Жанры: Научная Фантастика, Альтернативная история » Юрий Никитин » Империя Зла (страница 13)


Коган спросил недоверчиво:

– Подготовлен вами?

Брови Забайкалова взлетели на середину лба:

– Так бы я вам и сказал... в тот период! Нет, уже согласовано с ведущими специалистами, подписано на уровне... гм... на достаточно высоком уровне. Если так пойдет, то через пару недель надо договариваться о встрече глав правительств. Будьте готовы.

Кречет остановил начавшие расползаться в стороны губы, кивнул на Краснохарева:

– У нас по историческим документам спец Степан Викторович.

Коган, который все чаще демонстративно смотрел на часы, наконец, с недоумевающим видом поднес к уху, сделал вид, что слушает тикают ли, хотя что может тикать на батарейках, если не бомба?

Кречет покосился на министра финансов:

– Ладно, прервемся на обед. А то Коган начнет грызть ножку стола.

– Ни в коем случае, – испугался Коган. – Я же знаю, сколько стоят тамошние микрофоны!

Сказбуш поглядел на него пронизывающим взором:

– Ах, ваш Моссад и туда напихал?

Все уже шумно вставали, едва сдерживались, чтобы не бежать наперебой, ибо, когда мужчины садятся за стол как за парты, то не важно в каком они ранге, при слове «обед» превращаются в школяров и мчатся к буфету, сшибая всех и вся с пути.


В столовую ввалились шумной гогочущей толпой. При прошлом президенте здесь было, говорят, как в могильнике. Никто не смел даже говорить громко. Кречету подражали еще и тем, что подтягивали животы, а кто-то, по слухам, даже пользуется корсетом, чтобы не изнурять себя тренажерами.

– Леночка, – на ходу бросил Краснохарев, – мне бифштексик с кровью!.. Махонький такой, чтобы как раз по сковородочке... Не самой крупной, ни в коем случае!.. Так, средненькой.

– Варвар, – сказал Коломиец осуждающе. – Недаром штатовцы немцев зовут гуннами, а нас – скифами.

Столы под белыми накрахмаленными скатертями, вазочка с цветами посреди стола, там явно не только микрофоны, но и телекамеры, стулья подобраны под цвет стен, легкие настолько, что даже министр культуры смог бы бросаться ими как пьяный казак в корчме.

Мы усаживались, я взял накрахмаленную пирамидку салфетки, начал разворачивать со словами:

– Да, варвары. А почему нет? США всячески подчеркивают, что они – преемники Римской империи. У них и римский сенат, и римский орел, и римский Форум, и римский Капитолий... а вот мы варвары! Но мы, варвары, сокрушили предыдущую Римскую империю, сожгли библиотеки, разбили статуи, осквернили храмы, перебили храмовых проституток и всех гомосеков, лесбиянок, скотоложников, а на развалинах той цивилизации построили свою, варварскую, из которой и выросли все нынешние европейские. Непривычно суровые, ибо в них не было рабства, гладиаторских боев, многоженства, извращений... Да, убеждая нас в том, что мы – варвары, эти олухи сами подталкивают к идее, что пора сокрушить и эту Римскую империю.

– Отречемся от старого мира, – затянул Коган замогильным голосом, – отряхнем его прах с наших ног...

– Смейтесь, смейтесь. Вот Коломиец уже над вами улыбается! Интеллигент, а все-таки ехида... По своей финансовой грамотности... что за счет остальной образованности, естественно, не подозреваете, что распеваете государственный гимн Франции. «Марсельеза» зовется, если еще не слыхали. Так что это не мы придумали старое рушить, а взамен новое. Сама природа подсказывает! Когда на ваших глазах валится старое прогнившее дерево, то подрастающему вокруг молодняку сразу больше солнца, света, земли, хотя кто-то из того молодняка и погибнет под рухнувшим гнильем...

Коломиец на меня посмотрел холодно, игнорировал, а Коган спросил убитым голосом:

– Это что же... обосновываете необходимость... уничтожения США? Не отпора им, а вообще – ножиком по горлу и лапти кверху?

Кречет поморщился:

– Сруль Израилевич, зачем таким трагическим голосом? Когда грубое и бедное христианство уничтожило красочную языческую религию... с ее вакханалиями, праздниками плоти и прочими весьма, надо признаться, привлекательными для масс увеселениями, то была уничтожена только Римская империя, а не римский народ... Впрочем, даже Римскую империю, как мне помниться, не ножиком по горлу, как вы образно выразились. Римские императоры еще несколько веков водили войска, но уже под христианскими знаменами. Нет, мы обосновываем необходимость уничтожения этой тупой скотской идеологии. Конечно, полетят и головы некоторых особо упорствующих идеологов. Но неизбежно наступит свежее утро!

Коган пробормотал:

– Интересно, как будут рубить голову Зигмунду? Да не

Дзержинскому, я говорю о Фрейде.

Краснохарев оглянулся на окно раздачи, почему все еще не принесли его бифштексик, не самый большой, а который во всю сковородочку, вздохнул:

– Так-то оно так... Умом все понимаю, но ничего поделать с собой не могу. Хотелось бы прожить тихо и без потрясений.

Кречет бросил взгляд в мою сторону. Я понял, кивнул:

– А мне хотелось бы еще больше. Вы знаете, через какие сражения я каждый день прохожу, пока прорвусь через Темный Портал или добуду Звездный Камень? А эти чертовы орки, что уже и в космосе организовали оборону?.. Мне тех сражений хватает выше крыши. Но перед нами сейчас мучительный выбор как у, скажем, того же просвещенного римлянина. Он видит красоту и высокую культуру императорского Рима, где образованный юрист сидит на юристе и юристом погоняет, где поэты, драматурги, скульпторы... но чувствует и странную правоту в этом диком узколобом учении первохристиан, которые наверняка уничтожат все библиотеки, сожгут весь Кодекс законов и прав человека, но заодно уничтожат рабство, главенство плоти над духом...

Краснохарев сказал с неудовольствием:

– Есть и третий путь. Можно заняться экономикой страны, добывать нефть и растить хлеб, а этот четвертый Рим пусть рушат другие. По мне так это самое лучшее... Но, как я вижу, вы все готовы порасшибать лбы о медные врата римского... то бишь, американского господства. Говоря конкретно, вы ставите США вне закона, как поставили Рим первые христиане? А с теми, кто вне закона, неприменимы обычные мерки... как и обычные способы ведения войны, как, скажем, воевали бы с Францией или Германией.

Кречет кивнул:

– Вы схватываете самую суть, Степан Викторович.

– Значит, – продолжал Краснохарев, – мне нужно предусмотреть выделение средств на акции... которые нигде не будут упомянуты?

Все переглянулись, а Сказбуш сказал мирно:

– Я думаю, что в этом не будет необходимости. У нас уже существует система банков, которая... гм... ну, об этом как-нибудь в другой раз. Все-таки здесь Коган, сами понимаете... Существуют еще и дружественные арабские страны... Кстати сказать, теперь не просто дружественные, а мы как бы в одной команде. Карман пока не общий, но все же можем без излишних дипломатических проволочек обменивать, скажем, наши новейшие истребители на жабьи шкурки. Или систему «земля-воздух»...

Коган прервал:

– Но тогда уж и бомбардировщики с антирадарным покрытием для Израиля!

Сказбуш кивнул с самым невозмутимым видом:

– На Украине у нас еще три эскадрильи. Их можно, чтобы деньги не пропадали, передать Израилю через украинских националистов. Хоть они ненавидят жидов люто, но чтобы насолить москалям, эти бомбардировщики на плечах перекатят в далекую страну пархатых. А наш Коган проследит, чтобы деньга попала к нам...

Коган кивнул:

– Это просто. Тем ребятам достаточно будет морального удовлетворения. Это им за антисемита Хмельницкого!

В моем нагрудном кармане приглушенно звякнуло. Виновато улыбнувшись, я достал пластинку сотового. Из мембраны заверещал счастливый голос Вадима:

– Виктор Александрович!.. Я сумел пройти хэлфайя к Diablo-2!.. Но с этим мужиком в исподнем я ничего не могу!.. Мордоворот, ничего его не берет, как шахтера! Может, как-то заморозить?

Коган начал прислушиваться, даже жевал не так шумно, а справа Черногоров перестал черпать суп, уши задвигались. Я торопливо прервал:

– Кинь мессагу! Нет, лучше мылом... Плохо слышно? Мыльни, говорю! По емеле брось!.. Или в корчме встретимся!

В мембране все еще верещало, Вадим привык к моей беспечной жизни, когда я в любое время мог говорить об игрушках, а научные труды выдавались как бы левой ногой, походя, сейчас я не стал объяснять какой я подневольный чиновник, отключился.

Краснохареав морщился, а когда я эскейпнул, посоветовал доброжелательно:

– Виктор Александрович, я понимаю... верю, что лет эдак через сто, пусть даже через двадцать все вот так будут шпрехать или шпикать... вам виднее со своей колокольни, простите, компа... но сейчас вам бы спуститься из будущего к нам, нормальным людям... Я боюсь даже представить, что это за корчма, в которой вы встречаетесь с такими же марсианами...



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать