Жанр: Научная Фантастика » Андрей Николаев » Русский экзорцист (Отчитывающий) (страница 15)


Ждать пришлось недолго. Свет, падающий через дверной проем, на секунду померк. Вошедший постоял несколько мгновений, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте и, не особенно таясь, прошел к лестнице. Поправив под мышкой длинный сверток, он стал подниматься наверх. Несколько раз он останавливался, прислушиваясь, пока не добрался до третьего этажа. Здесь он подошел к дыре в стене. Судя по всему, здесь должен был быть балкон - из стены на уровне пола наружу торчали стальные балки. Посмотрев вниз, человек присел на корточки и развернул сверток. Тускло блеснул металл - лунный свет отразился от ствола винтовки с оптическим прицелом. Человек поднялся, расставил пошире ноги и, навернув ремень на руку, стал осматривать стройку в прицел. Удовлетворенно цокнув языком, он прислонил винтовку к стене и достал из кармана длинный глушитель.

Он не успел среагировать, когда перед его лицом из-за спины возникла ладонь с длинными пальцами. Сухие, похожие на мертвые сучья кустарника пальцы легли ему на горло, перекрывая возможный крик.

Когда двое продавцов подошли к бытовке, Рец вышел в круг света от забранной в решетку лампочки и приветливо кивнул.

- А я уж заждался.

- Все, как договорились, уважаемый, - успокоил его простуженный, - не беспокойся. Деньги принес?

- А товар?

- Э-э, дорогой, товар рядом. Где деньги?

Рец сбросил с плеча рюкзак, развязал тесемки и распахнул его.

Небритый шагнул вперед и заглянул в рюкзак блестящими, как мокрые маслины, глазами.

- Хорошо, очень хорошо. Считать не надо? - он недобро взглянул на Реца.

- Не надо считать, брат. Такое недоверие обижает, - успокоил его простуженный.

Они переглянулись и отступили на шаг.

Рец поднялся на ноги и, нехорошо улыбаясь, покачал головой. Ожидание затягивалось. Продавцы снова переглянулись. Недоумение в их глазах сменилось тревогой.

- Чего ждем? - спросил Рец, - Еще кто-то подойти должен?

- Нет.

- Правильно, - кивнул Рец, - никто не подойдет. Я же просил без обмана, - он обернулся к серой громаде дома и показал рукой, - ваш знакомый отдыхает. Проветривается.

Простуженный шагнул вперед, всматриваясь.

Под стальными балками на уровне третьего этажа покачивалось тело с безвольно болтающимися руками. Ремень, свисающий с уложенной поперек балок винтовки, обвивал вытянувшуюся, скрученную, словно у битой птицы, шею.

Замешательство длилось недолго. Одновременно рванув из-под одежды пистолеты, продавцы нацелили их Рецу в голову.

- Ты будешь жалеть, что родился, - прошипел небритый.

Словно тень с тихим шорохом скользнула между ними, удар под колени бросил их на землю. Чьи-то гибкие длинные пальцы пауками поползли по лицам, нащупывая глаза. Там, где только что стоял Рец, сиротливо валялся рюкзак.

- Стволы на землю, парни.

Закрыв глаза, Рец стоял за спинами упавших на колени продавцов, положив ладони на головы, и поглаживал пальцами их веки и брови.

- Стволы на землю, - повторил он негромко, - зачем нам шум?

Глухо звякнув о камень, оружие упало на землю.

Рец собрал в горсть жесткие волосы на голове небритого, рывком поднял его на ноги и развернул лицом к себе. Медленно открыв глаза, он уставился угольно-черными бельмами в посеревшее лицо.

- Сейчас ты принесешь товар, - тихо сказал он. - Если через десять минут тебя не будет, он - труп. Пошел, - он оттолкнул от себя небритого.

Неловко перебирая негнущимися ногами, тот поспешил в сторону гостиницы Центрального рынка.

Рец поднял за волосы простуженного и пошел к бытовке, ведя его за собой, как быка за кольцо в носу. Присев на ступени, он наклонил в сторону голову продавца и размотал шелковый шарф на шее.

- Ну-ка, что тут у нас? Горлышко побаливает.

В шею была воткнута медицинская игла с отводной трубкой, идущей в карман плаща.

- Неплохо, - одобрил Рец, - и целый день кайф, только пузырьки в кармане меняй. Сам придумал?

- Уважаемый, давай поговорим спокойно, - чуть дрожащим голосом сказал простуженный, - это ошибка.

- Да, это ошибка. Но я не злопамятный. Я же говорил, возможно, мы еще поработаем вместе.

- Конечно, брат, конечно поработаем.

- Вот и я братом стал, - кивнул Рец, - а вон и еще один родственник поспешает.

Небритый подбежал к ним, шумно отдуваясь. В руке у него был объемистый кейс с кодовым замком.

- Открой, - приказал Рец.

Тот быстро набрал код, щелкнул замками и, раскрыв кейс, услужливо предъявил содержимое. Рец перебрал одной рукой упаковки и целлофановые пакеты.

- Если здесь не то, что я просил..., - не договорив, он по очереди взглянул на продавцов.

- Здесь все, уважаемый.

- Ну, тогда порядок, - Рец отпустил волосы простуженного и, слегка оттолкнув его от себя, встал с деревянных ступенек, - деньги в рюкзаке. Там больше, чем договаривались. Возмещение ущерба, - пояснил он, кивнув в сторону повешенного. - Возможно, мне понадобятся серьезные ребята. Деньги не проблема. Не против продолжить сотрудничество?

- Конечно, дорогой, с удовольствием.

- Вот и ладненько, - ласково улыбнулся Рец, - телефончик оставь мне.

- Пожалуйста, пожалуйста, - простуженный достал записную книжку, вырвал листок и быстро записал телефон.

- Ну, что, мир? - спросил Рец, пряча бумажку.

- Мир, уважаемый.

- Я найду вас.

Рец повернулся к ним спиной и медленно пошел в сторону Цветного бульвара, небрежно помахивая кейсом. Небритый показал приятелю на пистолеты. Тот отрицательно покачал головой.

Глава 6

Витек проснулся от птичьего гомона. Время было, как он сам определил по высоте солнца, около

семи утра. Во рту было погано, правый глаз открылся только наполовину. Витек перевернулся на бок и мучительно застонал. Вчера они с Люськой-челюстью высосали по шесть пузырьков настойки шиповника. Угощал, естественно, Витек в надежде на интим. Но Люська, падла, наотрез отказалась. Да еще глумиться вздумала - угадай, говорит, с трех раз, что значит: ни дать, ни взять. Витек отгадывать не стал, а потребовал законного, после возлияния, минета. Но Люська заорала, что русским языком объяснила простыла она, насморк. И месячные к тому же! Вот и получается: ни дать, ни взять. Витек презрел эти дикие отмазки, но Люська саданула его в глаз сумкой с пустыми бутылками и, пока он приходил в себя, вставила ноги от греха. С горя Витек съел еще четыре пузырька шиповника и, конечно, выпал в осадок.

Однако надо было вставать. Похмелиться сейчас вряд ли найдешь, так хоть куревом разжиться. Почесываясь и ругаясь, он поднялся на ноги и пошарил в мешке на всякий случай, но чуда не случилось. Выпито и съедено было все.

- У-у, зараза щербатая, - сказал Витек.

Отряхнув с пиджака и брюк листья и траву, Витек забросил мешок на плечо и вдруг замер, ощутив чей-то взгляд. Он медленно повернул голову. В нескольких метрах, прислонившись спиной к дубу, сидел молодой парень в джинсах и кожаной куртке. Парень видимо только что проснулся, потому, что лицо у него было помятое, а светлые волосы всклокочены.

- С добрым утром, - учтиво сказал парень.

- Здорово, сука, - просипел Витек.

Парень усмехнулся.

- Ну, ты крут, отец. Чего такой суровый?

- Попей с мое, сынок.

- Болеешь, что ли?

- Догадливый ты, прямо сил нет, - Витьку надоел пустой треп, и он повернулся к собеседнику спиной, собираясь уходить.

- Так давай подлечимся, - неожиданно предложил парень.

- Угощаешь? - не поверил своему счастью Витек.

- А то! Где тут магазин?

Витек довел его до девятиэтажки, в которой была аптека, но парень шиповник пить отказался, и они прошли чуть дальше, к магазину. Молоденький продавец нахмурился, увидев Витька.

- Все, Виктор, больше в долг не дам.

- А что, много должен? - влез в разговор парень в куртке, - так я расплачусь, командир, какие проблемы?

Уже в лесу, раскладывая продукты на газетах, Витек с удовольствием вспоминал круглые глаза продавца, когда они с новым знакомым набрали и выпить и закусить, и даже ананасовый компот на десерт. Открыв обломанным перочинным ножом банку шпрот, Витек с удовольствием облизал испачканные маслом пальцы.

- Ну что, за знакомство? - предложил парень, поднимая пластиковый стакан с "посольской".

- Ну, давай, - согласился Витек. И коротко поклонился - Виктор.

- Павел.

Они чокнулись и, доброжелательно поглядывая друг на друга, выпили. По привычке Витек занюхал рукавом и запалил окурок, подобранный по дороге. Волохов нарезал колбасу, сыр, открыл фруктовые консервы.

- Давай, налетай, - он сделал приглашающий жест и сам принялся за еду.

Хорошо легла "посольская" на старые дрожжи. Витька сразу повело, не хотелось ни есть, ни пить, а только умильно смотреть на нового знакомого и улыбаться. Во хмелю он становился мягким и добрым. Эдаким интеллигентом из народа. Жесты его становились чуть ли не изысканными, речь плавной и размеренной, а выражения культурными, почти без мата и вообще какой бы то ни было ругани. Они выпили еще, и Витек поведал свои беды и горести. Рассказывал он свою историю уже не в первый раз, а все равно слеза прошибала. Да, побросала жизнь, покуражилась. А хорошую работу тяжело найти. Раз только повезло - на киносъемку попал. Там и закусить было чем, и спереть чего по мелочи. Волохов сочувственно кивал, поддакивал, сокрушался. Он тоже был доволен. Ему как раз нужен помощник, а этот мужичок вопросов задавать не будет. Хлопнет стакан и не обратит внимания на некоторые странности.

- ... ну, ассистент режиссера и рад - костюмы подбирать не надо, все в своем сниматься будут. Где он столько рванья найдет? Только в Голливуде! А столы кругом, - Витек хлопнул себя по небритой щеке, - ну просто ломятся! А режиссер, вроде культурный с виду человек, представительный, трубку все курил. Но когда день к вечеру пошел, а съемки ни с места, и он осерчал. Витек набрал в грудь воздуха и заорал, что было мочи, начиная фразу низким утробным голосом и переходя на фальцет в конце: - Массовка, реквизит не жрать!!! Я ебаный в рот!!! Во как орал! - Витек сокрушенно покачал головой, налил себе полстакана и, покопавшись пальцем в банке шпрот, выудил рыбку покрупнее.

По мере опьянения жесты его делались все небрежней, речь все витиеватей, и понимать сложные периоды, насыщенные восклицаниями и междометиями не утруждавшегося их расшифровкой Витька становилось все труднее.

Волохов откинулся на траву. Над головой легкий ветер перебирал светло-зеленые листья дуба, Витек бубнил о несправедливости и быстротечности жизни, и ничего не хотелось. Лежать да лежать, глядя в небо через молодую листву. Волохов ощутил покалывание в кончиках пальцев, затем будто озноб побежал вверх по руке. Отлежал, что ли, подумал он. И вдруг он вспомнил. Он вспомнил и от неожиданности так резко сел, что Витек замолчал, недоуменно глядя на нового знакомого.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать