Глядя в отражение на стекле машины, он увидел, что из двери ресторана вышел еще один человек. Он присоединился к Качикачи и его напарнику, и все трое направились в сторону “Мерседеса”.

Джейк забрался в такси и бесшумно закрыл дверь. Он выключил миниатюрный телевизор, оставшийся включенным предыдущим пассажиром, ни на мгновение не выпуская из виду троицу, быстро шагавшую по тротуару. Взгляд Джейка был прикован к человеку, последним покинувшему ресторан. За массивной фигурой напарника Качикачи совершенно нельзя было рассмотреть лицо, но Джейку это и не понадобилось. Широкий размах плеч, узкая талия, аккуратный, короткий ежик на затылке не оставляли сомнений в том, кто это.

Микио!

Стало быть,он все же был жив и здоров.

Джейку лишь показалась немного странной его походка. Последствие раны? Джейк уже собрался было вылезти из такси, как вдруг его слуха достиг кашляющий звук просыпающегося мотора, долетевший с противоположной стороны улицы. Повернув голову, он увидел облачко дыма из выхлопной трубы голубого “Ниссана”.

— За “Мерседесом”, — бросил он водителю. Тот молча кивнул.

Микио и его люди уже сидели в машине. Через мгновение “Мерседес” отъехал от тротуара.

— Подождите, пока проедет голубой “Ниссан”, — попросил Джейк водителя и спокойно встретил его внимательный взгляд в зеркале заднего обзора.

Процессия тронулась в путь по забитым транспортом улицам утреннего Токио: Микио, Джейк и неизвестный враг, каким-то образом узнавший о незапланированной встрече старых друзей.

Из головы Джейка не выходили слова, сказанные Качикачи в закусочной: Ходят разговоры об усилении войны.

* * *

Тони Симбал не спеша вел свой “Сааб” по извилистой ленте дороги, ведущей к вилле Грейсток.

Стекла в его автомобиле были опущены, а откидной верх открыт. Тони уже успел отвыкнуть от теплой погоды и теперь с наслаждением грелся в золотистых лучах солнца. В дуновении легкого ветерка, о чем-то тихо шептавшегося с кронами высоких сикомор и сосен, не ощущалось ни малейших признаков зимней стужи.

Вокруг раздавался неугомонный щебет птиц, перепархивавших с ветки на ветку, точно радуясь долгожданному возвращению на родину. Солнце золотило пушистое облако, сонно висевшее в ярко-голубом небе. То и дело Симбалу попадались на глаза зайцы и фазаны, прятавшиеся в кусты при приближении автомобиля. Один раз ему даже удалось заметить грациозного оленя, промелькнувшего и скрывшегося в густых зарослях.

Однако чем ближе Симбал подъезжал к роскошной вилле девятнадцатого века, принадлежавшей Куорри, тем все больше и больше его радужное настроение уступало место глубокой задумчивости. Он вспоминал Бирму, территории Шань и размышлял о таинственных убийствах Питера Каррена и Алана Тюна. Впрочем, раздумья его были не слишком продолжительными, и вскоре он увидел перед собой великолепный особняк с остроконечной крышей и башенками, стоявший посреди широкой долины, окруженной изумрудными холмами, затерявшейся в глубине штата Вирджиния.

Вилла по-прежнему несла на себе печать присутствия Энтони Беридиена, первого директора Куорри, совсем недавно погибшего в результате покушения, подготовленного (если верить слухам) генералом Даниэлой Воркутой и ее агентом внутри Куорри Химерой, он же Генри Вундерман.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать