Жанр: Детская Фантастика » Дмитрий Емец » Сердце пирата (страница 34)


Глава двадцать седьмая.

НОЧЬ В МОРЕ

— Баюн! Баюн! — Андрей сдерживался, чтобы не расплакаться. Он схватил короткие складные весла и начал грести. Может, Баюн остался на берегу? Может, ему нужна помощь? Но в какой стороне берег Андрей не знал. Куда ни глянь простиралось Первичное море, озаренное закатным красноватым Деметрианским светилом.

Неужели робота больше нет? С самого рождения мальчик привык видеть рядом массивную добрую фигуру робота-няньки и слышать его громкий чуть поскрипывающий голос. Осознав, что Баюн погиб, Андрей почувствовал, в горле у него вдруг образовался горький ком.

— Это я во всем виноват! Я заставил Баюна выйти в космос на «Страннике». Мне так хотелось слетать на Землю. Если бы не я, Баюн был бы жив!

— Баюн говорил, знал бы где упасть, соломки бы подстелил, — вздохнула Лависса. — Если бы вы не попали на «Странник», то не спасли бы меня от Крокса.

— Может, отец заплатил бы за тебя выкуп, и ты давно была бы Деметре.

— Не думаю. Крокс бы не отпустил меня. Он требовал бы все больше и больше денег. Я слышала, как это говорил попугай. А вы меня спасли.

— Но Баюн погиб! Это из-за меня! — Андрей закрыл лицо ладонями.

— Может, он и не погиб, — Лависса осторожно дотронулась до плеча мальчика. — Он и не из таких передряг выбирался.

Красный диск солнца скрылся за горизонтом. По водам Первичного моря пробежала закатная солнечная дорожка, и потухла. На небе стали видны две ближайшие к Деметре планеты.

Наступила долгая десятичасовая Деметрианская ночь. Море улеглось и затихло, будто и не было огромной волны. На поверхность из глубины поднимались ночные светящиеся водоросли фитофобы. Оранжевая спасательная лодка замерла на равнине неподвижной глади.

На дне спасательной лодки в специальном кармашке Андрей нашел теплый мягкий халат-одеяло и упаковку с питательными таблетками. Халат-одеяло он набросил на Лависсу, а питательные таблетки спрятал назад в кармашек. Они еще могли пригодиться.

— Как ты думаешь, — шепотом спросила Лависса. — До периметра отсюда далеко?

— Не знаю. Кажется, Первичное море вообще не граничит с периметром. У него… как это… замкнутая экологическая система. — Андрей учился в школе на один класс старше Лависсы, и им уже год преподавали экологию Деметры.

— В море, наверное, полно хищных ящеров, — Лависса старалась говорить шепотом, ей казалось, на голос может приплыть какойнибудь монстр.

— Наверно, ночью они не охотятся. Или волна их напугала. Думаю, нам пока нечего бояться, — Андрей вспомнил, как кипела жизнью прибрежная полоса и мелководье: и аллигаторы, и брахиозавры, и птеродактили, и черепахи…

Точно оспаривая его слова, вода неподалеку от лодки забурлила, тревожа святящиеся ночные водоросли.

— Похоже, кто-то хочет с нами познакомиться, — голос у Андрея охрип, хотя он и пытался казаться спокойным.

Лависса сжалась в комочек, точно надеясь, если она станет меньше, то подводное чудовище не заметит ее или непозарится на такую мелочь.

Глава двадцать восьмая.

ПОДВОДНАЯ БИТВА

Лодка вздрогнула, и ее едва не затянуло в одну из воронок, которые завертелись на глади Первичного моря. Андрей греб изо всех сил, спеша отойти подальше от опасного места.

— Вечно с тобой попадаешь в переделки! — Лависса хваталась за весла и мешала грести.

Андрей, стараясь производить как можно меньше шума, боролся с волнами. «Правильно ли я делаю? — спрашивал он себя. — Как бы сейчас поступил Баюн?»

Мальчику показалось, что на том месте, где была только что их лодка, что-то вынырнуло. У него перехватило дыхание. Будто на мгновение из морских недр поднялось на поверхность огромное прачудовище, даже не весь ящер, а просто малая часть его блестящей спины или хвоста, покрытого острой как терка чешуей.

Первичное море с его бездонными глубинами, вулканами и расщелинами легко могло породить такое чудовище, рядом с которым все громадины суши казались бы просто крошками.

Поднявшейся после всплеска волной надувную лодочку отнесло довольно далеко от резвящегося чудовища.

— Ты видел? — у Лависсы перехватило дыхание. — Ты это видел?

— Что-то огромное и блестящее?

— Да.

То, что Лависсе и Андрею казалось зловещим гулом, было всего лишь спокойным размеренным дыханием праящера, всплывавшего на поверхность, чтобы захватить воздух.

Но вот волны улеглись, и Первичное море успокоилось.

— Кажется, оно уплыло, — неуверенно сказала Лависса.

Андрей отпустил весла и перевел дыхание.

— Я тоже думаю, уплыло… Нет!!! Смотри!

Над водой, к счастью вдалеке от них, взметнулся многометровый фонтан, и показались голова и шея громадного ящера. Чешуя заблестела и заискрилась в сиянии ночных светил. Ящер поднял бугристую голову к звездам и издал низкий рев, от которого содрогнулись небо и море. Шея подводного чудовища была покрыта зеленым мхом, что придавало гиганту поистине доисторический вид. Праящер выглядел древнее всех динозавров, о существовании которых они знали.

Эволюция планеты, насчитывающая много миллионов лет, в этом ящере только пробовала свои силы. В его неуклюжих формах, массивной короткой шее, чудовищной замшелой спине чувствовалась потуга природы на что-то огромное, величественное, но неудавшееся. Зато недостаток изящества вполне искупался небычайной прочностью и силой этого древнего существа.

Вряд ли изучавшие животный мир Деметры биологи сталкивались с ним раньше. Во всем глубоком и неизведанном Первичном море, соединенным бездонным проливом с Тайным океаном, оставался всего один такой праящер.

Праящер медленно зевнул, разинув рот, и два ряда острых зубов сверкнуло в лунном свете. Неизвестно, как велико было скрытое под водой туловище подводного чудовища, любое его движение могло быть роковым для маленькой лодчонки.

Андрей налег на весла, но в спешке одно из весел сорвалось, и лодочка закружилась на месте.

— Р-р-ауа! — выдохнуло чудовище и слегка пошевелилось.

Стоило подводному монстру захотеть порезвиться, и крошечная лодочка исчезла бы с поверхности моря навсегда. Но вдруг внезапная волна подхватила лодку и буквально отшвырнула прочь от чудовища. Море около монстра вскипело, и из пучины возникло чтото огромное и скользкое, похожее на спрута и на медузу одновременно. Гиганская спрутомедуза описала в воздухе полукруг и обрушилась на праящера, облепив его морду и шею скользкими ядовитыми щупальцами.

Праящер взревел, замотал головой, и оба чудовища исчезли в воде, сцепившись в смертельной схватке.

Спрутомедуза была меньше праящера, но ее страшные щупальца обладали чудовищной силой. Твердое торпедообразное тело подводной хищницы покрывали острые ядовитые шипы. Такая же древняя как и ящер, спрутомедуза была с ним в состоянии вечной вражды. Иногда в схватке побежала ядовитая спрутомедуза, а иногда везло праящеру.

Андрей и Лависса не знали, что до вчерашнего дня в Первичном море оставался один праящер и две спрутомедузы. Но одна из них погибла в потоке раскаленной

лавы, вырвавшейся из извергающегося вулкана.

И вот оставшая в живых спрутомедуза сцепилась в смертельной схватке с праящером. Это была битва старых как мир титанов — повелителей Первичного моря. Сами того не подозревая, Андрей и Лависса стали свидетелями последней в истории этих двух видов решающей битвы.

Голова праящера показалась на поверхности. Спрутомедуза обвила ее мощной пружиной своих щупалец, выбрасывая одну маскирующую струю за другой. Она старалась задушить его прежде, чем праящер успеет пустить в ход свои острые зубы, способные с легкостью перекусить пополам любого обитателя морского дна.

Мощные, с присосками щупальца спрутомедузы давили на серебристую броню праящера, разрывая ее как бумагу. Воды Первичного моря окрасились кровью. На запах крови устремились морские шакалы — полуторометровые зубастые рыбы-падальщики. Они нетерпеливым кольцом окружили сражающихся гигантов, ожидая, когда придет черед наброситься на поверженного.

Одно из щупалец спрутомедузы, неосторожно изогнувшись, попало в пасть праящеру. Зубы подводного монстра сомкнулись, и щупальце, перекушенное надвое, все еще продолжая извиваться, упало в воду.

Вода забурлила, на оторванное щупальце набросились жадные морские шакалы. Они с разных сторон вцепились в щупальце своими мелкими острыми зубами и, мотая головами, вырывали его друг у друга.

Но несмотря на потерю щупальца медуза все равно находилась в более выигрышном положении. Праящер, короткая шея которого оказалась в стальном захвате спрутомедузы, постепенно начинал задыхаться. Из его пасти вырывался уже не рев, а клокочущий хрип.

Раз за разом праящер ударял медузу своим огромным хвостом, покрытым острой как пила чешуей. С каждым взмахом хвоста из него уходили силы.

Андрей, борясь с волнами, торопливо работал веслами, стараясь подальше отойти от места схватки.

Битва гигантов постепенно переходила в завершающую стадию. Ящеру удалось передней лапой отодрать от себя ядовитое брюхо спрутомедузы. Еще два щупальца попали ему в пасть и стали добычей морских шакалов.

Почувствовав, что слабеет, спрутомедуза оторвалась от ящера и с всплеском врезалась в взбаламученную воду. Она надеялась достичь дна и забиться в нору раньше, чем праящер ее настигнет. Там, на глубине нескольких километров в каменной расщелине спрутомедуза могла бы восстановить силы и отрастить потерянные щупальца.

С ревом праящер взмахнул хвостом и, блеснув чешуйчатой спиной исчез в глубинах. Он собирался догнать спрутомедузу прежде, чем она протиснется в узкую подводную расщелину, где ее уже не достать. Морские шакалы помчались за ними, надеясь на продолжение обеда.

Друзья так никогда и не узнали, чем закончилась эта битва. Удалось ли спрутомедузе спастись или праящер настиг ее.

Андрей бросил весла. Ладони покраснели и саднили.

— Жаль, у нас нет видеокамеры. Представляешь, если б я показал это ребятам из класса! Они бы просто лопнули от зависти!

— Ну, только не родители, — уточнила Лависса. — Не думаю, чтобы они лопнули б от зависти. Моя мама смертельно испугалась бы и задала мне взбучку. Хорошо еще, что чудовища не перевернули лодку, а то морские шакалы получили бы неплохой десерт.

Андрей призадумался. Пожалуй, Лависса права. Его мама к потолку бы подскочила от ужаса, и набросилась бы на Баюна. При мысли о роботе-няньке мальчику стало грустно и тоскливо. Где теперь его верный старый друг?

Интересно, знают ли его родители, что он пропал. Их звездолет уже давно прибыл на Землю. Послали ли они на Деметру лазерограмму?

Первичное море, вспененное сражающимися монстрами, давно улеглось и напоминало цветущий луг. Тут были и светящиеся водоросли и какие-то затейливые цветы, плавающие на широких зеленых листьях и жадно вбирающие лунный свет.

Ребята молчали, думая каждый о своем. Равномерное покачивание оранжевой лодочки убаюкивало их. Лависса уснула, вскоре заснул и Андрей. Хотя, конечно, вначале он собирался не спать, а всю ночь следить за морем — все ли в порядке и не грозит ли им какая опасность. Сон отвлек Андрея от грустных мыслей о роботе-няньке, о родителях, о бабушке, которые сейчас, может быть, на далекой Земле волнуются или даже возвращаются обратным рейсом «Деметрианца».

Проснувшись утром, путешественники обнаружили, что ночь прошла спокойно. Это было видно хотя бы по тому, что они живы и невредимы.

Первичное море скрывал утренний туман, и оно было абсолютно неподвижно. Сквозь туман едва пробивалась желтоватая слабая заря.

Лависса потянулась и наклонилась над бортом лодки, надеясь увидеть в воде свое отражение.

— Женщина всегда должна быть в форме, — озабоченно сказала она и дернула Андрея за рукав. — Я не хочу обгореть на солнце. У нас есть защитный крем?

— Нет, — Андрей зевнул, прикрыв рот рукой. — Проголодалась? Хочешь пищевую таблетку?

Лависса отказалась. Сегодня с утра у нее было какое-то приподнятое настроение. Зачерпнув из моря воды, она наспех умылась и переплела косу.

Андрей заглянул в кармашек на дне лодки, надеясь отыскать карту, передатчик или что-нибудь в этом роде. Он нашел плотно завернутый в тонкую пластиковую пленку пакет и развернул его.

Лависса закончила возиться с косой и требовательно посмотрела на мальчика, очевидно ожидая одобрения.

— Для своего возраста ты ужасно инфантильный! — рассердилась она, видя, что он возится с пакетом. — Как ты думаешь, кто-нибудь смог бы любить меня так сильно, как я сама себя люблю?

Андрей распечатал тугой пакет. В нем он нашел маленький, не больше ладони плоский лазеропередатчик, предназначенный для передачи координат терпящей бедствие лодки на частоте спасательных служб.

Мальчик осторожно включил его:

— Смотри, что я нашел! Лазеропередатчик! Теперь мы сможем связаться со спасателями!

— Дай посмотреть! — потребовала Лависса.

— Не трогай!

— Нет, дай!

— Ты не умеешь!

— Ах так! Отдай! — Лависса стала отнимать у Андрея передатчик, но он не отдавал.

— Осторожно, опрокинешь лодку!

— Это ты опрокинешь! — девочка, вырывая передатчик, навалилась на борт. Лодка закачалась и перевернулась. Они забарахтались в воде, цепляясь за борта и рискуя привлечь внимание подводных хищников.

— Я же говорил опрокинешь! — Андрею кое-как удалось перевернуть лодку, забраться в нее самому и затащить девочку.

И самое время. Поблизости уже замелькали плавники морских шакалов. Но видя, что все спокойно, хищники разочарованно уплыли, погнавшись за детенышем морского слона — тяжелого носатого ящера с длинным хоботом, которым он, как пылесосом, вытягивал крабов из их норок на дне.



Ознакомительный фрагмент книги закончился.
Чтобы прочитать или скачать всю книгу
перейдите на сайт партнера.

Перейти и скачать