Жанр: Триллеры » Эрик Ластбадер » Цзян (страница 9)


— Копаясь руками в содержимом кишечников быков и козлов, как римские авгуры, — закончил за него Вундерман. Беридиен засмеялся и его взгляд вернулся из туманной дали на грешную землю.

— Это ты верно заметил, Генри. Да, я думаю, аналогия очень удачна. — Он поёрзал в своем кресле. — Но когда я создавал Куорри, мною двигало вдохновение. Живые изгибы истории... Изучать их, держа руку на пульсе, жизни, или, как ты выразился, в козлином кишечнике, — вот для чего мы существуем. Изгибы истории сформировали нас, как земная кора сформировалась из клокочущей магмы.

Он подошел к шкафу, достал оттуда красную папку, открыл ее, ткнул пальцем в данные, приведенные на первой же странице.

— Вот, взгляни сюда! Задумывался ли ты когда-нибудь, что мы, американцы, сделали с Израилем? Каждый год мы даем им 1,7 миллиардов долларов на военные нужды, а они и так тратят на вооружение почти половину их собственного годового бюджета. И вот мы вынуждены давать им дополнительно 850 миллионов на поддержание их экономики...

Вундерман бросил на шефа недоуменный взгляд.

— А чего же ты хочешь? Чтобы мы урезали им нашу помощь? Но ведь Израиль — наш единственный верный союзник на Среднем Востоке. Если не мы их поддержим, то кто? Что-то ты больно круто берешь!

— Вовсе не круто, — раздраженно буркнул Беридиен, как профессор, которого смышленый студент выставил дураком перед всей аудиторией. Его палец опять указал на красноречивые цифры. — Несмотря на нашу помощь, Израиль переживает тяжелый экономический кризис. Инфляция до 200 процентов в год! Вдумайся в эту цифру! И кроме того, стоимость их шекелей постоянно падает... Нет, что ни говори, а нечто радикальное следует предпринять, чтобы стабилизировать экономику этой страны!

Он взглянул на следующую страницу.

— А теперь смотри сюда: за последние два десятилетия страной с наиболее высокими темпами промышленного развития была Япония. Это тебе что-нибудь говорит?

Вундерман смекнул, что, учитывая это настроение Беридиена, лучше продемонстрировать полное незнание вопроса, чем дать неправильный ответ.

— Куда ты клонишь, Энтони?

— А вот куда, — ответил Беридиен. — Израиль, тратя миллиарды долларов на военные нужды, находится на грани экономического краха. А Япония, между прочим, идет полным ходом. — Он весь подался вперед, уперев локти в инкрустированную крышку стола. — А почему? Неужели только благодаря умелому руководству экономикой? Вряд ли! Израильтяне, как нам все хорошо известно, далеко не глупы. В некоторых сферах деятельности нам бы самим неплохо у них поучиться. Так в чем же дело?

Он сделал паузу и затем сам ответил на свой вопрос:

— В деструктивной политике! В одном из изгибов истории, на которых стоит наш Куорри. Открытие, которое я сделал для себя давным-давно, касается природы будущего человечества. Это будущее, Генри, создается сегодня!

Беридиен закрыл красную папку и прихлопнул ее сверху ладонью.

— Все в этом досье! Главный вывод из статистических данных, собранных здесь, состоит в обратной пропорциональности расходов на военные нужды и здоровым экономическим развитием страны. Военные расходы Японии ничтожно малы по сравнению с аналогичными расходами Израиля... Одно из наиболее часто цитируемых высказываний Ленина касается империализма как последней стадии капитализма. — Беридиен улыбнулся. — А что может быть более характерно для империализма, чем торговля оружием, а? И, тем не менее, и Советы занимаются ей, причем весьма основательно... Общее мнение всех участников прошлогоднего совещания Советских руководителей в Новосибирске сводится к тому, что рост военных расходов всегда был серьезным тормозом на пути развития экономики этой страны... Или возьми Третий мир! Там 31 страна за период с 1965 года по 1985 более чем вдвое увеличила военные ассигнования. И почетное место среди них занимают Египет, Ирак, Иран, Сирия. И, пожалуй, мы с тобой являемся одними из немногих, кто не удивится, услышав, что к этому списку следует добавить Гондурас, Нигерию, Замбию, Зимбабве и Кувейт. В наше время торговля оружием является наиболее активно развивающимся компонентом международной торговли.

Вундерман издал нутряной звук, прочищая горло.

— Мы в этой области тоже не отстаем.

Глаза Беридиена сверкнули.

— О, да! Какими бы мотивами ни руководствовались лидеры различных стран: идеологическими, религиозными или просто политическими, — но они чувствуют себя как-то уютнее, когда вооружены лучше, чем их соседи. Но нам также известно, что военные расходы подрывают не только экономику страны, но и политическую стабильность.

Вундерман слушал весь этот политический треп вполуха. Он больше думал над словами босса насчет дружбы и насчет того, что люди в Куорри отличаются от всех прочих, потому что они выбрали для себя особую жизнь, отличающуюся от жизни, которые ведут прочие. Монотонность.

Но, честно говоря, сам Вундерман пошел в Куорри не для того, чтобы избежать монотонности существования «с девяти до пяти». Он пошел, чтобы доказать себе — и своей жене — что он может добиться членства в престижных клубах, состоящих сплошь из бывших питомцев «Лиги плюща»[10], по интеллекту соперничающих с членами «Менсы»[11].

Вундерман закончил университет в своем штате, числясь в середнячках. Когда он оформлялся на работу в Куорри, его преподаватели в лучшем случае говорили, что он не блистал успехами в учебе. Многих приходилось изрядно тормошить, прежде

чем они смогли вспомнить его, а некоторым так и не удалось этого сделать.

Сотрудникам Куорри, которые беседовали с преподавателями, это понравилось: они усмотрели в этой незаметности их будущего коллеги положительный фактор. Для агента очень важно уметь растворяться в толпе, быть незаметным.

Его будущая жена, Марджори, однако, его заметила. Она была избрана Королевой на балу выпускников в своем колледже — одном из колледжей, известных как Семь Сестер. Она была очень красива и достаточно способна, чтобы закончить учебу в числе лучших, отстав по оценкам только от своей подруги, которой было поручено произнести речь от лица всех выпускников.

С Вундерманом она познакомилась на вечеринке, которую устроили их общие друзья. Он выглядел настолько чужеродным элементом на этом сборище, что она мгновенно почувствовала к нему симпатию. Он так никогда и не понял, что она нашла в нем, но, вообще говоря, для него всегда казался странным ракурс, с которого женщины смотрят на мир.

Он так и не понял, что уже ко второму курсу она была по горло сыта интеллектуальным снобизмом молодых людей, упакованных в костюмы от Поля Стюарта, гоняющих по кампусу на собственных «Ягуарах» и «Спитфаерах». Они ни о чем не умели разговаривать, как только о клубах, игре в поло и о прогулках верхом, будто это самые важные вещи на свете.

Она увидела в Вундермане обаяние, которое другие принимали за скованность. А разговорившись с ним, она нашла в нем три качества, которые уже отчаялась увидеть в мужчине: ум, здоровое любопытство и уступчивость.

Ко времени их второго свидания она знала, что ей не хочется встречаться больше ни с кем другим. А к четвертому поняла, что влюблена по уши. К тому времени и Вундермана не надо было слишком рьяно обрабатывать, чтобы склонить на женитьбу. Марджори покорила его с первого момента, как подошла к нему на той вечеринке. То, что она увлеклась им, казалось ему чудом не меньшим, чем сорвать куш, играя на тотализаторе.

Его вечные сомнения в ее любви привели к тому, что ему начало сниться по ночам, что вот он просыпается одним прекрасным утром и оказывается, что он действительно женат на Марджори, но он — это не он, а некто, облаченный в харисский твид[12], говорящий с бостонским акцентом и являющийся членом известного гольф-клуба.

Этот сон всегда заканчивался тем, что он смотрел на себя в зеркало и видел здоровое, загорелое и красивое до пошлости лицо. Затем он, бывало, трогал лицо руками и оно начинало таять, как воск, и из-под него появлялось его истинное лицо. И во сне его охватывала жуткая паника, что Марджори сейчас проснется, увидит его в таком виде, поймет, какую ужасную ошибку она совершила, и бросит его.

Их дом был тоже в штате Вирджиния, неподалеку от Грейстока, и в первые годы их совместной жизни он казался Марджори не только унылым, но еще и населенным тенями. Многие годы Вундерман отказывал ей в том, что для нее было по-настоящему важным: в праве иметь детей. Вундерман сам потерял отца (он был моряком), когда ему было только семь лет, и не хотел, чтобы такое же случилось с его детьми.

Только после того, как Марджори пригрозила, что бросит его, он осознал, насколько важно для нее иметь детей. И он уступил, испугавшись, что его повторяющийся кошмарный сон сбудется, хотя бы в его заключительной части. Значительно позже, чем у всех их университетских друзей, у них родились дети: мальчик и девочка. Сейчас они были уже в подростковом возрасте.

Не проходило и дня, чтобы Вундерман не беспокоился за детей. Но беспокойство входило в качестве непременного компонента в его чувства и к Марджори. В этом она была абсолютно права: раз уж он выбрал для себя такую жизнь, он должен проститься со спокойствием навсегда.

— Политическая нестабильность, — говорил между тем Беридиен, — это то, на чем мы с тобой зарабатываем себе на хлеб. Вот как я сформулировал цели нашего учреждения двадцать пять лет назад. Кеннеди согласился со мной. Его имя стоит под нашей хартией, и я чертовски этим горжусь. Попытки пересмотра и его личности, и его правления, участившиеся за последнее время, на мой взгляд, просто отвратительны. Это был президент, способный принимать мужественные решения. И он увидел необходимость в нашем абсолютно автономном существовании от ЦРУ. Нам это всегда было на руку: мы не раз использовали это агентство в качестве мальчика для битья, показывая время от времени всему миру их идиотизм. Такого рода вещи всегда приятны публике: они заставляют ее чувствовать свое превосходство над власть имущими. — Беридиен издал добродушный смешок. — Я думаю, даже ты не подозреваешь, что я сам был причастен к тем скандалам. Некоторые «джентльмены прессы» слишком близко к нам подбирались, и я, с благословения Президента, использовал скандал, как дымовую завесу. — Он пожал плечами. — Так или иначе, обычно следующие за этим чистки послужили ЦРУ во благо. Таким образом, они освобождались от наиболее гнилого валежника... Кстати о расчистке валежника, Генри. Я планирую послать в Японию за Марианной Мэрок твоего лучшего чистильщика Стэллингса.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать